Белый край (СИ) - Острожных Дарья "Волхитка" - Страница 45

— Вы не верите? — спросила я.

— Верю, — кивнул Нэмьер, — во многом Калсан сильнее меня, но души я читаю куда лучше. Твою скрывали чары, но теперь я вижу, что ты не лжешь.

Он улыбнулся! Едва заметно, но так искренне. От радости затряслись колени. Выходит, не стоило бояться допросов и пыток — все исправило время.

— Вы отпустите меня? — спросила я.

— Калсан и этого не объяснил?

Нэмьер тоскливо усмехнулся и покачал головой. Он будто хотел сказать что-то жуткое, но не решался. Сколько можно? У меня не каменное сердце, это невыносимо!

— Нет, не объяснил. Я ничего не знаю об этом месте, я же рассказала, как все было!

— Я не могу отпустить тебя. Ты останешься здесь, навсегда, — вздохнул брат лорда.

Он внимательно смотрел на меня. Почему замолчал? Это не мог быть весь ответ, это глупость.

— Навсегда?.. Зачем? Я ничего не расскажу, клянусь! Вы же видите души, я не лгу!

Нужно было убедить его любым способом. Нельзя здесь оставаться, меня ждали родители, я хотела домой!

— От меня не будет проблем, прошу, только отпустите! — Слова выскакивали сами собой. Нэмьер слушал и не перебивал. Он осунулся и помрачнел, только глаза ярко блестели. Из твердых камней они превратились в водную гладь — это от жалости, я знала и тараторила все быстрее.

Вдруг брат лорда прижал палец к губам. От этого плавного жеста в горле встал ком.

— Я верю тебе, но чары этого места слишком сильны. Они уже оставили на тебе свой след, это будет заметно. Я не могу отпустить тебя, пойми, в Ильмисаре слишком много свободных чародеев. Они могут воспользоваться тобой, чтобы навредить мне.

Нэмьер говорил тихо и твердо. Каждая фраза молотком вбивала в меня суть — я никуда не уйду. Невозможно. Лед, иней, белые люди… ни за что не останусь здесь!

— Но… но…

Мысли спутались. Доводы были, но я потеряла нить разговора. Брат лорда молча смотрел, как палач на смертника.

Тут меня осенило.

— Бригита все еще у Калсана! Он не вернет вам ее просто так, обменяйте меня на нее!

Вряд ли главе было до меня дело, но попытаться стоило.

— Бригита? — переспросил Нэмьер. Он вытянулся и снова нахмурился. — Елена, Бригита умерла. Такие чары не снять на расстоянии. Если они развеялись, значит, погиб тот, чью внешность ты забрала.

— Умерла? Нет! Калсан не мог так поступить, — крикнула я.

Это вышло случайно. И впрямь не верилось, но почему-то сердце быстро забилось.

— Не думаю, что это сделал Калсан, — Нэмьер покачал головой. — Мои люди не могут жить вдали, им нужна сила, которую только здесь можно получить. Ты и так пробыла здесь долго, поэтому я решил подождать, а не делать с тобой то, что предлагал мой брат.

В голове не укладывалось. Калсан наверняка знал это и оставил Бригиту умирать. Нэмьер знал это и ничего не сделал. И я не сделала. Бедняжка наверняка все понимала. Будь я добрее, она смогла бы поделиться, мы бы придумали что-то. Но нет, мне было интереснее дуться и придумывать прозвища.

Не знаю, что чувствовала. Какую-то гадливость, желание разломать все, биться головой о стену. Было мерзко от себя и мира, который допускал такое. Я и не заметила, что Нэмьер ушел. Просто поняла, что стояла одна посреди камеры.

От злости тряслись руки, нужно было схватить что-то, швырять, ломать! На глаза попался стул. Бросить бы его в стену, отыграться за Бригиту, за себя. За то, что мне ничего не объяснили и заперли в этом поганом месте!

Но нельзя. Нэмьер сказал, что я стану одной из них. Люди здесь казались слишком спокойными — буду повторять за ними и выйду отсюда быстрее, чем чары изменят меня. И пусть братья ищут подвох и читают души, все равно попытаюсь. Хватит безвольного подчинения.

Я топнула ногой, но страх быстро вернулся. Возможно ли обмануть Нэмьера? И сколько ночей придется провести здесь, пока магия будет копаться во мне, ломать и менять?

От сомнений избавил новый визит. Раздался скрежет замка, и я подпрыгнула на месте. Наверняка брат лорда вернулся, он все объяснит. Но из-за двери показался другой господин, ниже ростом и шире в плечах — Гайди.

Он давно казался иллюзорным героем легенды, и было странно видеть его во плоти. Улыбка смущала, а глаза… боги, они посветлели. Раньше были черными, а сейчас стали светло-коричневыми.

— Мне позволили навестить тебя, — сказал Гайди и улыбнулся шире.

Я не обратила внимания и рассматривала его волосы. С последнего раза они побелели. Жаль, что Эделина не принесла зеркало, мне не полагалось ничего острого и бьющегося.

— Я… — Гайди покашлял. — Я принес книгу, она помогала мне в грустные моменты.

Из складок свободной темно-зеленой накидки он извлек тонкую книженку. Я приняла ее, и наступила гнетущая тишина. Мы столько пережили в разлуке, но сказать было нечего. Стало ужасно неуютно, Гайди тоже, судя по натянутой улыбке.

Он переминался с ноги на ногу и будто хотел уйти. Одиночество надоело, и я спросила:

— Позволили? Вы тоже пленник?

— К сожалению.

Гайди виновато пожал плечами. Он тоже был смущен и не собирался скрывать этого.

— Как же так? — спросила я и указала на стул, а сама устроилась на кровати.

— Надеялся на убежище. В каком-то смысле, я его получил. — Гайди подобрал накидку и устроился поудобнее. — Меня разыскивали все: брат, солдаты твоего короля, его лорды. Я оказался неподалеку и собирался обратиться к горцам. Я ведь еще не видел такие высокие и крутые скалы, лезть на них оказалось опаснее, чем думалось. Мои проводники и остатки друзей разбежались… пришлось прибиться к процессии, которая направлялась в Ашвейн. Это Нэмьер возвращался из Ильмисара. У них сломалась одна карета, и во время заминки я спрятался в повозке.

Я заметила, что накидка была слишком длинной. Рукова рубашки тянулись до костяшек — Гайди дали эту одежду. Сказанное походило на правду.

— И что вы сказали, когда вас обнаружили?

— Все как было, и лорд с братом вроде как поверили. Они могут увидеть правду, все-таки чародеи. В это охотно верится.

Гайди посмотрел на опутанные льдом прутья.

— И вы не пытались сбежать, выяснить что-то об этом месте?

— Возможности не было. Я не могу свободно ходить по замку, в моем распоряжении лишь несколько комнат и коридор. Чародеи ждут, когда на меня подействует магия этого места.

Он расставил ноги и уперся локтями в колени. Поза выглядела до того грустной, что в груди защемило. Видимо, Нэмьер боялся, что Калсан свяжется со мной и отправит шпионить, поэтому и запер.

— Нужно притвориться, вы ведь видели людей здесь. Попробуем вести себя, как они, — сказала я, но Гайди покачал головой:

— Я пытался, но мне не поверили.

В голосе появилась твердость. Казалось, что впервые за все время он расслабился и показал истинную натуру. Шанс нельзя было упускать, и я затораторила:

— Это лучше, чем сидеть сложа руки. До этого я служила в библиотеке, кто знает, вдруг меня отправят туда же. Ведь я должна буду чем-то заниматься, когда…

Договорить не хватило воли.

— Так ли нужно отсюда уходить? — спросил Гайди.

— Вы хотите стать призраком, как остальные?

— Они не призраки, они спокойны.

Его лицо стало бесстрасным, как у местных. Боги, неужели…

— Вы один из них, — шепнула я.

Он был здесь дольше меня, магия изменила его!

Гайди встрепенулся.

— Нет, еще нет. — Он грустно усмехнулся и опустил голову. — Но скоро им стану. Я начинаю забывать себя.

— Как это?

Говорить было страшно, так и чувствовался кто-то третий. Из-за блеска казалось, что лед в стенах двигался. Или не казалось?

— Я не помню своего детства. Раньше помнил, уверен. Лицо матери, братья, дом… ничего этого нет.

Гайди хмурился и будто силой вытаскивал воспоминания. Здесь никто ничего не помнил: поваренок, Эделина, женщина, которая забрала меня из библиотеки. Родарик не мог ответить, для кого готовились комнаты. Ни для кого. Люди безвольно делали свою работу. Симон тоже, он годами переписывал одни и те же книги. Магия исказила их, забрав память — то, что делает нас собой.