Цена предательства (СИ) - Пафут Наталья - Страница 66

С воплями и криками все заметались по небольшому помещению, Мериданон и другой веридиец срочно одевали мифрил на раба, только что выжжегшего сознание мага-менталиста, Карадар нараспев кричал какое-то заклинание. Раб не шевелился, лежал на столе с закрытыми глазами.

Неожиданно я, умирающая, вдруг почувствовала горячую, обжигающую волну, которая сметая слабость и озноб смерти пролетела по моим венам. Взбурлила кровь. Рана на запястье зажила за секунду, голова прояснилась. Энергия переполняла меня. С хлопком браслет снова плотно схватил мое запястье, стало горячо.

Жужжание заклинания вередийца смолкло. Движение рук Карадара прекратилось, он с волнением смотрел в стремительно синеющее лицо раба. Он оглянулся через плечо, посмотрел на мое ожившее лицо, блестящие глаза, увидел мое зажившее запястье. Снова на раба, я тоже посмотрела на ардорца. Что происходит…

Зов мощного средоточия энергии нарастал, надвигался сгусток какой-то невидимой глазу силы. Вибрация нарастала, дворец начало трясти, из трещин в потолке посыпалась пыль, на полу, выдавая незамысловатую мелодию, загремели металлические предметы. Я наливаюсь силой. Сейчас взлечу или побегу по потолку…

— Он качает в нее свои жизненные силы! — безумный вопль вередийца, — он уходит!

Как уходит? Рем уходит? Куда? Сам? Я прислушалась к своим ощущениям — Сердце Рема будто бы мерцало в груди, а не билось, О Создатели… с него сошел весь цвет, кожа стала белей бумаги, по вискам залегли темные тени. Казалось, он больше не дышал. Сила продолжала вливаться в меня…

Я видела то, что и другие — бледный, неподвижный раб на столе с закрытыми глазами. И также я видела его там, по ту сторону жизни — он стоял, окруженный ярким светом с широко открытыми темно-красными глазами, я видела толстую, блестящую нить, как корабельный канат, натянутую между нами. Эта нить пульсировала от последних импульсов жизненной энергии, перекачеваемой Ремом в меня. Он нежно погладил меня по щеке, — «любимая, живи», грустно улыбнулся.

Рем последний раз медленно выдохнул. Расслабил тело. И раскрыл объятья смерти. Раскинул широко руки и, глядя мне в глаза… он начал умирать. Белый свет, который пришел к нему следом, напоминал туман над дорогой, нежная и мягкая дымка, которая окутывала его, приносила облегчение. Свет овеял его полностью, и от состояния испуга я перешла к абсолютному страху. Это — я знала — был конец. Забвение.

Я видела, что рядом с моей нитью, из Рема выходит миллион других, тонких, мерцающих нитей. Вибрация пошла по всем нитям. С каждой секундой я слышала звук лопнувшей струны. Бэнг…бэнг, бэнг…Одна, другая, потом десятки, сотни эти нити рвались…Вибрация пошла, отдачей. Свет вокруг Рема начал мерцать…

Сердце раба остановилось. Карадор с воплями запрыгнул на него, стал делать ему искусственное дыхание, ничего не помогало, тогда он сложил вде руки вместе в кулак и стал бить ардорца по груди, пытаясь завестти его сердце. От сильных ударов все тело раба содрогалось, руки безвольно свисали с краев стола…

Когда человек видит умирающее животное, ужас охватывает его: то, что есть он сам, — сущность его, в его глазах очевидно уничтожается — перестает быть. Но когда умирающее есть человек, и это человек любимый — ощущаемый, тогда, кроме ужаса перед уничтожением жизни, чувствуется разрыв и духовная рана, которая, так же как и рана физическая, убивает, никогда не залечивается. Я умирала вместе с моим любимым. Я видела его умирающее тело, больше и больше нитей рвались. Я сделала шаг вперед, посмотрела, Рем уже был там, по ту сторону, он уходил.

"Ах вот что ты задумал — уйти, умереть! Предатель! Ты мой, никуда не уйдешь от меня…"

— Раб, назад, — приказала я, — он возмущенно вскинул темно-красные глаза. Какой же он огромный, красивый, любимый…

— Раб, я приказываю, вернись, — я его Госпожа, у меня контроль! Он мой РАБ! Он сопротивлялся, я чувствовала, что его воля вступила в борьбу с моей. ЗАСРАНЕЦ! Решил уйти! Подарить мне эту никчемную жизнь, а самому уйти, бросить меня! Это он называет любовью!

— Я ТВОЯ ГОСПОЖА РАБ! — Я схватила его за шею, притянула с себе, сила переполняла меня: — ЖИВИ, это ПРИКАЗ!

Он сопротивляется изо всех сил, ну как же, он смог выжеть сознание сильнейшего мага-менталиста, он самый сильный маг в мире и вообще из него какие-то светящиеся нити торчат, но он мой РАБ, а я его ГОСПОЖА. Я чувствовала абсолютную власть. Он низвергнут на колени.

— ИДИ НАЗАД, ЖИВИ, ГАД!

Он на коленях, его дрожащая голова низко склонена, он повержен:

— Да госпожа.

Я что-то хотела ответить, но мощная сила отшвырнула меня от Рема. Все вокруг сперва завертелось, потом помутилось. Я падала в мутной бездне, падала долго, падала вечно, шли года, бессчетное число лет, а я все падала — так мне казалось. Резким рывком я очнулась в своем теле, я с ужасом смотрела на мертвое тело Рема.

Карадар прекратил качать воздух в мертвое тело раба. Все кончено. На каком-то этапе все пошло наперекосяк. А ведь он говорил императору, что еще не готов к церемонии. Сердце раба остановилось, он лежал на столе с закрытыми глазами, холодный, мертвый. Ушел из жизни самый сильный маг, когда-либо появлявшийся в этом мире, последний потомок Великих Создателей…Грустно, было бы интересно провести опыты, исследовать… Надо уехать как можно скорее, как можно дальше от Ардора…Оглянулся, принцесса неподвижно сидела на своем стуле, глаза ее смотрели вперед и как-будто ничего не видели, она в глубоком трансе…Очнулась, зашевелилась…

Внезапно грудь раба вскинулась, судорога прошла по всему его телу, как будто несуществующий груз испарился; и затем воздух мощно с сипением ринулся через нос в его легкие, словно сильная и невидимая рука запихивала его внутрь. Сердце заработало.

Часть V

Глава 1

Его императорское величество Дарко

Я лежал в горячей ванне сосредоточенный, уверенный в себе. Несмотря на неудачу вчера, еще ничего не потеряно, я уверен, все будет по моему.

Покаренный Ардор открыл мне свои невиданные богатства, наделив огромной властью, о какой я мог только мечтать…Символ моей власти — огромный Армадил, искусно вставленный в золотую оправу день и ночь висел на моей груди.

Подлая проделка бывшего Владыки с вулканом, уничтожившая все мои многочисленные обозы с драгоценными трофеями, омрачила мою радость, но не надолго. Уже сегодня в Меранию прибыл наместник Ардора Томеррен с огромным грузом драгоценностей и рабами. Намного хуже была история с ошейником подчинения. Как всегда, вспомнив о своей дочке у меня заломило виски от злости. Ненавижу, убить хочу, задушить… Так, дыши, дыши, надо успокоиться…

Вспомнил провалившуюся церемонию. Ударил кулаком по воде. Ах! А успех был так близко, уже начал чувствовать горячее покалывание браслета Хозяина, уже торжествующе мечтал о своем первом приказе рабу. Он будет ползать за мной на коленях, я навеки запрещу ему ходить, будет вылизывать мне задницу после туалета, будет…ох, ладно я увлекся. Надо еще получить раба…

Так хочется придушить кого-нибудь. Конечно никто не готов принять вину на себя — Карадар ходит гордый, что не дал умереть рабу, Мериданон во всем обвиняет Зароса.

— Как он? — Спросил я целителя в тот же вечер, когда все участники неудавшегося ритуала собрались в моем кабинете и когда я настолько успокоился, что уже мог говорить без смертельного риска для окружающих;

— Мозгов там уже нет, пускает слюни, мычит…

— Добить…

— Да, Ваше Величество

— Мне нужен новый менталист, — посмотрел на Карадана, тот поспешно кивнул, — сильнее, умнее! — Заметил, что опять перехожу на крик, спокойно…Как я их всех ненавижу, руки дрожат от желания всех покрошить.

— Когда вы будете готовы к следующей церемонии? — дружелюбно спросил я