Эльмарис. На пути друг к другу (СИ) - Загорская Наташа - Страница 63

Шаэсс же наоборот, вытянулся в струнку и чуть прищурился.

— Какого…

— Нет! — Рианна выскочила из своего убежища и бросилась к блондину. Упала рядом с ним на колени и попыталась заглянуть в глаза. Мужчина хрипел, сгибался все ниже и ниже, пока вовсе не уткнулся лбом в грубо обструганные доски пола. — Прекратите! Перестаньте мучить его! — леди Иншар с ненавистью посмотрела на Себастьяна.

Но тот стоял, словно замороженный, вытянувшись в струнку и к чему-то прислушиваясь.

— Пожалуйста, — взмолилась Рианна. — Ну пожалуйста, не надо, — слезы снова брызнули из ее глаз. Она всхлипнула и закрыла лицо руками.

— Это не я, — хрипло отозвался Шаэсс. По телу его прошла крупная дрожь, темные глаза засверкали, рот скривился в оскале. Главному ассару с трудом удавалось удержать равновесие и не рухнуть на грубо обструганные доски пола, уподобившись своему противнику.

Блондин чуть пошевелился. Его тело вдруг изогнулось, изо рта вырвался хрип.

— Что происходит? Что за…

— Грани, — таким же хриплым голосом отозвался Шаэсс, — кто-то снова сломал грани. Этот мир….

— Мне надо туда, — блондин уперся одной рукой в пол, попытался выпрямиться, но снова согнулся от боли. — Я чувствую… я… не могу сопротивляться. Оно зовет…

Шаэсс пошатнулся, сжал кулаки, собрал все свои силы и сделал шаг к коненопреклонному противнику, протянул ладонь.

— Вставай.

Тот ухватился за руку своего недавнего врага и с огромным трудом, поддерживаемый испуганной Рианной все же сумел подняться на ноги. Леди Иншар со страхом смотрела на яркое сияние, распространяемое странным амулетом на груди блондина. Камень светился так ярко, что свет этот пробивался даже сквозь рубашку.

— Что происходит? — испуганно спросила Рианна, прижимаясь к мужчине. — Что вообще происходит?

— Кажется, — Шаэсс уже взял себя в руки, встряхнулся. К нему вернулось его обычная язвительность, — у нас гости. Родственники решились заглянуть на огонек. Идем, — он сильно сжал плечо блондина и принялся рвать пространство, открывая переход, — поприветствуем родню. А потом я тебя убью.

Блондин лишь усмехнулся в ответ, крепче прижал к себе Рианну и следом за Шаэссом ступил в серое марево.

Глава 26

Эльмарис горела. Боль распространялась от кончиков пальцев по плечу вверх, охватывала грудь, спускалась на живот. Целительница хотела закричать, силилась открыть рот и завопить что есть мочи, но не получалось. Невидимая удавка охватывала шею, душила, но не лишала сознания. И казалось, что если только получится, если удастся разорвать эти путы и завопить изо всех сил, боль пройдет. И потому она старалась, напрягала горло, пыталась вытолкнуть крик, даже живот напрягала, но не получалось. Ничего не выходило.

«Это сон, — подумала Эльмарис, — просто сон. Только во сне бывает так страшно. И только во сне кажется, что горло свело и крик просто не вылетает. Это сон. Сон. Просто дурной сон!»

Но боль была реальной. Самой что ни на есть настоящей. И она лишала сил. Целительница напряглась, зажмурилась крепко-крепко и открыла рот, постаралась силой выдавить крик из горла…

И проснулась. Распахнула глаза и тут же снова зажмурилась.

Ничего не изменилось. По прежнему нестерпимо пахнет гарью. И жар обжигает, а боль… она уже не была такой сильной, но и не проходила. Эльмарис снова приоткрыла глаза, на этот раз не торопясь сразу зажмуриваться и огляделась. Над ней была тьма, а вокруг ревело пламя. Повернуть голову не получалось. Пошевелиться тоже не выходило. Тело словно бы находилось с стазисе и только веки обрели подвижность.

«Да что же такое? — мысленно выругалась целительница, скосив глаза в сторону. Там был огонь. Яркое пламя весело вздымалось ввысь, закрывая обзор. Скосила глаза в другую сторону — там было то же самое. — Где я? Что произошло?»

Она помнила, как возвращалась с урока и повстречала в коридоре наставницу Алирани. Помнила каждое слово, которое сказала высокомерной эльфийке, а потом… потом уже ничего не помнила, все поглотила боль и темнота.

Правая рука горела огнем, и боль от ожогов поднималась от пальцев к плечу, распространялась от ключиц к животу.

«Неужели меня решили сжечь на костре, как ведьму?» — мелькнула мысль и Эльмарис едва сдержалась от фырканья. Вернее, не сдержалась, но шею все еще словно бы охватывала невидимая удавка, не позволяющая даже сглотнуть, не говоря о том, чтобы разговаривать.

«Нужно думать, как выбраться»

Но думать не получалось. Правая рука болела все сильнее и сильнее, и терпеть становилось и вовсе невыносимо. Кошмарный сон продолжался наяву.

А потом что-то случилось. Эльмарис не поняла, что именно, но боль вдруг достигла своего апогея, откуда-то сбоку вспыхнул яркий свет, ослепивший целительницу, а потом… онемение прошло.

Эльмарис смогла вздохнуть, закашлялась и пошевелилась. Сразу дернула правой рукой, затем подвигала ногами и только после этого попыталась сесть. Осторожно, не делая резких движений и прислушиваясь и к себе и к тому, что происходило вокруг.

Она находилась на каменном полу, изрезанном странными символами, по обе стороны из расщелин в плите вверх поднимался огонь. Эльмарис осторожно обернулась и вскрикнула. Огромное помещение, как лучами, поделенное вот такими вот расщелинами в каменном полу, наполненными огненной лавой, амфитеатром спускалось вниз, к самому настоящему огненному озеру. В центре этого озера, на каменном постаменте неподвижно лежал мужчина. От его тела через огненную лаву тянулись тонкие золотистые нити, опутывающие Лерса с ног до головы.

Боевик был без сознания… по крайней мере, Эльмарис очень надеялась на то, что он все еще жив. Он висел в воздухе, как муха, запутанная в паутине, оплетенный этими странными золотистыми нитями, темные волосы ниспадали на лицо и плечи, руки были плотно прижаты к телу. Признаков жизни он не подавал, а Эльмарис не могла рассмотреть, вздымается ли его грудь от дыхания.

— Лерс! — голос подвел и из горла вырвался всего лишь едва различимый сип. Эльмарис закашлялась, попыталась встать на ноги. Но не удержалась и рухнула обратно, лишь чудом не свалившись прямо в расщелину. Огонь взметнулся вверх и обиженно зашипел — он желал получить свою жертву.

Девушка немного посидела на каменном полу, зажмурившись и баюкая правую руку. Руны словно бы прожигали кожу насквозь до самой кости, светились ровным золотым цветом, но видимых повреждений не было. Эльмарис не сомневалась — именно эти письмена привели ее в чувство. благодаря этим рунам, она сейчас в сознании, а не валяется бесформенной кучей, как все те, кто лежали вокруг нее. Она успела заметить, что в остальных сегментах тоже были неподвижные тела. И ей даже удалось рассмотреть, что с правой стороны неподвижно, с закрытыми глазами лежит Мартиниана, а с левой — один из сокурсников Лерса. Были там и другие, но Эльмарис их не знала. Видела только в коридорах академии, да и то не всех.

Что же здесь происходит?

Целительница снова открыла глаза и встала на колени, очень осторожно, чтобы не угодить в бушующую по обе стороны лаву, приподнялась, огляделась еще раз.

Эльфы лежали неподвижно, их глаза были плотно закрыты, а лица покрывал тонкий слой пепла или пыли… Эльмарис даже потрогала кончиками пальцев свою щеку и с удивлением воззрилась на серо-белые следы. Пепел.

Наставницу Алирани она заметила не сразу. Та стояла напротив Лерса, по другую сторону бушующего озера с лавой и что-то пела… или шептала? Голоса ее слышно не было, но Эльмарис различила, как двигаются губы.

А потом вдруг что-то изменилось. Мир… дрогнул.

Застонала земля, заплакали реки и озера, вихрем взметнулся к каменным свода огонь.

Мир стал рушиться. Заскрипели размыкаемые грани, и звук этот напомнил Эльмарис скрежет несмазанных ворот. Она чувствовала, как что-то незримо и неуклонно меняется вокруг нее. Закручивался в невидимые спирали густой, насыщенный запахами гари и пепла воздух, плакала земля, разламываемая чужой волей, ревел огонь…