Звено цепи (СИ) - Гуминенко Маргарита Владимировна "Киппари" - Страница 118

— Какую? Засветился на Мурманской трассе в день взрыва?

— Наехал на Сокольского, — хладнокровно ответила Инга.

Впереди, в быстро сгущавшихся зимних сумерках и свете дорожных фонарей уже показалась жёлтая будка диспетчерской трамвайного кольца…

* * *

Серебристая "Лада" обогнала чёрную "Тойоту" и резко повернула, загородив дорогу. Козлов ударил по тормозам. Из-за будки вырвалась "Мазда" и встала впритирку за его багажником, отрезав путь к отступлению. Из обоих автомобилей выметнулось четверо с оружием.

— Вышел из машины! — крикнул один из оперативников, подкрепив своё требование жестом.

Козлов поспешно вскинул руки — испугался, что его пристрелят. Толкнув дверцу, он начал выбираться наружу. В него вцепились, выдернули и уложили носом на капот.

— Ноги расставил! Руки назад! — Вокруг запястий сомкнулось железо наручников. — В машину его! Слава! Ты с нами!

Командовал Юраша. Дан со Славой быстро обшмонали задержанного, подхватили под руки и поволокли к "Ладе".

— Будь здесь, вызывай наших, — тихо сказал Капустин Инге. — Мы поговорим немного… По-мужски. — Он агрессивно стиснул кулак. — За стройкой есть укромное место…

— Ты уверен? — спросила Берестова, взглядом показав на Ольгина.

Юраша нахмурил густые брови, потом сообразил, о чём она.

— Ин! Он уже большой мальчик. Пусть привыкает.

Инга помнила, какое впечатление на Ольгина произвела расправа над Альбертиком Иванченко, которого застрелили люди покойного ныне бизнесмена-бандита Горюнова, но промолчала. Её дело — предупредить.

Когда её коллеги, вместе с задержанным Козловым, укатили по едва заметной, обледенелой дорожке вглубь территории, Берестова достала телефон и позвонила майору Киппари…

* * *

Козлова настораживало, что с ним не говорят, ничего не спрашивают, не замечают его вопросов. Машина свернула с дорожки, фары высветили часть обшарпанной бетонной стены.

— Приехали, — сказал коренастый тип на водительском месте.

Двое других ухватили Козлова за одежду и вытащили из салона. Слева, за бетонной стеной, поднимался рассеянный свет. Может, там была улица или набережная, но в этом промозглом закутке создавалось впечатление, что отсутствие освещения уже давно никого не волнует. С ржавого кронштейна на стене свисала пустая "клетка", в которой торчал патрон без лампочки. Среди ледяных куч валялся строительный мусор. Высоко над головой чернели пустые провалы окон.

— Куда вы меня привезли? Что вам нужно? — Козлов понимал, что сейчас его будут бить. К подобному обороту в своей судьбе он был готов. — У вас есть ордер, или что там полагается, чтобы задержать человека?

Двое парней — оба высокие и жилистые — пихнули его к стене и силой заставили опуститься на полуметровый выступ. Третий теперь оглядывался, водя лучом фонарика по кучам. Холод и сырость быстро пробирали до костей, но похоже было, что оперативников это не беспокоит.

— Ладно, я проникся серьёзностью момента, — сделал новую попытку Козлов. — Мы можем опустить предисловие и сразу перейти к вопросам? Что вам от меня надо? Я готов сотрудничать.

— Нашёл! — объявил Юраша, пиная ногой лёд. Наклонившись, он вцепился в какую-то проволоку и выдернул её из кучи. — Подойдёт!

Он шагнул к Козлову, которого удерживали на холодном выступе его товарищи.

— Кронштейн от фонаря выдержит, — заметил Данила.

— Шарф с него сними, — скомандовал Юраша, а сам полез на приступочку, чтобы дотянуться до куска ржавой арматуры, торчащей из обшарпанной стенки.

Данила взялся за воротник задержанного и дёрнул с него шарф.

— Вы что делаете?! — возмутился Козлов. — Совсем оборзели!

— Заткнись, — бросил Дан, и это было первое слово, обращённое к арестованному.

Козлов напрягся и сделал попытку вскочить. Его шваркнули затылком о стену. На пару секунд он потерялся, а потом почувствовал, что шею охватила проволочная петля.

— Погоди! — встрял неожиданно Ольгин.

Капустин внимательно посмотрел на него, вспомнив, как Инга спрашивала, уверен ли он, беря новичка с собой. Но Слава лишь напомнил:

— Наручники. Надо бы их чем-то заменить.

Юраша ухмыльнулся, так что в свете фар блеснули зубы. "Подхватил суть! Умный паренёк", — подумал он, но сказал совсем другое:

— Потом ещё какую-нибудь проволоку найдём. Хлама много валяется. Но ты прав, главное — не забыть.

Козлова вздёрнули на ноги и прижали к стене. Юраша набрал обрывок провода, подтягивая его через кронштейн, пока петля не врезалась в шею выпучившего глаза Козлова.

— Один не подниму… Хватайтесь! — скомандовал Капустин.

— Вы этого… не сделаете… — прохрипел Козлов.

Юраша бросил конец провода, ухватил его за грудки и шваркнул о мёрзлый бетон.

— Хочешь в тюрьму попасть, сволочь?! — рявкнул он в лицо пленника. — Оттуда выходят, да?! Здесь сдохнешь!

— Меня найдут! — выдохнул Козлов.

— Обязательно найдут! — поддакнул Юраша. — По весне!

— Вы не можете… Я вам нужен.

— Зачем? — Юраша снова шмякнул его о стену. — Мы и так знаем, что ты взрыв в Мяглово подстроил, и что твой хозяин, Зайцев, кучу народа угробил! Ты на нашего шефа наехал, гад! Помнишь?! В подворотне?! Сдохни, тварь! — Он оттолкнулся от Козлова и поймал болтавшийся на ветру конец провода. — Что встали?! Давай!

Дан со славой вцепились в натянутый провод. И тут Козлов заговорил, быстро-быстро:

— Зайцева отмажут! Вы ничего не докажете. Я расскажу, где он прячет лабораторию. Не найдёте без меня! У него там… био… материал. Оружие! Такое, что зомби добрыми покажутся… Финансируют из-за бугра…

Проволока врезалась в горло и он раскрыл рот, в ужасе таращась в темноту и дёргаясь в попытках высвободиться…

— Хватит, — скомандовал Юраша — и парни отпустили проволоку. Козлов рухнул под стену, хрипя и кашляя. Присев над ним на корточки, Капустин нащупал петлю и дёрнул, ослабляя удавку. — Всё расскажешь! Прямо тут. И показания подпишешь. Тогда останешься жить. Сволочь!..

Глава пятая. Страсти общественные и частные

— Разрешите, товарищ полковник!

— Проходите, Людмила Кирилловна! — Баринцев поднялся со стула. Его примеру последовали Сокольский и Киппари. — Как раз вас ждём.

Доктор Люся кивнула Матвею и повернулась к Сокольскому.

— Игорёк! Сто лет тебя не видела! — Она охотно подала ему руку.

— Я собирался зайти, лично поблагодарить за Славу Ольгина.

— Да, это моя заслуга, — признала доктор Люся. — Если позволите, товарищи офицеры, мне бы хотелось сразу перейти к делу.

Полковник кивнул, и все расселись у стола.

— Руководство одобрило вашу просьбу, Александр Борисович, — обратилась женщина к Баринцеву. — Поэтому я в вашем распоряжении.

— Расскажите по порядку, — предложил полковник.

Женщина ненавязчивым жестом поправил густую, рыже-чалую шевелюру, после чего открыла принесённую с собой папку.

— В две тысячи девятом году нашим агентам удалось раскрыть место подпольной лаборатории по производству героина в Псковской области, — начала она. — Вот карта с указанием точного места. Прибывшее туда спецподразделение задержало злодеев, после чего взялись за дело наши специалисты-химики. В составе бригады довелось работать мне, так что информация — из первых рук.

— Нашли героин? — спросил Мотя, разглядывая карту, которую ему передал Сокольский.

— Нашли. Но его производство оказалось не главным. — Тётя Люся разложила перед собой несколько листков, предпочитая сверяться с данными. — Особая секция лаборатории занималась веществом, которое нам сразу идентифицировать не удалось. К тому же, оборудование у них было специфическое. Наводило на мысль о бактериологических исследованиях: термостаты, набор агаровых и желатиновых сред, термосы с жидким азотом, кровяные пробы… Пришлось закрыть территорию на карантин и принять меры предосторожности.

— Что там было? — Сокольский мог сам предположить, поэтому добавил: — Тот самый "муравьиный эликсир"?