Последняя искра (СИ) - Русс Алана - Страница 114

И только Шарара нигде не было видно.

Делать нечего. Мы поднялись на палубу, где нас встретила госпожа Сарэйн и пара местных блюстителей порядка.

— Поплывёте с нами, Елизавета? — поправила рогатая свой бессменный платок, скрывающий рога, волосы и шею. — Очень хорошо. Позвольте, документы. Я вас запишу и назначу каюту.

Завхоз академии как и всегда была безукоризненно точна и строга.

— Сиура Сарэйн, вы же меня и без того знаете! — улыбнулась я, копаясь в сумке в поисках листа с печатями Федерации, подтверждающими мою личность.

— Положено так, — нахмурилась пустынница, окинув взглядом моих стражей. — Вы тоже плывёте?

— Нет, — коротко бросил Акитар, многозначительно приподняв корзину с провизией, и госпожа Сарэйн с облегчением выдохнула.

— Вот и хорошо. Иначе кают, боюсь, не хватит, — пожаловалась она, записывая меня в пухлую тетрадь. — Ваш билет, — поставила рогатая свою подпись, и на кусочке плотной бумаги вмиг появилось моё имя и номер каюты.

Поблагодарив пустынницу, мы втроём двинулись вглубь палубы. Жилые каюты наседали друг на друга и тянулись ввысь, напоминая пирамиду из сцепленных друг с другом домишек Серого квартала.

Все три этажа жилого комплекса опоясывались узенькими лентами балконов, соединённых меж собой деревянными лесенками.

Похоже, у пустынного народа строительная магия на особом счету. Уж до чего любят они все эти нагромождения…

Поднявшись на третий этаж, я по совету Акитара приложила свой билет к стеклянному оконцу на двери. Стекло засияло золотом, и дверной замок щёлкнул, впуская нас внутрь. Но переступить порог я не спешила.

Выделенная комнатка на втором этаже оказалась тесной, двухместной и уже занятой. На первом ярусе деревянной кровати лежали сумки и кульки. Равно как и на одной-единственной тумбочке теснились свёртки с едой и даже накрытый платком кувшин.

Уныние обстановки, теснота и отсутствие окон угнетали. Да и к тому же море неистово раскачивали корабль, и меня начинало мутить.

Акитар, поддерживая беседой мой павший дух, прошёл вперёд и закинул мои вещи на верхнюю кровать. Корзину с едой, которой мне предстояло питаться все время пути, поставил на пол.

Мы уже вышли на свет божий, спустились на палубу, как я огорчённо застонала, схватившись за голову.

— Не всё так уж плохо, сиура. Во времена моей учёбы ещё подобных кораблей не строили. Нам приходилось спать в трюме, — попытался поддержать меня страж, но я замахала руками.

— Нет, я не о том… Я ирию забыла!

— Что? — синхронно переспросили рогатые.

— Ирию, цветок, — торопилась объяснить я. — Мне его подруга-нимфа подарила. Ирия любит тень, и я сунула ее под кровать, в первый же день, как приехала… да пропади оно…!

Ума говорила, что ирии — цветы крайне редкие. И пусть я тем же фанатизмом к растениеводству, что и юная нимфа не разжилась, потерять подарок было стыдно. Как и стыдно, что по приезде сунув горшок с отростком под кровать, я ни разу о нем не вспомнила.

— Не беспокойтесь, сиура, — положил мне на плечо ладонь Акитар, когда я, кажется, готова была бежать во дворец на всех парах. — Я заберу вашу ирию сегодня же и передам иссеру Авару. Думаю, принцу не составит труда привезти ее на остров.

Я выдохнула и тут же виновато глянула на стража.

— Только её полить, наверное, надо…

Акитар заверил, что мне не о чем беспокоиться. Горшочек с цветком будет полит, передан в надёжные руки и вскоре вернётся ко мне. Да и Малли добавила, что возвращаться — слишком дурная примета.

Я и сама это знала. Возвращаться всегда не к добру.

Акитар обменялся парой фраз с рогачами из городской стражи, что должны были сопровождать корабль до самого острова. Пустынники оживились, узнав, что им суждено плыть с тем самым мифическим целителем, и пообещали, что ни на шаг от меня не отступят.

— Будьте осторожны сиура Елизавета, — тем не менее предостерёг на прощание мой страж и поклонился. — Берегите себя.

Малира тоже важно склонила голову.

— И вы берегите себя, — с улыбкой ответила я, придерживаясь за перила борта. Пол из-под ног словно плыл, но я пыталась сохранить бравый вид. — Надеюсь, вам по долгу службы больше не придётся стеречь человечек.

— Это вряд ли, — жёсткие губы стража тронула лёгкая улыбка. — Жаль. Оказалось, подобная работа держит в тонусе ничуть не хуже военных походов.

— Еще как держит, — со смехом вставила Малира, кивая рогатой головой. — Когда бы мы ещё надрать задницы «серым» сподобились?

Я засмеялась, видя, как искренне веселится новоиспечённый королевский гвардеец «в юбке», а вот Акитар неодобрительно поджал губы. Смолчал, но судя по сведённым на переносице бровям, зарубку в памяти, чтобы провести беседу с дочерью, поставил.

— Прощайте! — махнула я рукой, когда рогатые сошли с корабля.

Малли помахала в ответ, а Акитар вот уже в который раз просто кивнул, чуть растянув губы в такой непривычной, но искренней улыбке. И глядя в спины удаляющихся пустынников, я искренне пожалела, что обнять рогатого воина напоследок так и не решилась.

— Какие лю-юди! — раздалось насмешливое за спиной, когда я, поймав волну сентиментальности, готова была скупую слезу смахнуть.

— Тахир!

Стоило обернуться, с головой будто нырнула в жидкий янтарь. Лучший друг Ассаро стоял передо мной.

Ветер ерошил его тёмные волосы, собранные в косу. Алый камзол пятикурсника с точно такой же, её у меня, вышивкой — серебряной искоркой на груди, был неряшливо распахнут.

Странно, но выходит, Тахир не из высшего света. Во дворце его я ни разу не видела, да и раз он, как и я, в студенческой одежде… Те, кто посостоятельнее, камзолы только на острове натянут. Не царское, мол, это дело.

— Привет, Лиза, — рогатый с улыбкой раскинул руки и сощурил такие необычайно яркие глаза. — Ты чего здесь одна топчешься?

— Стражей провожала, — ответила на объятия янтарноглазого. — А ты каким судьбами тут? Я думала, ты с Ассаро поплывёшь… ой, что это с тобой?

Я коснулась вереницы уже порядком отцветших синяков прямо под гладко выбритой челюстью.

— Ай, да пустяк, — отмахнулся рогатый, отстранившись. — Мне без разницы, когда плыть. Да и Его Высочество изъявил желание отправить меня с тобой. Тебе же нужна компания? — отшутился он, поднимая повыше ворот камзола, будто от ветра защищаясь. Хотя, как по мне, просто-напросто синяки прятал. — Молчун-дракон за время пути мало чем тебя развлечь сможет. Кстати, — закрутил головой Тахир, — а где он?

— Не знаю, — принялась оглядываться и я. — Ты его не видел?

— Нет, — задумчиво ответил рогатый, почесав затылок.

Я совсем сникла.

— Странно.

— А ну, идём, — поманил Тахир, шагая прямиком к госпоже Сарэйн.

— Нет, — пошелестела пустынница листами, когда мы пристали к ней с вопросом. — Драконов поднялось на борт только двое. Господина Исмаарту среди них не было.

— Не было… повторила я, неровно выдохнув.

— Может, запаздывает? — приподнял бровь Тахир, глядя на меня.

Госпожа Сарэйн, озадаченно хмурясь, снова пролистала свои записи, но я знала, что все это зря.

— Шарар не опаздывает, — выдала я коротко. — Он просто не поплывёт.

— Почему? — округлил глазищи Тахир.

— Я не… — начала и осеклась.

Снова врать? Знала ведь, что Велор что-то сказал Шарару. Сделал так, чтобы дракон от меня… Нет, как от огня, он сбежать от меня не мог. Это не его стиль. Кто угодно, только не Шарар. Он не мог оставить меня вот так, ничего не сказав. К тому же не мог он и учёбу бросить.

— Что-то случилось, — тихо проговорила сама себе я. — Не мог он опоздать.

Я отошла от рогатой дамы и впилась пальцами в бортик, снова и снова с надеждой оглядывая пёструю толпу на пристани. Рогачи провожали своих отпрысков, обнимали на прощание, совали свёртки с едой.

Тоска шевельнулась под ложечкой.

Меня никто, увы, не провожал. Наверняка семейство кровопийц было в курсе, что человечка покинула дворец — новости за стеной разлетаются быстро. Вот только вряд ли кто-то из тёмных бросился бы на пристань. Эдана наверняка мается от злости и беспомощности под замком, а больше и некому.