Эльмарис. На пути друг к другу (СИ) - Загорская Наташа - Страница 3

раскрыл? И вообще, где ты этот амулет раздобыл?

- Я ж кронпринц, — пожал плечами Лере, — амулет раздобыть не такая уж сложная задача. Ими все стражи в Дархаше пользуются. А магия… магии у меня нет. Я родовой дар заблокировал. По нему нас вычислили бы сразу. А так, есть вероятность, что не найдут

сразу.

Девушка почувствовала, как земля стала уходить из-под ног. И дыхание как-то перехватило и вообще… темно стало вокруг, еще темнее, чем до этого было — то ли луна

спряталась, то ли это от злости в глазах потемнело…

- Ты., ты… а кто этот блок снять может? Ну, чтобы ты снова магичить смог?

- Отец только, — небрежно пожал плечами боевик. — Ну, дядя еще и, может быть, лорд Шаэсс. Больше никто. И даже сам я не смогу. Это все на крови делалось и… вот. Но ты не

переживай, мы сейчас что-нибудь придумаем.

Эльмарис вздохнула еще раз. Глубоко. И выдохнула длинно, со свистом. Где-то внутри ее зародилось понимание, что зря она согласилась на побег. Вот что ей стоило не торопиться, подумать как следует. Тетя Сайрин всегда говорила, что спешка еще никому добра не приносила и прежде, чем что-то сделать, надо подумать, а потом… еще раз подумать и еще и

только затем решения принимать.

Мудрая женщина Сайрин, ох, и мудрая.

— Идем, — Лере отмер и даже шаг в сторону сделал. — В той стороне река, осмотримся.

Эльмарис тут же подобрала юбки и догнала боевика, ухватилась за него, боясь отпустить хоть на минуточку, чтобы не потеряться. Он шел не спеша, оглядываясь по сторонам, прислушиваясь и даже, кажется, принюхивался. А Эльмарис топала следом, проклиная и себя, и Лерса, и юбки, что за корни цеплялись. И вот вроде она специально платье одела не пышное, из теплой темной ткани, и ботиночки, не новые, на плоской сплошной подошве, чтобы идти удобно было, а все одно неуютно как-то. И юбки мешались, и ботинки эти, любимые, на опавшей листве скользили, а ноги то и дело норовили подвернуться. Лерсу приходилось не только самому вперед продвигаться, но еще и ей

помогать. И от этого делалось еще хуже и тоскливее.

Боевик оступился первым. Не заметил обрыва, а Эльмарис, которая за него держалась крепко, ухнула в темноту следом.

Летели они недолго. Обрыв, на счастье оказался невысоким, а вот приземление…

Нет, речка у берега неглубокой была, по колено где-то, может чуть выше. Да только

это когда стоишь, а вот если со всего размаху, да плашмя в воду… Эльмарис накрыло с головой. И юбки промокли сразу же и плащ теплый, и даже ботиночки любимые воды изрядно зачерпнули. А потом, пока они вдвоем барахтались, пытаясь, собственные руки-ноги расплести, да из воды выбраться, то если и осталась на ком-нибудь сухая нитка — и она

промокла.

Эльмарис замерзла сразу. Мокрая ткань неприятно облепила тело, холод пробрался под кожу и прочно угнездился внутри ее тела и зубы застучали. Лере же, помогавший ей выбраться из реки, вдруг встрепенулся, выругался и бросился снова к воде. Спустя

мгновение, его уже и не видно было.

Эльмарис же продолжала стоять на берегу, стуча зубами от холода и не понимая, что происходит.

Вернулся боевик скоро. Выбрался из реки, понурившись, приблизился к ней и остановился в паре шагов. Вода стекала с него ручьями: и с одежды, с волос лилась, даже с

ресниц капало, а на носу так и вообще капля повисла.

- Ч-что? — зубы стучали так, что Эльмарис говорить опасалась, чтобы язык себе не прикусить.

- Вещи, — вздохнул боевик. — Уплыли.

- А…д-деньги? — нет, Эльмарис никогда-то себя не считала меркантильной или вот до денег жадной, просто оказаться без вещей, в лесу, непонятно где, без еды и… без денег…

Лере молчал. И глаза отводил. И молчание его это… нет, уже не злило. Приводило в

- Лере?

- Понимаешь… я деньги с собой не брал. Векселя только. Императорского банка. На предъявителя. Их обналичить можно в любом городе империи и отследить никак и…

Девушка выдохнула облегченно. Ну, хоть что-то. Теперь бы только до жилья добраться.

- Только они… понимаешь… в сумке были… — закончил Лере.

- И… что теперь? — вопрос она задавала с опаской. И ответ, вот как это ни странно, страшилась больше, чем осознания собственного плачевного положения.

- Ну… попробуем так… выберемся к жилью, — Лере носом шмыгнул и поежился.

- Ты… ты можешь высушить нас?

- Без магии, — боевик покачал головой, — нет.

Эльмарис зажмурилась и внутреннюю сторону щек прикусила.

- А… костер? — и вот зачем она спросила, когда ответ и так уже известен был.

И Лере видимо понял что-то, а может по выражению лица ее догадался, что лучше молчать.

- Нам нужно двигаться вперед, — произнес он. — Так мы хоть немного согреемся и…

- Знаешь, — очень тихо произнесла девушка, открывая глаза, — я начинаю все больше и больше убеждаться в том, что кронпринц — это самая бесполезная вещь в хозяйстве. Вот ты

же ничего не можешь. Привык полагаться на свою магию, а без нее — что?

- Ты права, — тихо отозвался Лере. — Во всем. И да, я признаю, что виноват, — зубы у него стучали от холода и голос дрожал, но боевик продолжал говорить. — Только я… не беспомощный мальчишка, как ты, наверное, думаешь. Да, нам не повезло, да я ошибся и признаю свои ошибки, но… я решил покинуть императорский дворец и столицу вовсе не из-за минутной прихоти. Мне нужно… понять, многое осознать. И… я справлюсь, иначе и быть не может. Меня учили… всю мою жизнь учили быть императором, править… так что я что-то да и умею. И потом, на боевом факультете я пять лет не просто числился, так что… — он замолчал,

а затем сделал шаг вперед и, ухватив Эльмарис за руку, что-то вложил в ладонь. — Вот.

Девушка опустила глаза, с удивлением заметив на собственной ладошке круглый портальный амулет. Такими пользовались стражи в Дархаше. У Дерека вот тоже такая

штучка была.

- Что это? — прошептала она, не в силах отвести взгляда от кругляша с черным камешком посередине.

- Портал. Разовый. Настроен на императорский дворец. Воспользуйся им и уже через минуту, ты будешь в Дархаше. Там тепло, сухо и безопасно. И так будет… правильно.

- А… а ты? — девушка подняла растерянный взгляд на жениха.

- А я отправляюсь в путешествие. Мне это нужно.

Он развернулся и медленно побрел вдоль реки. А Эльмарис осталась стоять на том же самом месте, и не в силах была отвести взгляда от амулета.

Она вспомнила и спальню свою, в которой столько лет спала, постель девичью, одеяло теплое и подушку. Ноздри вдруг защекотал пряный запах теплого питья, что собственноручно всегда готовила Сайрин. И тишина родного дома, тепло его, пропитанное

любовью и счастьем… братьев…

И так ей в этот миг захотелось нажать на черный камешек, что подмигивал с кругляша в неясном свете луны. Так вдруг сердце защемило… от жалости… к себе, к родным…

А потом вдруг пришли воспоминания о том, что Дерека уже нет, а Сайрин неизвестно, поправится ли. И Ария вспомнила таким, каким видела в последний раз — потерянным, одиноким, несчастным… А еще Эльмарис отчетливо поняла, что не позволят ей вернуться в родной дом, не дадут доучиться. Заставят принять и родителей, которых она и не знает

совсем, и… статус новый и положение.

И не будет в ее жизни больше ничего, что было так дорого.

Шмыгнув носом, она в посмотрела на спину удаляющегося Лерса, затем перевела взгляд на амулет. И снова на Лерса глянула, а потом… решительно засунула амулет в карман и побежала догонять жениха.

Догнала. Схватила за руку, приноравливаясь к его шагу. Поправила на плече свою сумку с лекарскими принадлежностями — единственное, что уцелело в результате последних событий. Все девушки из Школы целительниц никогда-то со своими сумками не

расставались, благо, что сумки эти были зачарованы таким образом, что в них ничего не билось, не намокало и не перепутывалось.

Лере никак не отреагировал на такое решение своей невесты, но шаг замедлил. И ступать стал осторожно, внимательно разглядывая землю под ногами. Эльмарис носом шмыгнула. И пусть тетя Сайрин старалась вытравить из своей воспитанницы подобные привычки, иногда-то можно. Да и потом… обстановка и ситуация вовсе не располагали к