Любовь и ненависть (СИ) - Пафут Наталья - Страница 90

«Излечимся ли мы?» Сколько раз Лукас наблюдал, как Зак подпрыгивал от любого, даже самого маленького шума, постоянно старался держать свою драгоценную жену слева от себя, готовый крушить и убивать. С каким подозрением смотрел на каждого ардорца, когда кто-то подходил в Владыке или его жене.

«В жизни ничего не проходит бесследно, — подумал Лукас, — и ничего не становится, как было. Ардорцы уже изменились навсегда.

Мы все стараемся не прислушиваться к незамолкшему еще в нашей памяти страшному, строгому хору войны, и мы с надеждой вглядываемся в те таинственные бесконечные дали, которые на мгновенье открылись перед ними, дали, наполненные миром и счастьем»

В холе они встретили Зака. Люди входили во дворец и инстиктивно обходили этого страшного человека, разделяя поток гостей на две части. Все испытывали благоговейный страх перед этим легендарным ардорцем, великим воином со шрамами, сильнейшим боевым магом Ардора. Ходили слухи, что он съедал поверженных креландцев целиком, убивал их легким щелчком пальца ради удовольствия, а шрамы на теле и лице ардорца увеличивали волшебную таинственность этого человека — говорили, что он вовсе не замечает боль…Мужчины смотрели на этого воина со страхом и уважением, женщины с трепетом. Ах, Великие Создатели, как он двигается, даже несмотря на хромоту, которая только добавляет его фигуре изюминку и шарм… Сильно, ловко, молниеносно. Каждое движение Зака несет смерть.

Самые отважные осмеливались заговорить с Заком, тот вежливо отвечал, сильно нахмурившись. Одна красивая ардорка застыла в восхищении, смотря на этого героя, она понимала, что должна идти дальше, но не могла сдвинуться с места. Она никогда не видела никого мощнее и сильнее, чем этот красивый мужчина. Очевидно, все слухи о нем были правдивы. Он — настоящий убийца.

— Лукас, зараза, опаздываешь как всегда! — Низкий голос Зака заполнил весь зал.

— Привет, дружище. А где Шиара?

Огромный Зак вдруг стал выглядеть потерянным, его губы сложились в горестную гримасу:

— Я ее потерял! И вот уже две минуты не могу найти. Торчу здесь посередине этого тупого зала и вою от одиночества! — Зак выглядел таким огорченным, что Лукасу стало его жаль. Зак несчастно глядел на них, словно не верил своему горю.

На другом конце зала открылась дверь, и заверещал младенец. Зак замер в стойке и обернулся на звук. Когда в зал вошла миловидная темноволосая женщина с ребенком, одетым в розовое воздушное платьице, суровый воин расплылся в счастливой улыбке.

— Арнелия хочет к папочке.

— Она так похожа на тебя, Зак, — добавила Джибона. — Она так же хохочет, как ты, у нее твое умное, насмешливое лицо, такие же черные глаза, как у тебя, а когда Арнелии что-то не понравилось, она нахмурилась не хуже тебя.

Воин поцеловал Шиару и, взяв малышку на руки, прижал к груди. Девочка обняла его за шею и сразу притихла. Его улыбка светилась такой неприкрытой радостью, что Лукас невольно ухмыльнулся в ответ.

Внизу неожиданно раздался крик и началась суматоха.

— А ну вот и неугомонная Госпожа явилась, — проворчал Зак, уткнувшись носом в светлые волосики дочки, — только мелкая может вызвать такой переполох. Что она там, на паука наткнулась?

Шум усиливался.

— Держи его! — Мира в развивающемся белом платье неслась за шестимесячным карапузом, проворно улепетывающим от нее, передвигаясь на коленках с немыслимой скоростью.

— Даниан! Проклятье! Да прекратите падать перед ним на колени, хватайте его! Он сейчас весь испачкается. А-а-а, ловите же его! — Мира бежала, не разбирая дороги, у нее вспыхнули щеки, грозно изогнулись брови, зеленые глаза горели яростью. В гневе она сказочно хорошела.

Малыш ловко, вниз попой, спустился по высокой мраморной лестнице. Ардорцы с почтением вставали на одно колено перед наследным принцем, готовые подхватить, если ребенок споткнется. Подошел высокий седой мужчина, схватил малыша.

— Шалишь? — Сурово спросил он сына. — Убегаешь? — Даниан, довольный, что нашел отца, счастливо улыбнулся, блеснул голыми деснами с двумя передними зубами.

Наследный принц уютно уселся на руках отца, поглядел вокруг осмысленными зелеными глазами и внятно проговорил: «Бы!»

— А что здесь, собственно, происходит? — поинтересовалась Ариэла. Она и Николас с младенцем на руках вошли в зал. — Госпожа, нам уже стоит прятаться или можно подождать чуть-чуть?

Совершенно внезапно лопнул в огромных мозаичных окнах серый фон, и показалось в вечернем небе внезапное солнце. Было оно так велико, как никогда еще никто в Ардоре не видал, и совершенно красно. От огромного шара, с трудом сияющего сквозь завесу облаков, мерно и далеко протянулись красно-желтые яркие полосы. Оно все осветило вокруг себя, мир взорвался яркими, праздничными красками.

Они все были счастливы, они ловили каждое отдельное ощущение, сохраняя их глубоко в душе, делая этот момент бесконечным и вечным, благодаря силе памяти. Они жили!