Звено цепи (СИ) - Гуминенко Маргарита Владимировна "Киппари" - Страница 82

— Человек быстрее!.. — выдохнул он, зажимая собачке морду.

— Стой!! — послышалось где-то совсем рядом.

Крик возымел обратный эффект: Ольгин вскочил, и бросился в темноту. Сюда, за ангар, прожектор не дотягивался.

— Ты тут? — позвал он Ингу.

— Сюда! — откликнулась она.

Ольгин быстро огляделся, в рассеянном свете заметил стену полуразрушенного дома. В проёмах мелькало небо — значит, крыши нет. Он перехватил собачонку за ногу, размахнулся и зашвырнул куда-то через эту стену. Не слушая визга, побежал вслед за Ингой.

— Долго не продержимся, — сообщила та, когда они забились в щель между домом и полуразрушенным сараем. — Вычислят.

Голоса раздавались совсем рядом. Лучи фонариков, ругань спотыкавшихся охранников и бряканье железа подбирались всё ближе.

— Надо уходить, — шепнул Слава.

— Куда?

— К узкоколейке.

— Там самая освещённая часть, — не согласилась Инга, и тут же дёрнула его за рукав.

Они едва успели выскочить и добежать до другого угла. Коротко треснула автоматная очередь.

— Туда! — скомандовал Ольгин, толкнув напарницу в противоположную сторону. — Живей!

Спотыкаясь, падая и скатываясь в ямы, они ухитрились на время оторваться от преследователей. Можно было затаиться где-нибудь в тёмном углу, но судя по визгу, собака всё ещё была жива. Значит, вынюхает.

— Что ты ей шею-то не свернул? — упрекнула Инга.

— Не сообразил! — Ольгин потянул её к ограде. — Смотри, тут дырка досками забита.

Он с ходу ломанулся плечом, но доски не поддались.

— Врёшь!

Слава нащупал стык, упёрся ногой, чуть отодвинув одну из досок, подпихнул пальцы и рванул на себя. Дело пошло лучше: доски были прибиты изнутри, и в несколько рывков ему удалось выдернуть одну с гвоздей. Инга стояла рядом, прижавшись к забору и оглядываясь, не подкрадывается ли кто. Ещё несколько рывков и ударов — и Ольгину удалось вывернуть первую доску окончательно и сломать другую.

— Давай!

Инга тут же протиснулась в образовавшуюся дыру, и нетерпеливо потащила его за руку, чтобы пролезал быстрее. Наконец-то они оказались снаружи! А тут — только лес и больше ничего.

— Смотри, это просека? Или та старая дорога? — Ольгин потянул Ингу за рукав. — Мотя сказал, что можно и по ней.

— Он что, проверял?

Где-то за забором послышался лай. Инга перестала упрямится и рванула в сторону еле видневшейся, засыпанной снегом дорожки. Слава побежал за ней. Голые деревья плохо загораживали их от преследователей.

— Быстрее! Они сейчас сообразят, куда мы делись! — торопила его Инга.

Они запрыгали по снегу, который засыпал просеку ровным слоем сантиметров в двадцать. Отсветы прожектора утонули где-то позади, никто не стрелял, но они продолжали ломиться, как лоси, насколько хватало сил. Вдруг впереди вспыхнуло! Они оказались в свете фар! Ольгин успел заслонить Ингу, выхватив фонарик вместо пистолета. Из машины высунулся человек и знакомый мотин голос закричал:

— Столбами не стойте! Живо сюда!

Ещё не веря своим глазам, они бросились к "Ниве". Мотя сноровисто завертел руль, разворачиваясь в обратную сторону — и погнал, как им показалось, прямо в лес.

— Откуда ты взялся? — спросила Инга чуть опомнившись, и поверив наконец, что сидит в машине.

Мотя весело оскалил крупные зубы.

— А я времени не терял, запросил среднесуточную температуру в этой части области за последнее время, порылся в старых данных геодезистов, что они там за грунт описывают — и вот нате! Дорожка-то промёрзла! "КамАЗ" застрянет, а для "Нивы" в полторы тонны — в самый раз!

— Ты свой центнер не забыл прибавить? — спросил Ольгин, чувствуя, что готов обнять Мотю на радостях.

— А то! Я и ваши тушки приплюсовал! — засмеялся Мотя.

— И что дальше?

— Им отсюда один путь — на дрезине, а в городке их уже ждут. За нами не погонятся, потому как не на чём.

Мотя рулил через лес, по едва заметному просёлку. В свете фар чернели его же колеи. Местами земля норовила расползтись под колёсами, но они ехали быстро и как-то ухитрялись проскакивать.

— В общем, наши парни их и по железке, и по этому просёлку обложили, возьмут, — добавил Мотя.

— А если у них какой-то путь отхода есть? — возразил Слава, разглядывая правую руку. Только теперь он почувствовал, что разодрал кожу на ладони и наверняка насажал заноз.

— Сейчас аптечку попробую найти, — пообещала Инга, и полезла копаться за задним сидением.

— Их пути отхода — это уже не наше дело, — фыркнул Мотя, внимательно глядя вперёд. — Расслабьтесь! Мы свой праздник отпраздновали — можем возвращаться по домам!

Глава шестая. Ловушка захлопнулась

Много ли можно найти мест, о существовании которых даже не подозревает ни полиция, ни администрация города, или района? Казалось бы, их несложно вычислить. Вот стоит у тебя подстанция, от неё уходят линии электропередач. Если ты не можешь понять, куда деваются лишние киловатты электричества — проверь на местности. Но в реальности всё не так просто. Деревеньки, садоводства, бывшие военные городки, в которых сейчас селятся любители отдохнуть подальше от мегаполиса, здорово отвлекают внимание. Расстояния, вроде бы небольшие, но труднопроходимые из-за отсутствия нормальных дорог, отбивают желание колесить с проверками среди лесов и болот. В общем, причин можно найти много, а результат один: в самом сердце Всеволожского района, в семи километрах от вымирающего посёлка Быково, бойко работал секретный заводик, о котором ни правительство, ни местная администрация, ни органы госбезопасности ведать не ведали.

Трудились тут нелегалы, которых завезли в лесную глушь по брошенной тридцать лет назад железнодорожной ветке спецназначения, поселили в бараке и пообещали, что через несколько месяцев, за хорошую работу, выправят документы, подтверждающие легальное право проживать на территории России. Вокруг — болота и непроходимые чащобы, до цивилизации рукой подать, но надо знать, в какую сторону эту руку протягивать. Кормил своих "рабов" господин Горюнов хорошо (стоит ли экономить на еде, когда не надо выдавать зарплату?), поил тоже исправно, а охранял и того лучше! Да и работало-то у него всего человек двадцать. Этого хватало. "Пропуск на большую землю" имели только охранники, да начальник секретной лаборатории, покойный Док. Вот ему, кстати, можно было "пропуска" и не давать — был бы сейчас жив.

Отыскивая место тайной лаборатории, Сокольский рассчитывал подослать к Горюнову бывшего помощника покойного Дока — Сомова, и проследить, куда именно этого человека переправят. Жизнь внесла свои коррективы, и обнаружить подпольный заводик удалось, не впутывая в это дело гражданское лицо. Главная заслуга тут была на Ольгине, который так хорошо поговорил с телохранителем Горюнова, Пашей, что тот побежал сдаваться и указал, где именно перегружается контрабанда Горюнова. Сам Илья Николаевич на своём заводике практически не показывался, и ему наверняка снова удалось бы выйти сухим из воды, свалив всю вину на других, но по счастью, подвернулся господин Носов, возжелавший найти недобросовестного продавца через Катю-секретаршу. Заполучив в руки очередной экземпляр "Ведьмы", Сокольский совместно с Ланским раскрутили на показания Валеру Гуманиста, и через него собрали достаточно компромата на Горюнова. Последний аккорд сыграли агенты Сокольского, пройдя через лес по железнодорожной насыпи и обнаружив выше описанный заводик со всеми его прелестями. В том числе и с людьми, которые Горюнова знали, и именно как хозяина.

Кольцо вокруг Ильи Николаевича замкнулось, и он это почувствовал. Сперва его насторожило, что не отзвонился сопровождающий груза. Подождав почти сутки, Горюнов позвонил на объект сам, но ему никто не ответил. Третий факт, который заставил Горюнова занервничать окончательно — подосланный им к Гунину адвокат сообщил, что его к подследственному даже не пустили, мотивировав это тем, что "гражданину Гунину не нужно два адвоката, а один у него уже имеется". Всего этого было достаточно, чтобы Горюнов принял решение: пора удирать! А если уж ты решился на побег, надо делать это быстро и не раздумывая.