Любовь и ненависть (СИ) - Пафут Наталья - Страница 55

В ответ хмыканье. Кажется кто-то только что сделал соответствующие выводы о возможностях моего ума. Эх, мужчины. Ардорец одним резким движением задрал мои юбки, положил ладонь на ляжку. «Ох как хорошо-то!» Боль уходит. Вторая нога. Отлично! Теперь я готова написать мужу целую поэму…Больше не тошнит, но дикая слабость разлилась по всему телу. Приподнялся, попил, опять вернулся к моему животу, замер…

— Миледи у вас все хорошо? Как то тихо тут у вас… — Дверь открылась…

Я со стоном обхватила ардорца ногами, с силой припечатала его к своему телу пятками, руками притянула к себе, впилась в его губы жадным поцелуем. Охранник уставился на сладкую парочку на кровати. Представляю, что он видит — юбки подняты, ардорец между моих ног, я стону… Оторвалась от обалдевшего целителя, томно посмотрела в сторону охранника, облизнулась, с придыханием попросила:

— Мы еще не закончили, пошел вон!

Дверь закрывается. Я слышу:

— Ну там дамочка тааакое дает!

Посмотрела на замершего на мне мужчину:

— Моему мужу ни слова! А то он нас обоих на мелкие тряпочки разорвет.

В ответ энергичные кивки. Понял, не дурак, секрет, тайна!

Сидим у стола, кушаем. Сначала я хотела все отдать Анди — так мне представился целитель, но он настоял, чтобы я тоже поела.

— Госпожа, я могу потерпеть, но вы — вы и ваш ребенок — наша святыня! — Наконец, после некоторых препирательств согласилась поделить еду. Анди совершенно без сил, но весь светится от счастья. Хотя, его лицо тут же омрачилось, когда он узнал о моих планах.

— Уезжайте, Мира, молю. Бегите. Не думайте о нас.

Я ем сладкий виноград, качаю головой.

— Я не брошу свой народ. Анди, — я вздохнула, — передайте всем, через четыре дня в полночь я собираюсь взорвать пороховой склад. — В ответ непонимающий взгляд. Ну конечно, он не знает что это такое. Объясняю. Здание склада не далеко от тюрьмы, я даже боюсь, что слишком близко к вам. Взрывом может все здесь разлететься. Мне страшно за ардорцев. — Анди качает головой:

— Госпожа, — увидел мой приподнятый палец, — Мира, мы будем счастливы, если вы убьете нас, только не рабство. — Я вздохнула. Это я прекрасно понимаю. То, что я видела, что креландцы делают с рабами, то что я теперь знаю про ардорцев, действительно, умереть для них лучше.

— Анди, склад находится у северной стены. Там будут наибольшие разрушения. Снимите кандалы заранее. Предупреди, пусть люди сдвинутся подальше, лягут, прикроют головы — я боюсь обрушений. Кто знает сколько там пороха в том складе, как все рванет… В каком вы все состоянии? Бежать сможете?

— Надо, побежим. — Кивнул. — Мы будем готовы. Спасибо, Мира. У меня нет слов…

— Не надо слов. У вас там есть моя лучшая подруга, Ариэла. Она в положении, может вы ей сможете помочь. И передайте ей, Николас знает о ней и любит. Он идет…

— Сарелей Николас Краст Манмон? — Кажется Анди опять плохо. Я неуверенно кивнула. Да кто его знает, желтоглазый никогда не говорил мне своего полного имени. Вроде кузен Рема.

— Ну такой, с ярко-оранжевыми глазами, высокий, — Я попыталась наиболее точно описать Николаса.

— Создатели! Его жена здесь. Мы не можем её потерять…Мы не можем его потерять! Не может быть! Это катастрофа, он же… — До изумления дошла его боль. Расширились глаза, померкли. Голова склонилась набок… Кажется я потеряла собеседника. Он глубоко погрузился в себя или почти потерял сознание. Он перекачал всю свою оставшуюся силу в меня.

Идти ардорец точно не в состоянии. Стражники, похихикивая, уносят моего спасителя…

— О как она его укатала…

— Ничего от бедняги не осталось, даже легче стал…

— Дамочка-огонь…А он казался таким непокорным, а тут как шелковый, обслужил…

Я, слегка пошатываясь, иду к себе в комнату.

Зак

Была полная тишина, и только мышь в углу нарушала ее по временам. Мышь грызла и грызла, назойливо и деловито, где-то там, в буфете…

Я медленно прихожу в сознание, меня терзает лихорадка: кожа горит огнем, кровь походит на поток лавы, а что-то между ног стало печью, что все это разогревала. «Где я?» Кто-то около меня застонал — низко, протяжно. Тяжесть внизу подпрыгнула на зов.

Новый низкий стон, все мое тело отозвалось, завибрировало — не могу проснуться, это мой сон такой? Я наклонил голову в сторону звука, капли пота, как слезы, катятся по моему лицу.

Или, может быть, я плачу? Запах! Я погрузил свой нос во что-то пушистое…Какой приятный запах! Я заворочался на полу, нетерпеливо и беспокойно. Возбужденно. Как же там все печет, тягучая боль отдает в низ живота. Ой, как мне плохо! Почувствовал влажное тепло около себя, об меня что-то потерлось, новый вибрирующий стон, быстро, быстро, пока разум не пришел в себя, мое тело рванулось вперед. Я нужен там… В голове все плывет, я погрузился в блаженную бархатную теплоту одним яростным толчком, прижавшись бедрами к ее ягодицам до упора, и хотя она полностью приняла мой внушительный размер, вскрикнул именно я… Когда я окончательно проснулся, было слишком поздно что-то менять. Я уже не мог остановиться. Мой ритм нарастал. Перед глазами что-то вспыхивало. Не сконцентрироваться, я только успел заметить, что мое тело взяло абсолютный контроль над сознанием и подо мной Шиара казалась крошечной, миниатюрной даже по сравнению с моими огромными руками. Но она вбирала меня в себя полностью, от кончика до основания, снова и снова, пока я совсем не потерял голову…Разум опять отключился…Взрыв…

Медленно очухиваюсь. Все тело еще трясется от только что пережитого. Разум возвращается. Вместе с разумом пока еще тускло зажигается ярость, не понятно ярость ли или это еще остатки экстаза попыхивают. Новая судорога проходит вверх по позвоночнику, я выгибаюсь, вспыхивает в голове наслаждением. Лежу, тщетно пытаюсь раздуть в себе ненависть, с трудом нахожу скулящее где-то далеко внутри отчаяние. Первым приходит в себя долг. Я задумался, как мне распутать себя из прочно обвившей меня девушки, интересно, у нее что, костей нет, такая маленькая, но ее волосы, руки и ноги везде, плотно переплетены со мной, я связан. У нее во рту мое ухо, шевельнула языком вокруг мочки, чувствую, язык пополз вверх… «О нет, только не это! Что она опять вытворяет!» Предатель внизу опять потяжелел и дернулся. Наконец оторвалась от моего уха. Уху стало холодно и одиноко. «Ой, слава Создательнице! Сейчас, сейчас я приду в себя, усмирю пульсирующую тяжесть внизу, все тело накачено силой. Надо вскочить и бежать…» Вся ее кожа пылает, щеки горят, губы припухли от поцелуев — «Это я что ли?», на шее укус — «НЕТ! Не может быть!», ее глаза полуприкрыты. Ее рука обхватила мой затылок, перебирает короткие волосы, внезапно ставшие дыбом. Да, что говорить, все во мне встало дыбом.

— Зак, — низко протянула, — иди ко мне… «Я стал ее ручным зверьком!» Мои бедра отделились от стонущего разума, предатель, пульсирующий желанием, медленно скользнул внутрь. Ну почему мне там так хорошо! Шиара хрипло пробормотала что-то в знак одобрения, когда я погрузился в нее до самого упора. Это медленная смерть…

— Зак, ты мой! — Заявила она мне. Я лежу на спине, руки раскинул в стороны. Занимаюсь самоуничижением. «Глупости какие она говорит! Её! Я ничей. Теперь ничей. Я просто дожидаюсь своей смерти»

— Я нашла какую-то одежду. Для тебя. Мне здесь все очень большое. — Заинтересовался. Повернул голову в ее сторону. Увидел. Зажмурил глаза. Предатель ожил, начинает брать контроль над моим сознанием.

— Хватит валяться. Тебе надо идти к этому твоему, Владыке! — В меня полетели какие-то тряпки, — одевайся! Или тебе помочь?

«Нет!» — торопливо сел. — «Если она подойдет, я уже не смогу одеваться»

Брюки были слишком короткими, рубашка чуть тесна. Нормально. Стою, шатаюсь.

— Свое оружие ты потерял. Так что, придется тебе быть под моей защитой… — Я нахмурил брови. «Не понял?»

Она вышла откуда-то, из темноты, одетая в белую ардорскую рубашку, волосы распущены. Хмыкнул, рубашка доставала ей до колен. Стало горячо — она там без трусов… ярко краснеет укус на ее шее….Посмотрел задумчиво на потолок — какая интересная конструкция и балки непонятно как крепятся, в окно — дождь закончился. На небе видны белые облака и голубое небо сквозь них…