Уважаемый варвар - де Камп Лайон Спрэг - Страница 51

– Не торопись, учитель Ошима, – сказал Цотуга. – Я думаю, что больше одного императора империя никак не может себе позволить. Что ты хочешь за веер и книгу стуков? Только не просите императорского трона: мы уверены, что по законам ни один из вас императором быть не может. Но те, кто нас вернули, почувствуют нашу благодарность. Начнем с тебя, учитель Ошима.

– Все, что мне нужно, государь, – это иметь возможность продолжать мои исследования в Департаменте Здравоохранения и Благоденствия без вечного торга с императорской казной из-за финансирования оборудования и материалов, в которых я испытываю нужду.

– Твое желание будет исполнено. А ты – тебя, кажется, зовут Рао?

– Мне нужно исполнить поручение короля Мальваны Ладжпата, о повелитель. Щедрые прогонные на дорогу домой, чтобы от них мне кое-что осталось, да охрана в пути до Котейки, да лошадь или карета – вот все, чего мне хочется.

– Ты тоже получишь, о чем просишь. Пожалуйста, дайте мне веер и книгу!

Цотуга протянул руки. Керин, слегка поколебавшись, вручил ему веер и передал книгу, взяв ее у Ошимы. Стремление усесться на куромонский трон казалось ему совершенно безумным, но он не доверял правителям, потому что слышал о бесчисленных коварствах, которые они совершают из любви к власти. С другой стороны, юноша понимал, что у него нет выбора, – он был всего лишь одиноким чужеземцем в огромной незнакомой стране.

Ошима повернулся к перешептывавшейся толпе придворных, слишком пораженных происходящим, чтобы вмешиваться в течение событий.

– Приветствуйте его императорское величество Цотугу Четвертого, – закричал он во весь голос, – которого вернули нам пятьдесят семь главных богов вместо последнего императора Дзучена!

Снова повернувшись, он упал на колени и троекратно коснулся пола лбом. Один за другим все присутствовавшие в аудиенц-зале последовали его примеру. Керин спустился с возвышения и тоже стал кланяться.

Цотуга хлопнул в ладоши:

– Встаньте! Здесь ли летописец империи?

Вперед вышел человек с длинной седой бородой:

– Твой бесконечно преданный слуга, о господин.

– Отлично! – сказал Цотуга. – Ты останешься с нами, чтобы ознакомить нас с тем, что произошло с момента нашего... гм... ухода на отдых. А все остальные пусть возвращаются к своим делам!

Керин и Ноджири стояли у перил «Вароби Моры». Корабль входил в порт Кватны. Керин обнял за талию тонкую смуглую Ноджири и слегка прижал к себе. Она задумчиво произнесла:

– Повелитель, всю мою жизнь меня предостерегали от того всегда возбужденного состояния, которое называется влюбленностью. Мне говорили, что главное – достичь с мужем устойчивых отношений и взаимного уважения. Но боюсь, мое отношение к тебе стало именно тем страстным увлечением, от которого меня предостерегали. Ты даже больше не кажешься мне уродливым, несмотря на выпученные глаза и длинный торчащий нос. Как ты думаешь, это плохо?

Керин засмеялся:

– Клянусь костяными сосками Астис, совсем неплохо! Я как раз хотел признаться тебе в таких же чувствах. Так что я просто счастлив...

– Мастер Керин! – раздался вдруг тоненький голосок.

– Ой! Что это? Напоминает голос Белинки!

– Почему бы и нет, раз я и есть Белинка! – ответил звенящий голосок.

Голубой огонек, едва видимый при свете солнца, заплясал над палубой на уровне глаз Керина.

– Я рада, что ты возвращаешься целым и невредимым. Я уже целый месяц высматриваю тебя на прибывающих кораблях.

– Я помню, – сказал Керин, – что ты собиралась вернуться в Кортолию.

– Да, собиралась. Но я осталась в Кватне, чтобы отдохнуть и набраться сил для обратной дороги, а потом близко подружилась с Сенду, ханту учителя Клунга. Он просто милашка, хотя туповат иногда. Мы стали... то есть мы...

– Любовники, как это принято в Первой Реальности.

– Гм... ну... да, в каком-то смысле, хотя у нас это все по-другому происходит. Но, пожалуйста, никому ни слова, когда вернешься домой! А не то госпожа Эрвина меня накажет.

Керин усмехнулся:

– Если ты умолчишь о моих промахах – о том, что я дважды свалился в море, и спасовал перед Джанджи, и дал Малго обезоружить себя, – то и я никому не расскажу о твоей интрижке. Но не надейся, что я брошу свою принцессу!

– О, с этим я уже примирилась. Когда я вижу других смертных женщин, то понимаю, что ты мог сделать гораздо менее удачный выбор. Но я должна тебя предупредить: учитель Пвана по-прежнему зол на тебя, потому что стражник, которого ты ранил, в конце концов умер. Это мне рассказали духи.

– Жалко стражника, но ведь я лишь оборонялся. А что же с Пваной делать?

– Если он узнает – а он скорее всего уже узнал от своих духов, – что ты вернулся. Он постарается причинить тебе зло.

– Зачем? Ведь благодаря мальванскому магу он больше не нуждается в человеческих жертвоприношениях.

– Пвана – человек злопамятный, – сказала Ноджири. – Раз ты одержал над ним верх, похитив меня и убив стражника, он всю жизнь будет жаждать мести, что бы ты ни делал.

Керин задумчиво хмыкнул:

– Белинка, мы не можем долго оставаться на корабле, если только не заплатим за проезд обратно в Котейки. Поэтому я думаю, что нужно как можно скорее повидаться с учителем Клунгом.

Когда «Вароби Мора» под крики матросов и шум снастей подошла наконец вплотную к набережной, юноша внимательно осмотрелся:

– Не вижу ни храмовых стражников, ни притаившихся жрецов. Но если они вдруг появятся – как сейчас выглядит дорога к дому Клунга? У Софи, помнится, была мысль вымостить главные улицы.

– Дорога в отличном состоянии, – сообщила Белинка. – Новый Софи осуществил замысел предыдущего и вымостил улицы, чтобы доказать надменным куромонцам, что по части цивилизации он им ни в чем не уступает. Так что поверх грязи и гальки уложили плиты...

– Откуда же вдруг взялся новый Софи – предыдущий ведь правил не так давно?

– Вуркай умер, а его место под именем Димбакана Четвертого занял его племянник, сын предшественника Вуркая. Что это ты делаешь?

Керин достал из мешка башмаки с колесиками и протянул Ноджири ее пару:

– К дому Клунга нам нужно будет добраться быстро. Белинка, пожалуйста, предупреди Балинпаванга о нашем визите.

Когда трап был спущен, Керин и Ноджири скатились на набережную. На плече у юноши висел мешок. Они едва успели достичь первой улицы, как Белинка завизжала:

– Мастер Керин, вот они!

Из переулка выскочили несколько храмовых стражников и двинулись на путешественников с криками:

– Стойте! Остановитесь! Вы арестованы!

– Мчимся! – крикнул Керин.

Вместе с Ноджири они быстро покатили вперед, не обращая внимания на изумленные взгляды и возгласы прохожих. Стражники пустились бежать, размахивая крисами.

– Смотри не падай! – воскликнул юноша. – Ой-ой-ой... смотри, что впереди!

Из еще одного переулка высыпал отряд дворцовой стражи Софи. Эти стражники тоже устремились на Керина и Ноджири, крича:

– Стойте! Сдавайтесь! Вы арестованы!

Керин обнажил меч:

– Не знаю, что от нас нужно людям Софи, но не думаю, чтобы они нам добра желали. Не отставай!

Он покатил к ближайшему солдату, размахивая мечом и испуская леденящие душу вопли:

– Прочь с дороги свирепого варвара! – орал он.

Увидев, что странное существо уже совсем близко, солдат взмахнул крисом; Керин отбил удар и, стремительно двигаясь вперед, с силой толкнул неприятеля, так что солдат повалился на мостовую. Юноше ничего не стоило бы убить солдата, но это только осложнило бы его положение. Еще один солдат, испугавшись, бросился прочь. Промчавшись мимо, Керин успел ударить его крисом плашмя по заду.

– Ты здесь? – выдохнул он, не осмеливаясь взглянуть назад, чтобы не потерять равновесие.

– Здесь, – ответила Ноджири. – Теперь они все за нами пустились. На следующем перекрестке поворачивай налево.

Просвистела пара стрел – но ведь на колесиках едут зигзагом, и прицелиться непросто!