По ту сторону памяти (СИ) - Кутукова Елена - Страница 7

— Меня интересует, как так вышло, что у вашего пропавшего ребенка нет документов? — спокойно спросил я, хотя в душе бушевало другое. Один Бог знает, каких мне только сил стоило сохранять спокойствие.

Кирилл поправил воротник рубашки.

— Наташа должна была их сделать. Она все равно дома сидела, у нее было полно для этого времени.

Я несколько удивился. Когда родилась моя дочь, такими делами занимался я, шеф меня даже с работы отпустил.

— И все-таки нам нужны документы.

— Хорошо. Я думаю, получится взять в роддоме копию справки о рождении.

Роддом, хотелось хлопнуть себя по лбу, я совсем об этом забыл.

— Я сам запрошу, — ответил я, делая пометку в ежедневнике.

— Также сведений о ребенке нет в детской поликлинике. За это время вы должны были после выписки из роддома хоть раз показать дочь врачу.

— Мы показывали. Частный педиатр приезжал к нам на дом, — выкрутился Кирилл. — Я сам привозил врача.

— У вас есть выписка о состоянии ребенка? — устало спросил я.

— Я поищу дома, — ответил Кирилл. Но я уже знал, что вряд ли он что-либо принесет. Я просто кивнул.

— Что с фотографиями?

— Фото дочери есть.

Сериков протянул снимок, где он сам держит на руках младенца, одетого в белоснежный комбинезон и шапочку такого же цвета. Собственно говоря, вряд ли это фото сильно поможет: младенцы в таком возрасте все выглядят на одно лицо.

— Родители прислали, — прокомментировал он. — Постараюсь завтра предоставить в лучшем качестве. Над ноутбуком Наташи поработает мой друг, может, получится извлечь фотографии.

— Может быть, вам посоветовать хорошего программиста? — спросил я.

— Не стоит. — Сериков заерзал в кресле. — Это все? Я могу идти? Я тороплюсь.

— И последнее. — Я внимательно посмотрел на Серикова. — Вы забыли сказать, что в день исчезновения вашей жены вы поссорились. Об этом сообщила ваша соседка сверху.

Судя по лицу, Кирилл явно не ожидал это услышать.

— Причина ссоры?

Сериков тяжело вздохнул и скрестил руки на груди.

— Я же говорил, что Наташа затягивала с документами. А если не сделать за месяц, то оштрафуют. Но мы не ссорились, я просто немного повысил голос на жену.

Я кивнул, ни грамма не веря в эту историю.

— Вы подозреваете меня? — Сериков встал и возмущенно уставился на меня. Я промолчал: ответ был слишком очевиден, чтобы его проговаривать.

— Будьте готовы, вас будут вызывать на опознание, — холодно произнес я.

Сериков отлично понял, что я имел в виду опознание трупа.

— Вы будете ее искать?

— Будем, будем, — кивнул я.

Юля обещала, что вызывать на опознание его будут часто, она поспособствует. К сожалению, пока у нас не хватало оснований для возбуждения уголовного дела, хотя в отношении произошедшего наши взгляды с Юлей были одинаковы. Но, увы, наши подозрения ничего не значили. Оставалось только, как сказал Анатолий, работать.

Поскольку, шеф требовал ежедневный отчет, я все-таки поехал в роддом сам, чтобы забрать копию справки о рождении. Работником архива оказалась молоденькая девушка с короткой стрижкой и такой же короткой юбкой. Она тут же оторвалась от чая, увидев меня по форме, и вытянулась в струнку:

— Чем могу помочь? — лучезарно улыбнулась она во все зубы. Почему-то форма действует на некоторых девушек весьма специфически.

Я протянул ей лист с запросом. Девушка кивнула и отошла к компьютеру, потом отправилась к полкам, достала какую-то коробку и принялась в ней рыться. Через некоторое время с видом победительницы достала тоненькую картонную папочку и, подойдя с ней к стойке, наконец, открыла. Пролистав, она остановилась на последнем листке и картинно ойкнула. Я развернул к себе папку. Как выяснилось, ойкнуть было от чего: нужной справки здесь не оказалось. На последнем листке оказалась выписка, из которой следовало что на тридцатой неделе у Сериковой Натальи Александровны, девяносто третьего года рождения, случились преждевременные роды, ребенок не выжил.

Я молча взирал на документ, пытаясь понять, как такое возможно. Я же видел фото Серикова с ребенком на руках, детские вещи, найденные у подъезда. Я вновь и вновь перечитывал строки больничной выписки с ее сухими скупыми медицинскими терминами. Девушка молчала и уже не улыбалась.

— Такое бывает, — наконец нарушила она звенящую тишину этого пыльного архива.

Я лишь помотал головой. Хотелось позвонить Серикову и спросить, что это за шутки, а еще лучше — пообщаться при личной встрече, прижать его к стенке и наконец, узнать, что происходит.

Я посмотрел на свой запрос, лежащий рядом, и потянулся за ним. Холодно велел девушке сделать копию. Я пришел за справкой о рождении, а буду забирать выписку о смерти. Я еще раз пробежал глазами запрос и неожиданно заметил:

— Подождите, она же девяносто второго года рождения.

— Ой! — вновь ойкнула девушка, картинно хлопнув ресницами. — Извините, архив большой. Сейчас поищу.

Девушка опять вернулась к коробке.

— Я тут просто замещаю.

Она принесла мне новую папку, в которой нужная справка все-таки обнаружилась.

— Свидетельства о рождении нет, вечно родители забывают привозить копии.

Я лишь кивнул. Имени ребенка на справке не было — лишь дата и время рождения, пол, а также фамилия и имя матери, но мне этого было достаточно.

Через пару часов мне удалось узнать, куда же так торопился Сериков. Об этом мне сообщили гаишники. Оказывается, этот герой-отец и скорбящий муж торопился оформить новенькую Ауди.

Глава 6

Наталья Серикова:

13 сентября

Мы сидели с Мариной в кафе, как всегда после работы. За окном уже сгущались тучи, но домой мы не торопились Я вяло ковыряла вилкой свой салат и вдыхала аромат ванили и корицы,

распространяющейся по всему заведению. Марина же с аппетитом поглощала свой бифштекс.

— Она еще и выписку из больницы попросила.

— Вот наглость же! — возмутилась Марина. — Надеюсь, ты тут же пожаловалась заведующей и поменяла врача?

Я промолчала. Как объяснил врач, выписка была нужна ей для лучшего понимания картины. Вот только ее у меня не оказалось, это была последняя вещь, о которой я думала при переезде. Я

даже не была уверена, что забрала ее из роддома.

— Нет, я лишь взяла список анализов и ушла.

Слишком много сил мне понадобилось на подобный поход. Встреча с Машей, общение с Мариной научили меня тому, что я не сбегу от прошлого, я должна научиться с ним жить, ради того, чтобы у меня было будущее.

— Зря, — продолжала возмущаться подруга, совсем позабыв про остывающий ужин. — Все-таки это не очень правильно, ставить с бухты-барахты диагнозы…

Я лишь вздохнула и пожала плечами, меня тревожило не это.

— Знаешь, что самое неприятное, Марин? — сказала я, чуть ли не истерически смеясь. — Она

угадала: моей дочери действительно было бы примерно два месяца, если бы…

Остальные слова не сорвались с языка и остались непроизнесенными. Замолчав, я уставилась в окно, за которым уже во всю лил дождь. Интересно, в этом городе хотя бы иногда бывает нормальная погода?!

Марина коснулась моей руки.

— Наташ, просто все родившие через два месяца должны обратиться к врачу, вот она и приняла

тебя за такую. Я, конечно, понимаю, что конец рабочего дня, но работать тоже надо нормально

— Я все думаю, почему же я не попросила все-таки показать ребенка… если…

Марина окинула меня предупреждающим взглядом.

— Наташ, не накручивай себя. Хватит мучиться.

— Лучше ответь: у тебя шорты и майка есть?

Я вопросительно кивнула на окно, за которым уже шел крупными хлопьями снег, и поежилась от

холода. Вот что мне в теплом Краснодарском крае не сиделось?! Нормальные люди с севера на юг

едут, а не наоборот.

— По такой погоде?!

— Понятно, — хмыкнула Марина. — Просто предлагаю тебе на тренировку сходить сегодня…

— А может, не шорты, а спортивные штаны?