Звено цепи (СИ) - Гуминенко Маргарита Владимировна "Киппари" - Страница 180

— Надо что-то делать, — напомнила женщина, сворачивая от моста на набережную.

— Куда мы едем? — спросил Аршинов, заметив наконец, что они двигаются совсем не в том направлении, в котором он ожидал.

— В укромное место, — уклончиво ответила женщина. — Так что теперь делать?

— А я знаю? Не надо было меня вытаскивать! — возмутился он. — Придумал бы я что-нибудь с этим тт-шником! Ты понимаешь, Марго, они сами бродят вслепую! Ты надеялась, что с их помощью можно узнать имена, хотя бы примерное направление — но они ничего не знают! Или меня не посвятили… Кого нам теперь искать? Столько трудов — и всё псу под хвост…

Она остановила машину у арки старого дома. Он посмотрел на неё и сморгнул. Зрение всё ещё подводило.

— Где искать этого "доброго человека", который помог журналистам выйти на объект? — спросил он, хотя на ответ не рассчитывал. — Мы только имя его знаем, да и то, мне кажется, что это — не имя… Слушай, Марго! У меня башка раскалывается! Может, поговорим утром?

— Как скажешь, — согласилась она.

Потом с глазами Аршинова что-то произошло. Женщина, машина, фонари — всё начало расплываться, погружаясь во тьму…

* * *

— Всё! — Людмила Кирилловна отодвинулась от пульта и набрала команду на сброс программы. — Глубокая фаза сна. Больше ничего не добьёшься!

— Этого вполне достаточно, — задумчиво проговорил Сокольский и выглянул через раскрытую дверь в соседнюю комнату. — Матвей! Как у тебя?

Киппари показал большой палец. Вид у него был довольный.

— Что будешь делать? — спросила тётя Люся, со свойственным ей любопытством глядя на полковника. — Кстати, как ты догадался, что нужно подсунуть ему образ Рауш, а не Курковой?

— Отвечая на детекторе, он оговорился и сказал "Марго" вместо "Зоя", — пояснил Сокольский. — Гаврилов говорил о наёмном киллере из полиции. Его подельник, покойный Артур Переверзев, пользовался услугами Рауш. Я рискнул предположить, что речь идёт о ней.

— Это могла быть другая Марго, — заметила Бердникова. — Тогда ничего бы не получилось.

— Пришлось рискнуть, — признался Сокольский, после чего встал со стула. — Примите мой комплимент! Вы быстро освоились с машинкой наших Вершителей.

— Аршинов принадлежит к числу легко убеждаемых людей, — отмахнулась тётя Люся. — И скажи спасибо Марусину, что он отдал мне это устройство.

— Скажу! — пообещал Сокольский и позвал охранников. — Переправьте парня в палату и сообщите, как только он придёт в себя.

Выходя, он бросил короткий взгляд на распростёртое под сканером тело Вовы Аршинова и подумал: "Осталось лишь совместить все части головоломки и узнать у госпожи Рауш, какого звена недостаёт"…

Глава шестая. Шоковая терапия

Александр Павлович поймал себя на том, что наблюдает за Леной. Высокая, всё ещё стройная, с тугой "шишкой" поседевших волос на затылке, она сновала от стола к плите. Тонкая рука Лены держала ложку на длинной ручке, изламывалась над кастрюлькой и становилась похожа на лапку насекомого. Что-то нервное владело каждым её жестом. Голова на длинной шее покачивалась в такт мыслям. Сейчас, когда двоюродная сестра не куталась в шаль, прямые плечи её ещё больше усиливали впечатление, будто смотрел он не на женщину, а на златоглазку. Зеленоватый абажур добавлял впечатления и не хватало лишь прозрачно-радужных крылышек за спиной…

Мегавой коснулся рукой лба, потом решительно встал с диванчика и направился к двери на веранду.

— Холодно сегодня, — сказала Лена не оборачиваясь. — Если хочешь покурить, можно открыть форточку.

— Ничего… — ответил Александр Павлович. — Я просто подышу.

Он вышел и затворил за собой дверь. На узорно застеклённой, высокой веранде, действительно было холодно. Снаружи наступали ранние сумерки. Голые деревья закрывали от взгляда изгородь и дорогу, но можно было разглядеть палисадник. Темнели головки засохших цветов, неопрятным веником торчал куст садовой пижмы.

"Что я тут делаю? — в который раз спросил себя Мегавой. — Может, это было ошибкой — соглашаться на предложение Сокольского? Или он пошутил, для каких-то своих собственных целей отправив меня именно сюда?"

Старинный дом в Лужково нравился Саше Мегавому, пока он был мальчиком и гостил тут. Он играл с Леной, воображал себя её защитником, потом сбегал на речку с окрестными ребятишками, потому что это было интереснее, чем возиться с девчонкой младше себя на несколько лет. Что он знал о Лене? Она выросла и стала неплохой женой его другу, покойному Нату Астафееву, общалась с Раей — женой Мегавого. Он даже не потрудился спросить её мнения: почему, прожив двадцать лет вместе, они с Натом вдруг решили развестись? Только из-за молодой любовницы? У них ведь даже детей не было. Впрочем, как и у него самого. Рая в молодости перенесла неудачный аборт и вторично забеременеть не смогла, несмотря на всё лечение.

— Саша! — Елена Макаровна вышла из кухни на веранду, кутаясь в шаль. — Здесь холодно, а ты недавно болел.

— Это была не простуда, — неожиданно жёстко напомнил он, нехорошим словом помянув Сокольского. Подставил же с этой "белой горячкой"!

— Извини, — отступилась она. — Я просто хотела сказать: Наташенька… Помнишь Наташеньку? Так вот, она приглашает в субботу на вечеринку, в город. Они откупили ресторан, пригласили всех самых близких друзей. Нас тоже.

Мегавому идея совершенно не понравилась. Повод для отказа был, поэтому он ответил:

— Ты же знаешь, доктор посоветовал подобных мероприятий не посещать. — Он виновато улыбнулся. — Придётся тебе одной ехать. Повеселишься за двоих.

Елена Макаровна подошла и положила руку с тонкими пальцами на его запястье.

— Сашенька! Я же вижу, тебе надо отвлечься. Ты слишком сильно коришь себя за случившееся. Каждый человек может однажды сорваться, тем более, у тебя был повод. Я предупредила, что ты у нас непьющий.

"Только этого не хватало! — мысленно взмолился Мегавой. — Сколько ещё народу просклоняет эту историю?!" Наверное, в более устойчивом психическом состоянии он не обратил бы внимания, кто и что о нём думает, но сейчас возможность прослыть алкоголиком раздосадовала его не на шутку. Он хотел резко ответить, но Лена опередила его.

— Саша! Каждому человеку хочется пережить тяжёлые времена с меньшими потерями. Мы все ищем, где лучше, веселее, где нас поймут и примут. Некоторые даже сбегают из привычной обстановки и едут развеяться за тысячи километров от мест, где они родились. — Она сделала шажок и теперь стояла перед ним, заглядывая в лицо, а потом медленно и раздельно произнесла: — А бабочка Адмирал улетает зимовать на Гаити.

Мегавой замер. Слова, которые он заготовил для отказа, моментально выскочили из головы. Он смотрел на сестру с нескрываемым удивлением. Потом одна его бровь дёрнулась, удивление погасло и лицо осунулось, вмиг сделавшись старше и бледнее. Но губы шевельнулись и он сказал, тихо и так же раздельно:

— Я поеду с тобой на вечеринку, Лена…

* * *

— Вы не боитесь, что я затаскаю вас по судам?

Сокольский мягко улыбнулся.

— Госпожа Рауш! Вы кажетесь мне женщиной умной и опытной. Я похож на человека, который боится угроз?

Она разглядывала его некоторое время, потом достала сигареты из сумочки и повесила её на спинку стула.

— Зажигалка есть?

Он достал из ящика стола спички, подошёл и наклонился, давая ей прикурить.

— Извините, что пришлось поднять вас ночью, но вы сами сказали по телефону, что не желаете огласки, — негромко объяснил он.

Она прикурила. Сокольский кинул коробок на стол и придвинул к ней пепельницу.

— Вы упрямы и настойчивы, — сказала Рауш секунд через десять, когда он вернулся на своё место. — К сожалению, современные мужчины теряют эти качества. Так что рассказал про меня Вова Аршинов?

— Что вы его завербовали, шантажируя старой историей про потерянный вещдок, из которого на следующее утро убили двух человек. Кстати, он сперва пытался приписать ваши заслуги другой женщине, но понял, что врать не получается — и рассказал правду.