Белый край (СИ) - Острожных Дарья "Волхитка" - Страница 51

— Нет, но в тебе есть сила.

— Неправда.

Хватало белых волос и синеватых глаз, это была ошибка! Но Нэмьер смотрел на меня с жалостью, как на дурочку. Я отвернулась и зашагала куда-то. Требовалось найти что-то и отвлечься, но вокруг только лед блестел. Он напоминал о всех странностях, что были здесь. А вдруг правда? Вдруг они еще не кончились?!

— Разве твои сны никогда не сбывались? Разве ты не чувствовала беду?

— Все иногда что-то чувствуют.

— Да, но не все видят духов. Ты же чувствовала их там, на кладбище, они сказали мне.

— Я боялась, я ничего не чувствовала.

Это правда, мне не до того было. Но ведь дух приходил в спальню, в коридор… ужасно хотелось найти другое объяснение.

— Даже Калсан говорил тебе об этом. — Нэмьер шагнул ко мне и заговорил вкрадчиво. — Не пугайся, ничего не изменится. Ты лишь связана с миром мертвых чуть больше остальных, поэтому чувствуешь больше них, вот и все.

У меня в груди похолодело. Я уже человеком себя не ощущала, скорее каким-то магическим созданием. Мне это совсем не нравилось.

— Не бойся, — повторил Нэмьер, — пока не думай об этом. Ты давно сидишь взаперти, если хочешь, завтра я покажу тебе окрестности.

— Окрестности?

Он улыбнулся и кивнул. Вот так просто. Я стояла и не могла понять, что делать. Духи, легкие, сила — какой-то дикий калейдоскоп ужасов. Но толком испугаться не получалось, ведь в болезнь и мифическую силу пока не верилось. Настроение сменилось так же резко, как тема разговора, и я с радостью кивнула.

Глава 2.5. Духи

Сборы превратились в испытание. Эделина поздно разбудила меня и долго возилась с водой для умывания. Затем несколько раз переплетала мою косу, больно дергая за пряди. Еще и за окном что-то звенело, будто латники ходили. Эти звуки напоминали про отца и темницу — дурной знак.

Пока Эделина оборачивала косу вокруг моей головы, я думала, брать ли ее на прогулку? Идти одной было неприлично, но местные вряд ли запомнят это надолго. Даже Нэмьер не таскал за собой свиту и сам стучал в двери. Хотелось бы остаться с ним вдвоем, чтобы снова ощутить касание губ… Это неправильно, но Эделина останется. Пусть все повторится; мне двадцать лет, хватит быть примерной, пора взять свой кусочек радости. Он заслужен, и пусть сгорят все несогласные!

Скоро в дверь постучали, и Эделина пошла открывать.

— Это за вами! — Она с криком подлетела ко мне и принялась зашнуровывать платье.

Не нашлось ничего похожего на наряд для верховой езды. Пришлось надеть бежевое платье и оливковое котарди, которые я носила на празднике юности. Плащ из черной шерсти выгодно оттенял яркие цвета.

Безликий слуга вывел меня из замка и повел к каменным постройкам. Тумана не было, но мир все равно казался серым и мертвым. Ветер гонял рассыпчатый снег, и это напоминало пустыню и сухие растения, я читала о них. Окна везде были закрыты, но из-за них доносились звуки, будто кто-то скребся. Вряд ли это было так, но сразу вспомнились кладбища и погребенные заживо. Я куталась в плащ и хотела спрятаться от всего. Хруст снега вдалеке, звон лат, неясные голоса, и все это тихо, даже призрачно.

Я чуть не подпрыгнула от радости, когда в нос ударил запах сена и навоза. Хоть что-то живое и знакомое. Мы вышли к высокой конюшне с покатой крышей. Возле входа уже стоял брат лорда и пара чумазых слуг, которые держали за поводья лошадей. Я вытянулась и постаралась идти изящно, ведь Нэмьер был таким красивым. В темно-синем плаще со стоячим воротником, полы развевались, как на картинке.

Он коротко улыбнулся и посмотрел на меня из-под полуопущенных ресниц. Я знала это выражение — ему нравилось увиденное! Хорошо, что плащ скрыл, как задрожали мои руки. Боги, только бы не споткнуться.

С помощью слуги я забралась на лошадь. Думаю, что вполне элегантно, но как же непривычно оказалось наверху. С Калсаном все было иначе, а сейчас приходилось сидеть ровно. Правая нога плотно лежала на луке, но при движении лошади меня кренило во все стороны. Земля была очень далеко, так и чувствовалась ее твердость.

Нэмьер запрыгнул в седло на удивление легко. Его плащ взмыл в воздух и осел на крупе коня.

— Готова? — Он улыбнулся и подмигнул мне.

Я захихикала, как ребенок. Наверняка это выглядело донельзя глупо, но ничего не удалось поделать. Было так чудесно оказаться на свежем воздухе и видеть Нэмьера в хорошем настроении. И это после темницы и переживаний. Надеюсь, он понимал.

Мы пришпорили коней и направились к воротам. В веселом цоканье подков двор перестал казаться мрачным. Теперь он выглядел спокойным, будто обитатели замка еще не проснулись и не развеяли безмятежность ночи. Сразу за воротами виднелись неровные здания города с крышами из красной и оранжевой черепицы. Из-за них поднимался кусок крепостной стены, а следом тянулась кривая полоска леса. Все остальное пространство занимало поле. Ни скота, ни строений, только простор.

— Живописный вид? — Нэмьер заметил, что я улыбалась пустому пейзажу.

— Напоминает мне детство, у нас тоже недалеко был город, только лес был с другой стороны. В детстве сестра сажала меня на седло перед собой, и мы носились по полю.

Я так и чувствовала, как ветер трепал волосы, а сестра держала меня одной рукой. Чувствовала напряжение лошади, когда копыта врезались в землю. Чувствовала и вспоминала ту детскую беззаботность, которая длится так недолго.

— Я так же катал брата, — улыбнулся Нэмьер, — если хочешь, можем вспомнить.

Он кивнул на свое седло. Как мне этого хотелось! Прижаться к нему, снова ощутить запах, близость. И брат лорда знал, что я хотела; он так лукаво улыбался, что сомнений не оставалось. Мешал какой-то глупый страх. Или смущение. Не знаю, перспектива была то того приятна, что пугала.

Я улыбнулась в ответ и пустила лошадь рысью. На счастье, мы объехали город. Наверняка сейчас он выглядел не так жутко, но мне не хотелось видеть пустынные улицы. И вдали от посторонних глаз можно было расслабиться.

— Почему здесь уже лежит снег? — спросила я.

— Мы же на севере.

— Но у самой стены его не было. Неужели это место так далеко от нее?

Нэмьер посмотрел на меня с усталой улыбкой.

— Достаточно далеко.

Ему явно не нравилась эта тема. Было слишком хорошо, чтобы тратить силы на подозрения, поэтому я засмеялась:

— Надеюсь, мне не стоит опасаться, что ваш брат все-таки отправит меня на допрос?

— Не слушай его. — Нэмьер тоже посмеялся. — Стефан еще плохо понимает, что пустые слова и угрозы не делают ему честь.

Даже Осберт это понимал, хотя иногда выглядел совсем глупым. Лорд нравился мне все меньше и меньше.

Объехав город, мы оказались у развалин стены и камней, возле которых… даже думать было стыдно. Вдруг Нэмьер собирался исправить прошлый раз? От этой мысли сердце затрепетало, но брат лорда уверенно миновал стену и направился к кладбищу.

При свете дня оно выглядело не менее отвратительно. Кривую ограду покрывали сухие растения, будто сама земля здесь умерла и порождала лишь тлен. Листья покачивались, как слепые птенцы в гнезде. Надгробия выглядели четко и теперь напоминали не зубы, а когтистые руки, которые рыли землю. На миг я забылась и стала ждать, когда появятся черепа с гнилой кожей и пучками волос.

Лес в стороне высился, как вражеская армия. Кругом по-прежнему было голое поле: что угодно могло произойти, и никто не узнает. Даже лошади испугались, озирались и фыркали. Хотелось побыстрее уехать, но Нэмьер вдруг остановил коня.

— Мы не поедем дальше? — спросила я.

Голос получился тонким и испуганным.

— Помнишь, я говорил тебе о друге, Рогире Дайли?

Мне совсем не понравился его вопрос. Не хочу ничего знать, хочу убраться отсюда.

— Сейчас ты познакомишься с ним, — невозмутимо сказал Нэмьер.

Вот так просто. Он слез с коня с совершенно спокойным лицом, будто все нормально.

— С мертвецом? — взвизгнула я.

Брат лорда замер, держась за седло. Он посмотрел на меня с разочарованием и грустью, как мастер, чей труд справедливо осудили.