Обретая крылья (СИ) - Ллейад Этна - Страница 28

— Божечки, тише, дорогая. Это же просто платье. — он прижал меня к себе и начал поглаживать по спине, пытаясь успокоить ураган внутри. И казалось бы — просто вещь. Но мои размышления не унять, как и страх, что вертелся внутри сильным ветром. — Да, оно великолепно, я не спорю, одна из лучших работ. Но оно для тебя! Я делал его только для тебя и никого другого. Не обижай меня, прошу. — он приподнял мой подбородок, чуть отстранившись от моего трясущегося тела и заглянул в глаза, которые я подняла на него.

— Но я не могу… Можно мне что-то обычное? Я не хочу выделяться. Мало ли кто там будет. — проговорила я и закусила губу.

— Но ты должна выделяться! Ты особенная! Тебе нужно носить еще более яркие платья, хотя даже и они не смогут подчеркнуть твою индивидуальность. Пойми, милая. Пожалуйста, пойми меня. И не обижай. Я хочу, чтобы ты сверкала в нем, а все вокруг шептались, пытаясь узнать, что это за богиня стала музой популярного дизайнера. Ты не должна быть серой мышкой из-за стены. Не должно быть и капли сомнения, что ты не из высших кругов. Ведь после всего, что ты пережила — ты заслужила минуту славы. Уж я-то знаю, о чем говорю. — он улыбнулся, касаясь пальцами моей щеки, а я не смогла противиться и улыбнулась ему в ответ. После таких речей сложно отказать ему. Черт. Он слишком искусен. Я разбита, и сказать мне нечего. Бой за ним. Ухмыляюсь, а потом начинаю смеяться. Алекс вначале удивленно глянул на меня, а потом заразился этим занятием.

— Уговоришь даже мертвеца. Но это ради тебя. — чуть приподнимаюсь на цыпочках и чмокаю парня в щеку, отчего тот улыбнулся и потом прижал к себе. Оставалось не так много времени, а значит — пора готовиться к балу.

Глава 12

не вычитано

Мы были заняты подготовкой, казалось бы, целую вечность. Ведь сколько всего нужно было сделать — и макияж, и прическу, и одеться, и машину заказать. Кучу всего, чтобы просто выйти в свет и показаться. Вообще, Алекс до победного держал в секрете сюжет приема, хотя я даже не знаю правильно ли называть это приемом. Просто сборище богатых людей, что собрались ради одной цели под бокальчик игристого. Больше я никак это не могу назвать. Выставить себя, показать, обозначить. Будто и не люди, а лишь товары, которые нужно продать в будущем. И я вполне могу быть тем самым товаром, а точнее даже манекеном, что носит этот товар, но предпочту считать себя все же человеком, а не вещью.

— Ты прекрасна. — не без улыбки выговорил Алекс, когда мы сели в белоснежный лимузин, а я, уже успевшая стать за вечера краснее помидора, никак не могла адекватно реагировать на комплименты, хотя и после сотого стала более восприимчива. Но щеки загорелись румянцем в очередной раз, и я скромно улыбнулась.

— Прекрати. Я уже краснее некуда. Ты мне льстишь. — я убрала выбившуюся кудрявую прядь за ухо и сложила руки на платье, чуть поправляя браслет на голой коже, исполненного теми же камнями, что и платье.

— Такой девушке грех не льстить. — он ухмыльнулся, а после откинулся на мягкое сидение. Сам же был одет довольно скромно. Глубокого синего цвета костюм с переливами, строгий, не особо в его стиле. Волосы убраны назад и забраны в тугую косу. Черная рубашка и бабочка в тон. Ярким акцентом можно было выделить лишь его макияж, что блистал. Синие бархатистые оттенки и камни, которыми он оформил глаза. Было безумно красиво. Мой же образ был противоположен ему, ведь яркое платье привлекало все внимание. В пастельных оттенках макияж, мягкого оттенка красного помада, что никак не выделялась. Волосы легкими волнами спадали по спине, оставляя перед открытым для рассматривания. Мне было все еще неловко находиться в подобном образе, и как за зло, это неприятное чувство лишь возрастало, поскольку мы приближались к назначенному месту. Сколько я не пыталась получить информацию от своего друга — никакого прогресса. Лишь отговорки, что я все сама увижу. Он считал, что я должна быть в шоке, и причем не удосужился уточнить, в каком именно шоке — приятном или же нет. Мне бы хотелось быть в приятном, но ожидать я могла всего. И простого благотворительного вечера, и даже незаконной продажи контрабанды, а может и еще чего по хуже. Но все мои фантазии приходилось приглушать, так ненароком можно и хуже себе сделать, особенно, если угадать худший вариант.

Когда машина остановилась, я не сразу смогла рассмотреть происходящее на улице за темными окнами, но это быстро решилось, когда дверь машины открыли, подавая нам руку. Первым вылез Алекс, а после, подавая руку уже мне, на улице оказалась и я. Мы оказались около… дворца. И я не приуменьшала. Здание выглядело как дворец из сказок, только высокотехнологичный, некоторые детали выдавали, как, например, голограмма, что встречала нас. Помимо нас на улице были еще каике-то люди, они не сразу обратили на нас внимание, но как только мы стали подниматься по мраморным ступеням лестницы, взгляды все же догнали нас, причем довольно нахальные — никто не стеснялся нас рассматривать. Пара вдалеке даже начала перешептываться.

— Держи выше подбородок и не обращай внимание. — улыбаясь, очень тихо, почти не шевеля губами, произносил Алекс, сильнее сжимая могу руку своей. Я моментально послушалась его и подняла голову, начиная осматриваться. Как не странно, но той неловкости и страха я не ощущала. Скорее, неприязнь, потому что такие взгляды лишь злили, а не смущали. Что ж, раз хотят — то пусть смотрят. Мне совсем не жалко.

Пока мы поднимались по лестнице, где перила были украшены живыми цветами, я успела приметить некоторых неприятных личностей, а также и тех, кто не стал заострять на нас внимание. Я бы поинтересовалась у Алекса, но не стала нарушать идиллию выхода. Оказавшись внутри, я приметила огромный зал, где сочетались стили старых царских времен и современных технологий. Голограммы, большие экраны, фонтан посреди комнаты, что играл всеми цветами, и из него будто лилась не вода, а сама лава. Это была инсталляция, о чем мне после рассказал Алекс. Скромные столики с закусками и кучи официантов, что бегали среди гостей, раздавая напитки. Свет был приглушенный, но это нисколько не мешало, лишь создавало более интимную обстановку, настраивающую на общение. И кстати про общение — это будет самая тяжелая часть вечера. А от улыбки уже болели скулы. Придется выживать.

Когда мы с Алексом оказались в стороне, около столика с закусками, чтобы наконец остаться наедине и поговорить, я первая не выдержала. — Так что за тематика данного мероприятия? Я ничего выделяющегося не вижу. — подцепив за тонкую резную палочку из какого-то приятного коже материала закуску сладкую, быстро отправила ее в рот, и, начиная жевать, стала вопросительно смотреть на парня. Тот вновь ухмыльнулся.

— Не все сразу. Вечер только начался. А все интересное впереди. И про интересное. — он указал взглядом в толпу, а я попыталась посмотреть в то же место, но не поняла, про кого он. — Это семейка самых богатых людей в городе. Они строят грязный бизнес как раз за счет бедных районов. Именно они поспособствовали уменьшению провизии. Отвратительные люди. Но страшнее то, что их поддержали. Запомни их. — и тут я сразу поняла о ком он, ведь в центре зала, в кругу других людей, стояла пара. Мужчина лет пятидесяти и женщина чуть помладше. Выглядели они оба очень даже хорошо, только тяжелый взгляд выдавал. И надменная ухмылка, с которой они общались с окружающими, будто считали себя чуть ли не богами. Отвратительное зрелище. — Там в углу стоят мои покровители, владельцы многих магазинов одежды для богачей. С помощью них я продвигаю свои линейки. Они довольно приятные, если не обсуждать с ними жизнь за стеной. — он указал на двух очень похожих парней довольно молодого возраста, хотя, как позже оказалось, им куда старше, чем казалось на первый взгляд. Все дело было в магической медицине, которая могла сделать многое для красоты людей. Только не все хотели пользоваться этим, хотя и не понятна причина. Вроде как, это стоит не только больших денег, но и еще потерь по здоровью. Чтобы получить одно — отдаешь другое. Ей богу, магия. Но вдаваться в подробности не хотелось. И вот, спустя какое-то время, которое мы смогли побыть одни, обсуждая гостей и устройство данного мероприятия, а потом и вовсе мира, пришлось-таки выйти в свет, чтобы начать общаться, как обязывает этикет данного вечера. Я чаще стояла в стороне, лишь изредка кивая и улыбаясь, хотя Алекс и пытался меня втянуть в беседу, но мало кому было интересно общаться с манекенщицей, причем учитывая, что Алекс представлял меня лишь как близкого друга и музу, всячески пытаясь выделить меня как личность, а не как картинку.