Эльмарис. На пути друг к другу (СИ) - Загорская Наташа - Страница 82

По всему выходило, что придется вести переговоры — неизвестный посетитель приблизился не настолько, чтобы можно было его достать. Поморщившись от досады, лорд Шаэсс распахнул глаза, приподнял голову и растянул потрескавшиеся губы в ухмылке.

Определенно перед ним стоял херашец. Только странный, совершенно непохожий на тех, что встречались в этом негостеприимном мире Себастьяну до этого. Высокий, наверное, на голову выше самого лорда Шаэсса. А ведь в Дарканской империи рост главного ассара был предметом зависти всех дарканцев. Широкий в плечах, мощный, весь словно состоящий из одних мускулов.

Себастьяну даже пришло в голову, что если этот представитель мира Хераш вдруг замрет на месте без движения, то его вполне можно принять за статую, вытесанную из красного камня. Встречались такие в старых храмах, оставшихся в империи еще с тех времен, когда дарканские лорды только-только сломали грани и перенеслись в новый мир. Но время шло, дарканцы основывались в новом мире, и старые боги оказались забыты. Да и были ли они в чужом мире.

Впрочем, нет, тот мир, в котором Себастьян родился, был для него родным. И для многих поколений его предков тоже.

— Ши-Аэсс, — пророкотал херашец, в свою очередь, разглядывая узника, — наследник проклятой крови. Наконец-то. Я всю свою жизнь ждал встречи с тобой. Старуха оказалась права.

— Однако, — ехидно хмыкнул Себастьян, — я все больше и больше убеждаюсь в том, что Хераш — это мир невоспитанных грубиянов. Любезнейший, не имею чести знать, с кем разговариваю, но…

Хлесткий удар по губам заставил лорд Шаэсса замолчать.

— Я не давал тебе позволения говорить, Ши-Аэсс, — прорычал херашец.

Себастьян сплюнул кровь и поморщился, очень хотелось этим плевков угодить как минимум в рожу самодовольного поганца. Не вышло.

— Теперь порядок будет установлен, — тем временем, херашец отошел от Себастьяна и направился к двери, — проклятая кровь прольется, жертва будет принесена и Хераш снова расцветет. Грани будут подчиняться моему роду, как и прежде.

С этими словами, он распахнул тяжелую металлическую дверь и кротко приказал кому-то:

— Подготовьте Ши-Аэсса к ритуалу. Начнем сразу после того, как солнце скроется за горизонтом.

Херашец вышел, с грохотом захлопнув за собой дверь, а Себастьян зло выдохнул, чуть покачался на цепях, сгибая ноги в коленях. Затем ему это наскучило и он снова обвис. Задумался.

— Странный мир, странный жители, — произнес он в пустоту. — И что-то я совсем не понимаю, почему у всех нормальных народов, наследник крови — это почетно, а эти варваров меня в жертву принести хотят. Нет, я так не согласен, — он мотнул головой, еще раз сплюнул. — Надо выбираться из этого гостеприимного местечка и топать домой. Я не могу в жертву, у меня в империи ученики без присмотра остались, невеста не пристроенная. И вообще… я же только придумал, как отомстить этому поганцу Дереку! А они — в жертву, в жертву. Ну нет, господа. Лорд Шаэсс против, а когда я против, вам лучше согласиться с моим мнением.

Его монолог прервался лязгом замков и грохотом распахнутой двери. Приподняв голову, лорд Шаэсс, прищурившись наблюдал за тем, как в камеру вошло сразу трое херашцев, выглядевших как те воины, с которыми он повстречался в пустыне. У каждого из них в руках было по огромному сундуку.

Неприятный холодок побежал по спине Себастьяна, когда он представил, что может быть в этих сундуках. Сопротивляться он, конечно, будет, но вот вопрос: надолго ли его сил хватит?

А потом стало и совсем интересно. После того, как воины вошли и выстроились вдоль одной из стен, в камере появились еще действующие лица. Себастьян даже не удержался и присвистнул, когда в его апартаменты, вплыли четыре фигуры, с ног до головы, закутанные в красные плащи. По тому, что они отличались невысоким ростом и хрупкостью телосложения, модно было предположить, что это женщины.

— А это становится интересным, — не сдержал язвительно реплики главный ассар, с любопытством разглядывая фигуры в плащах.

Женщины вошли, нерешительно потоптались у входа и дружно, словно по команде, сбросили под ноги свои плащи.

— Дамы! — нарочито издевательски произнес Себастьян, рассматривая четырех красоток (а женщины на самом деле оказались симпатичными и очень похожими на человечек, только чешуйки на скулах выдавали в них принадлежность к народу Хераша). — Раз приветствовать в моих скромных владениях. Проходите, располагайтесь. Не обращайте внимания на то, что я не совсем одет. Это временно, смею вас заметить, — и даже попытался изобразить нечто, напоминающее поклон, но не преуспел.

Дамы на приветствие не отреагировали. Они вообще на Себастьяна не смотрели, словно бы подчинялись какой-то слышной только им одним команде или же, что было вероятней, исполняли ритуал, смысл которого для лорда Шаэсса оставался недоступен.

Три девушки обернулись к воинам, а те, слаженно, точно бы репетировали это действо, опустили свои ноши на пол, откинули крышки.

Себастьян вздохнул нарочито громко. Покачал головой.

— Такое впечатление, что вы всю жизнь только и делали, что репетировали, — произнес он. Но на его слова снова не обратили внимание.

А лорд Шаэсс судорожно сглотнул, когда женщины, действуя все так же слаженно, вытащили из сундуков кинжалы. Длинные тонкие лезвия блеснули в пламени магического светильника, заставляя Себастьяна Шаэсса заволноваться.

А затем началось представление.

Ему остригли волосы. Темные, свалянные от пота и грязи пряди бросали прямо на пол, срезая их медленно, одну за одной, точно бы наслаждаясь этим действием или, что было ближе к правде, приводя Себастьяна в бешенство.

— Эй, леди, — лорд Шаэсс попытался увернуться и спасти хотя бы часть шевелюры, являющейся его гордостью, но не преуспел.

Одна из девушек просто обхватила руками его голову, не позволяя шевельнуться (а хватка у нее, стоит признать, была железной) в то время как две другие прядь за прядью срезали волосы тонкими обоюдоострыми кинжалами.

Когда же четвертая из девушек приблизилась к Себастьяну, держа в руке точно такой же кинжал, и потянулась к брюкам, которые каким-то чудом оставили на пленнике, Себастьян не выдержал:

— Эй! А вот этого делать не стоит. Не стоит, я сказал! — он увернулся, дернувшись в сторону, и даже сумел выдернуть из жесткого захвата свою голову, перехватить вывернутыми пальцами цепи, на которые был подвешен. Подпрыгнул и попытался ударить слишком близко подошедшую к нему девушку.

— Не сопротивляйся, — тихий голос заставил Себастьяна вздрогнуть и отпустить цепь. — Все равно твоя участь предрешена. Ты ничего не изменишь, Ши-Аэсс.

Он вскинул голову, готовый возразить на это. Съязвить, как привык язвить всегда, но так ничего и не смог произнести — на него смотрели самые необычные глаза из всех, виденных им. а уж чего-чего, но женских глаз лорд Себастьян Шаэсс повидал в избытке.

Эти же… черные, точно тьма, глубокие, как самый опасный омут… они не просто завораживали, но подчиняли себе, заставляли терять контроль и падать… все глубже и глубже.

Точно сама Тьма обступила Себастьяна со всех сторон. И она не была враждебной, не несла с собой ни боли ни страданий. Наоборот, она словно бы признала в нем своего сына и мягко обнимала его, даруя успокоение и обещая покой.

— Замолчи! — одна из дам, выглядевшая не в пример старше остальных, рассержено зашипела на посмевшую заговорить с ним девушку. — Что ты творишь? С Ши-Аэссом нельзя заговаривать. Отойди и не приближайся к нему более.

— Эй, да что такое тут вообще происходит? Объясните толком? — Себастьян вынырнул из того кокона темноты и встрепенулся, отгоняя наваждение прочь. Женщины, вертевшиеся вокруг него, мельтешившие перед глазами не реагировали. Отступили, опустив глаза. А та, единственная, которая заговорила с ним и вовсе отошла к стене и замерла изваянием. Она больше не смотрела ни на Себастьяна, ни на своих подруг. Просто стояла, опустив голову и спрятав лицо за завесой длинных черных волос, спускающихся тяжелым покрывалом на плечи и грудь. — Для какого ритуала меня готовят? Вы что все здесь, голоса лишились? Да…