Скользящая сквозь время (СИ) - Наталья Корепанова - Страница 68

— Спасибо, — ошарашено поблагодарила я.

Дожила: Боги по ночам ходят мне артефакты зачаровывать…

— А во-вторых… — продолжил Эйдэйлер. — Вот что мне с тобой делать, Селена? Я же Бог. А у тебя ко мне никакого почтения. Нет, чтобы вскочить, поклониться…

— …лбом об пол побиться, — уныло продолжила я. — Очень надо, да? Я могу, конечно, если без этого — никак. Но не думаю, что для тебя это так принципиально.

— Ты права. К этому надо было с первой встречи приучать. А сейчас чего зря воздух сотрясать, — с шутливой укоризной отозвался Древний Бог. И с наигранной суровостью произнёс: — Но пренебрежение к Богам должно быть наказано!

— Ты мне хочешь ещё какое-то задание дать? — догадалась я. — А, кстати, мы к тебе шли. Фаррыхт тебе об этом говорил?

— Говорил, — кивнул Эйдэйлер. — Можете не ходить. Мы уже в курсе происходящего. И оно нам очень не нравится.

— А что случилось? Это действительно какой-то иномирный Бог к власти рвётся?

— Да. В его Мире произошла катастрофа и почти полностью исчезла магия. И он теперь ищет магические миры для переселения. Наш ему, к сожалению, понравился. Но, чтобы переселить сюда весь их пантеон, ему нужно сперва извести местных Богов и сильных колдунов. Время у него пока есть, поэтому он не пошёл войной в открытую. Решил сперва ослабить страны, устроив несколько дворцовых переворотов и посадив на трон своих людей. Потом — начать кровопролитные войны, в которых падут все сильные колдуны. Пока он их не трогает в надежде, что они сами друг друга перебьют. Мощный маг в армии — половина успеха. А если в каждой армии, да не по одному? Бойня будет знатная. И когда все будут измучены, погрязнут во взаимной ненависти и начнут роптать на Богов, он и явится как Освободитель и Спаситель. Он уже рассылает своих адептов мутить народ новой религией. Пока их мало, но капля камень точит. Вдобавок он пытается и нас, Богов, рассорить… Впрочем, это тебе знать не обязательно. В своих делах мы сами разберёмся. А ваша цель сейчас — не допустить войны между Кэтангом и Хобхорро и усилить дипломатические контакты со всеми странами. И освободить Стэнна. Я специально отправил тебя в Феллию, чтобы ты узнала, где его искать.

— Мог бы и предупредить, — вздохнула я.

— Не мог, — резко ответил Бог. — Так надо было. А незаметно выкрасть тебя из Тайной Полиции было бы намного сложнее, чем сделать это в горах. Да и с Гэттором тебе тоже необходимо было встретиться, круг замкнуть.

Опять — круг. Неужели и Шаман с Богами встречается? И ведь ни слова не сказал. Впрочем, я тоже об этом на каждом углу не кричу.

— Кстати, о Гэтторе, — решила я «расставить точки над ё». — Ты же говорил, что я с ним во сне встречалась. И в Феллии, и в Дарстене. Или…

Я внимательно посмотрела на усевшегося на подоконник Бога.

— Дарстен мне тоже ещё только предстоит?

— Нет, — серьёзно ответил он. — В Дарстене ты действительно была во сне. И помешала Гэттору. Но об этом ты скоро вспомнишь, потому что — да, Дарстен тебе ещё предстоит. Только не спрашивай, когда и зачем. В своё время всё узнаешь.

— Угу, — хмыкнула я. — Узнаю. Задним числом. После того, как всё сделаю. Причём, не зная — чего, и не ведая — как.

— Ну, так ведь и так справляешься, — усмехнулся сидящий напротив меня красавец. — У вас говорят: меньше знаешь, крепче спишь. Вот и спи себе. Я сказал всё, что хотел. Спокойного сна, Селена.

И сразу невыносимо захотелось спать.

— Спокойного сна, — пробормотала я, растягиваясь на кровати. И, засыпая, почувствовала, как ласково укутывает меня одеяло, а подушка сама подкладывается под голову…

«Селена, пора вставать!»

Голос прозвучал у меня в голове, и я, открыв глаза, непонимающе осмотрелась: кто меня зовёт?

«Мы ждём тебя в столовой на завтрак».

Николай…

Удобная вещь эта мыслеречь. Ведь буквально несколько шагов сделать надо, чтобы ко мне в спальню попасть, а лень, видимо. Мыслеречью зовёт. Впрочем, ему за эти дни тоже досталось. А возраст у него уже не маленький. Пусть посидит, отдохнёт.

«Сейчас оденусь и приду», — сонно ответила я Шаману и, потянувшись, соскочила с кровати. Оглядев себя, поняла, что, оказывается, одеваться мне не надо. Вчера я уснула, даже не раздевшись.

Проведя по одежде руками и разгладив с помощью бытовой магии мятые складки, вышла из спальни и подошла к столовой. Дверь была приоткрыта. Я хотела войти и вдруг услышала:

— Что мне теперь делать, Шаман?

И столько горечи было в этом вопросе, что я остановилась, не решаясь прервать их беседу.

— Жить дальше, — голос Шамана звучал грустно, с отцовским сочувствием. — Ты же сразу знал, что она здесь не останется.

— Знал. Но всё равно надеялся.

— Она замужем, Шаттин. И любит своего мужа.

— Да. Я знаю. Но она была бы настоящей женой Вождя.

— Она и так — жена Вождя. Стэнн — очень важный человек в своей стране. И он любит её. Она ему нужна. А тебе надо открыть душу тем, кто рядом. Среди женщин Феллии много достойных, но ты их не видишь.

— В этом и твоя вина, Шаман. Ты с детства рассказывал мне сказки про Лунную Деву. Я любил её ещё до посвящёния в мужчины. Она снилась мне. Разговаривала со мной, когда мне было плохо. Во время полнолуния я смотрел на Луну и видел, как она гуляет по лунным долинам. А когда она появилась наяву, я понял, что она лучше всех моих грёз. Смелая, решительная, и такая маленькая, хрупкая. Я хотел защитить её от всех невзгод, а всё время получалось, что это она спасала меня. Я понимаю, что недостоин её, что тот, кого она любит, лучше меня, раз она выбрала его. И всё равно мне больно, Шаман.

— Я понимаю тебя, мальчик мой. Понимаю…

На цыпочках, затаив дыхание, я отошла от двери и привалилась к стене.

А я ведь даже не замечала его любви. Как тщательно он скрывал её! Потому что знал, что я уйду? Или, понимая, что я люблю другого, не хотел ставить меня в неловкое положение? Страшился отказа? Какая теперь разница, почему он мне об этом не сказал. Мне-то теперь что делать? Как не показать, что всё знаю? Актриса из меня никудышная.

Вздохнув, послала зов Шаману:

«Николай, мне можно зайти?»

Шаман отозвался после короткого молчания:

«Ты слышала?»

«Да. Только не говори Шаттину».

«Нет, конечно. Зачем причинять парню лишнюю боль. Заходи, мы закончили разговор».

Кашлянув достаточно громко, чтобы быть услышанной, я хлопнула дверью в спальню Шамана и подошла к столовой:

— Тук-тук, можно к вам? Вы уже поели?

— Нет, тебя ждём, — ответил Шаман, отходя от Шаттина и садясь за стол. — Как спалось?

— Замечательно, — искренне ответила я. — Даже не снилось ничего. Я вчера так устала, что уснула прямо в одежде. Хорошо, что умею гладить без утюга, а то была бы сейчас в жёваных штанах.

Болтая без умолку, села за стол и окинула взглядом расставленные тарелки:

— Опять картошка?

Видимо, повара твёрдо решили устроить мне торжественные проводы. Ассортимент блюд был таким же, как в первый день моего пребывания в племени.

— Тебе не нравится? — встревожился Вождь.

— Нравится, — поспешно успокоила я его. — Я люблю картошку. Просто её так много, что я даже попробовать всё не смогу.

— Ничего, — успокоил меня Шаттин. — С собой возьмёшь.

Держался он великолепно. Если бы я не слышала их разговор, и мысли бы не появилось о его переживаниях.

— Хорошо, — улыбнулась я. — Спасибо.

И повернулась к Николаю:

— Когда ты меня отправишь?

— Как только ты позавтракаешь. Максимум через полчаса тебе надо быть в башне.

— Ладно, — кивнула я и принялась за еду.

— Много не ешь, — предупредил Шаман. — Тяжело переправляться будет. Лучше с собой возьми.

И встал:

— Я пойду, приготовлю технику. Не задерживайся, Селена.

Шаман вышел, а у меня резко пропал аппетит. Не поднимая глаз, я ковырялась в тарелке, не зная, что сказать на прощанье смелому воину.

— Ты ещё вернёшься? — прервал молчание Шаттин.