Осколки (СИ) - Загорская Наташа - Страница 60

Когда дверь открылась, толкнув ее в грудь, в спальню ворвалась шиисса Дарэя. Только выглядела она ужасно. Всклокоченные волосы давно выбились из прически и неопрятными космами ниспадали на плечи, рот был перекошен, на щеках горел лихорадочный румянец, а в глазах горели шарховы огни. Анна никогда бы не подумала, что всегда ехидная шиисса Дарэя может выглядеть так… странно. Впрочем, стоит отметить, что в тот момент она показалась Анне если и не красавицей, то точно хорошенькой. По крайней мере, на бледном лице ее горел румянец, и с него исчезло вечно кислое выражение недовольства. Только вот ярость, ненависть, что пришли ему на смену, пугали до дрожи.

Анна попятилась, когда Дарэя ворвалась в ее спальню. Призрачная шиисса уже исчезла, а в коридоре никого не было. И позвать на помощь она не успела, Дарэя захлопнула дверь и ринулась на нее. Анна снова отступила, движимая неосознанным желанием находиться как можно дальше от шииссы Найтвиль.

— Ши-шиисса Дарэя… — попыталась было что-то сказать, но та не стала слушать и накинулась на нее с кулаками. Анна едва успевала уворачиваться, чтобы не получить по лбу странным предметом, что та сжимала в руках — рассмотреть, что это было такое не получалось, да Анна и не старалась.

Дарэя шипела, словно рассерженная кобра, плевалась слюной и набрасывалась на Анну снова и снова. Глаза ее горели безумием и, казалось, что шиисса одержима. Она то и дело шипела ругательства и проклятия, называла Анну самыми последними словами, но никак не могла достать, и это приводило ее в еще большее неистовство. Они кружили по комнате уже несколько минут, Дарэя делала выпады, Анна отскакивала в сторону, не забывая следить за каждым движением своей противницы. И пыталась выбить у нее из рук статуэтку, которой та размахивала так, будто бы это было самое грозное во всем мире оружие. В принципе, так оно и было — Анна узнала эту статуэтку. Бронзовая фигурка, коих было полно в гостевых спальнях, была так тяжела, что одним ударом можно было бы проломить череп или, по крайней мере, нанести не менее серьезную травму.

— Ты за все мне ответишь, — шипела Дарэя. Она злилась из-за того, что Анне удавалось с каждым разом вывернуться, уклониться от ее ногтей и орудия. — Смерть тебе, смерть… мерзкая потаскуха…

— Что вы себе позволяете? — Анна разозлилась. Нет, страх не ушел, он прочно засел внутри нее, но и просто так позволить ненормальной шииссе Найтвиль причинить себе вред, она не собиралась. Попыталась схватить ту за руки, но споткнулась и упала. Хорошо еще, что во время борьбы они обе продвинулись по комнате подальше от дверей, и упала Анна на кровать.

— Убью тебя… — продолжала шипеть Дарэя.

Она все больше и больше походила на одержимую. Казалось, что шиисса просто не понимает, где находится, и не отдает себе отчета в собственных действиях. Даже голос ее стал срываться с шепота на визг и обратно и было практически невозможно разобрать, что именно она пытается сказать.

«Наверное, именно так и выглядят одержимые приспешниками мерзкого бога смерти Шарха, — подумала Анна, расширившимися глазами следя за каждым движением Дарэи, чтобы успеть увернуться от очередного удара».

А Дарэя захлебывалась словами и воздухом, заходилась в приступах беззвучного кашля, и было похоже, что еще немного и изо рта Дарэи пойдет пена.

Шиисса Найтвиль принялась размахивать, зажатой в руке статуэткой, норовя попасть ею по лицу или голове своей жертвы. Анне едва удалось в очередной раз увернуться. Но Дарэя разозленная сверх меры своими неудачами, кажется, вошла в раж и теперь замахала тяжеленной вещью с такой силой и скоростью, что ее очертания просто смазывались.

«И как только у нее хватает на это сил?»

Анна недоумевала, прекрасно зная, насколько тяжелы эти штуки. Она один раз упустила такую, случайно, так та, при столкновении с полом, сделала выбоину на паркете. Тогда она еще и порадовалась, что вовремя успела убрать ногу, а теперь вдруг представила, что будет, если этой штукой зарядить в лицо, да еще и изо всех сил.

«Мне хватит одного удара, — пронеслось у нее в голове».

— Шиисса Найтвиль, успокойтесь. Что с вами происходит? Вы словно не в себе! — пыталась она достучаться до помраченного рассудка Дарэи, но та и не слышала ее слов.

А в следующее мгновение, вдруг отлетела от Анны в сторону, не удержалась на ногах и упала. А потом… потом…

Анна не сразу то и поняла, кто пришел ей на помощь. На какое-то мгновение, ей показалось, что это призрачная шиисса материализовалась и оттолкнула Дарэю. Но в следующий миг девушка поняла, как ошибалась. Шиисса Орин ШиМаро склонилась над лежащей на полу Дарэей и вдруг взмахнула рукой. Анна едва сдержала крик — она успела рассмотреть зажатый в руке Орин кинжал и то, как лезвие вошло в тело шииссы Найтвиль, тоже заметила.

Дарэя дернулась, захрипела в последний раз и обмякла. Глаза ее так и остались смотреть в потолок. Только теперь в этом взгляде не было ни капли безумия — он остекленел.

— Шиисса ШиМа-ма, — Анна не могла говорить. Она зажала рот двумя руками и просто смотрела на происходящее широко распахнутыми глазами, все еще не в силах поверить, что только что, прямо в двух шагах от нее произошло убийство. Это было немыслимо. Невероятно. Но это было.

А Орин, словно и не произошло ничего странного, выпрямилась, а затем сделала шаг в сторону и снова наклонилась, что-то поднимая с ковра.

— Так вот чем она проломила голову служанке. А я все думала, откуда у нее столько силы… а ты глянь-ка… — хмыкнула себе под нос шиисса ШиМаро. — Дура. Если так не терпелось избавиться от соперницы, могла бы предоставить это мне. Агритт нужно напитать.

— Шиисса ШиМаро, — наконец голос вернулся к Анне. — Что… что…

Орин обернулась и окинула сидящую на кровати девушку презрительным взглядом.

— Ты чем-то недовольна? — поинтересовалась она, откладывая статуэтку на туалетный столик.

Анна закивала, затем подумала немного и отрицательно покачала головой. Она чувствовала себя так, словно спит и видит странный сон, кошмар, из плена которого никак не выбраться. И все персонажи этого ее сна ведут себя на удивление странно.

В следующее мгновение странности продолжились. Дверь в ее комнату снова распахнулась и на пороге появился огромный мужчина. Кажется, Анна видела его несколько раз в саду и в помещениях для слуг. Вероятно, он приехал с кем-то из гостей, но с кем именно она не знала.

— Госпожа, — пробасил мужчина, обращаясь к Орин.

— Грейм, — пропела невеста шесса Рейджена, тут же забыв и об Анне и о том, что на ковре подле ее ног лежит мертвая девушка с кинжалом в груди. — Все готово?

— Простите, госпожа, виконт мертв. Я не успел. Ваш… — тут мужчина хмыкнул, — жених убил его еще до моего появления.

— Шарх!! — грубо выругалась Орин. — И что теперь делать? Ритуал должен быть проведен сегодня. Агритт… — она обернулась и посмотрела на мертвую Дарэю. Анна проследила за ее взглядом и вскрикнула — на навершии клинка вилась черная дымка, колыхалась, словно от ветра, но не развеивалась.

— Простите, госпожа, — удрученно опустил голову мужчина. — Я взял на себя смелость отомстить. ШиЛарон тоже мертв и сейчас его тело валяется где-то на дороге сюда.

— Идиот!! — закричала Орин, сжимая кулаки. — И что мне теперь делать? Что?

— Вы же сами сказали, что он не подходит. И обещали мне, что позволите, что…

Орин издала какой-то звук, больше напоминающий рычание и сжала виски ладонями, словно бы у нее заболела голова. Анна видела, как высоко поднимается ее грудь — так тяжело та дышала. Но сама Анна чувствовала, как воздух вокруг нее стал заканчиваться. Этот громила сказал, что ШиЛарон, что… Анна не сразу поняла, что он имеет в виду шесса Рейджена. Просто, она так и не привыкла к тому, что он называется здесь чужим именем и от того, не сразу сообразила, что на самом деле произошло. А когда поняла, почувствовала, как грудь сдавило от боли и слезы вдруг защипали глаза. Этого не может быть… просто не может…