Звено цепи (СИ) - Гуминенко Маргарита Владимировна "Киппари" - Страница 215

Слава не был уверен, что подействовало больше: напоминание о тюрьме или то, что наехали братки на контору, которую все боятся. Сидящие в холодном помещении на лавочке парни согласились и на чай, и на сотрудничество.

Глава четвёртая. О событиях неприятных и не очень

Инга повезла Сокольского в Питер. Они выехали из Ряпушково в шесть утра и в восемь тридцать уже заезжали на служебную стоянку Большого Дома. Ещё через час Сергея Сергеевича Ланского вызвали с базы УВР на "Красном Треугольнике" — к генералу Чёрному, на Литейный.

В половине десятого Ланской вошёл в сверкающий полированными поверхностями кабинет начальника УВР. Кроме Дмитрия Ивановича Чёрного присутствовал только полковник Сокольский. На Ланского он даже не посмотрел.

— Входи, Сергей Сергеевич! — пригласил подчинённого Чёрный. — Вот сюда, поближе садись. Игорёк хочет тебе кое-что рассказать. Тебе будет интересно.

Не понимая, что могло случиться таинственного за последнее время, чего бы он не знал, Ланской прошагал через весь кабинет и сел на указанное место.

— Если тебе трудно — я могу своими словами пересказать, — обратился Чёрный к Сокольскому.

Тот встрепенулся и поднял голову, посмотрев на Ланского. Вид у Сокольского был мрачный и усталый. Только сейчас Ланской заметил, что к краю стола прислонена трость с чёрной эбонитовой ручкой.

— Что случилось? — спросил полковник Ланской, кивая на трость.

— Ногу повредил, — признался Сокольский, потом подвинул к себе объёмистую кожаную папку. — Мне придётся начать сначала, поэтому запаситесь терпением и дослушайте до конца.

Такое вступление ещё больше насторожило Ланского. Он напряжённо выпрямился и нахмурил брови.

— В 2016-м году мой брат Олег Сокольский пришёл к вам и предложил свои услуги в качестве добровольного агента, — напомнил он. — Его, как частного детектива, нанял один из помощников осуждённого ныне Михаила Станиславовича Морина — МСМ, шантажиста и главаря крупной преступной организации. Олег должен был проследить за другим преступником — конкурентом МСМ, Шеллером, у которого была назначена встреча с кем-то из руководства ФСБ. Вы должны были обеспечить моему брату прикрытие, но по неведомой причине этого не сделали.

Ланской стиснул зубы, так что на скулах резко проступили мышцы, и подался к Сокольскому.

— Это была моя ошибка, — быстро сказал он.

— Что произошло? — спросил его Сокольский, а генерал Чёрный кивнул, стараясь подбодрить коллегу.

— Игорь Сергеевич! — начал Ланской. — После описанных вами событий, я писал докладную записку, в которой указал, каковы вероятные причины случившегося.

— Скажите своими словами, — попросил Сокольский.

— Хорошо! Мне позвонил полковник Вапшевич из СБ и попросил не выставлять наружку. Сказал, что в окружение Шеллера внедрён его человек и это может помешать его миссии. Вапшевич обещал, что даст своему агенту инструкции на тот случай, если надо будет прикрыть Олега Сокольского. Но что-то пошло не так. Как объяснил Вапшевич, его агент не успел помешать убийству по независящим от него причинам.

Генерал Чёрный молчал. Зато Сокольский был настроен очень решительно.

— Я расскажу вам, что произошло на самом деле, — произнёс он, подвинув к себе папку. — В окружение Шеллера действительно был внедрён агент, Алексей Бессмертов. Он недавно умер от рака, — пояснил Игорь. — Когда люди Шеллера схватили моего брата, Бессмертов связался со своим шефом и спросил инструкций. Вапшевич ответил: "Ничего не предпринимать! Это сорвёт более важную миссию!" И Бессмертов не осмелился пойти против прямого приказа. В результате мой брат был убит.

— Откуда вам это известно? — подозрительно спросил Ланской.

— Бессмертов оставил свои показания перед смертью, — ответил вместо Сокольского генерал Чёрный. — И не только показания. Он передал видеозапись, докладную записку и документы, которые на самом деле искал его шеф, полковник Вапшевич.

Ланской прищурился на папку.

— Какие документы? — спросил он, предчувствуя, что сюрпризы только начинаются.

— У Шеллера был компромат на полковника Вапшевича, — ответил Сокольский. — Однажды Вапшевичу были нужны деньги и Шеллер предложил ему некоторую сумму. Попросил за это, чтобы Вапшевич свёл Шеллера с кем-нибудь сговорчивым из нашего руководства. Пригрозил обнародовать несколько документов, из которых становилось ясно, что Вапшевич, ещё на службе в полиции, однажды воспользовался помощью преступника, чтобы выбить деньги из семьи своего подследственного. Поэтому Вапшевич считал главным, чтобы Бессмертов выкрал этот компромат раньше, чем мы арестуем Шеллера и найдём среди его вещей компромат на Вапшевича. А если бы он взялся выручать Олега — ему самому пришлось бы уходить от Шеллера как можно быстрее. Единственное, что сделал Бессмертов после того, как Олега застрелили на его глазах — сказал, что сам займётся его трупом. Вместо того, чтобы выбросить тело в воду, с грузом на ногах, Бессмертов вывез его на городскую свалку, в такое место, где его могли быстро найти.

Ланской молчал. Сокольский не стал дожидаться и продолжил:

— Бессмертов нашёл компромат, но когда понял, что это совсем не то, что говорил ему полковник Вапшевич — он спрятал бумаги. Начальнику сказал, что пришлось на месте уничтожить их, потому что нельзя было незаметно вынести. И этот компромат, вместе с запиской, видеопризнанием и другими материалами, Бессмертов оставил Варваре Петровне Орлик. Он хорошо её знал и считал для себя авторитетом, поэтому доверил ей передать материалы в УВР, после его смерти. — Сокольский сам вздохнул и больше уже не смотрел на Ланского. — Вапшевич узнал о предсмертной воле своего агента и подослал людей к бабе Варе: убийцу Андрея Шрама, сбежавшего из тюремной больнички под видом трупа, и Стёпу Каретова, которого подловил однажды на том, что парень разболтал служебную информацию проститутке. Но баба Варя умерла перед их приездом и они не смогли найти в её доме тайника. Кое-что мне пока неясно, — признался Игорь. — Как полковник Вапшевич вычислил, что мне на помощь едут двое моих людей? О том, что я в Приозерске, он узнал от Шрама.

Полковник Ланской жестом остановил его и разочарованно покачал головой, чем заставил насторожиться генерала Чёрного, искренне переживавшего за своих людей.

— Я могу объяснить, — сказал Ланской. — На какой машине вы поехали в Приозерск?

— Я взял "Лексус", который мне остался от брата, — ответил Сокольский, смутно догадываясь о продолжении речи Ланского. И оказался прав.

— Это ваша частная машина, — сурово объяснил СС. — На ней нет служебного маячка. А ваши люди поехали на служебной. В последнее время Вапшевич копает под меня и наверняка обосновал перед собственным начальством необходимость получения частоты сигнальных меток на служебном транспорте УВР. Он мог отследить, что одна из машин двинулась в Северном направлении, и сообщить своим людям.

— Понятно, — протянул Сокольский и посмотрел на генерала. — Инга со Славой выехали на машине, на которой караулили в Гавани. — Он снова обратился к Ланскому. — Когда Ирина Александровна звонила генералу и просила, чтобы он прислал на похороны некоего Игоря, Каретов слышал её разговор: он оставил в гостиной дома "жучок". Он и сообщил шефу, что в Ряпушково должен явиться гость из УВР. А для того, чтобы успокоить совесть Стёпы Каретова, Вапшевич использовал ту же версию: он ищет компромат на полковника Ланского.

Сокольский вынул из кармана крестик и положил на стол перед Ланским.

— Этот крест сделал на заказ один умелец, которому Олег оказал важную услугу. Бессмертов отобрал его у Шрама, после того, как тот застрелил Олега, всё время носил при себе, а потом оставил бабе Варе. Он был уверен, что я сделаю всё возможное, чтобы докопаться до правды, если узнаю, что это дело связано с гибелью моего брата. — Он взял паузу и спросил, жёстко, с нажимом: — Почему вы не рассказали мне о том, что из-за просьбы Вапшевича не дали Олегу прикрытия? Всё это дело можно было бы раскопать раньше!