Последняя искра (СИ) - Русс Алана - Страница 19

— Повтори, что сказала. Я не расслышал.

Зрачки у тёмного не то расширились, заполонив и без того неестественно темную радужку, не то сузились до размеров маковых зёрен. И на мои плечи тяжелым мешком легла тень.

Кажется, придавило не одну меня. Эдана, в возмущении привстав было на носочки, осела.

— Наедине? — негромко повторила она, сглотнув. — Папа, ты же обещал, что я сама выберу… Ты сказал, я могу посмотреть, и если мне что-то не понравится… Так вот мне не нравится! Я хочу обратно! Я хочу домой!

Сила давления стала невыносимой. Я негромко охнула, но Велор вовремя выставил локоть, позволив ухватиться за него и не выпасть из реальности.

Глава 6. «Тёмные» намёки

Скажу лишь одно, такой беспомощной я себя чувствовала впервые. Меня словно догола раздели и выставили на всеобщее посмешище. Пламя, что теперь всегда горело внутри, будто застыло, уменьшилось, словно свеча в закатанной банке. И если весь кислород выгорит…

— Отец, — Эдмонд, смерив меня внимательным взглядом, окликнул Ариса. — Может, стоит поговорить спокойно? Без лишних… воздействий.

Тёмный поморщился, по-прежнему не сводя взгляда, полного холодной ярости, с побледневшего личика Эданы.

— Здесь не о чем разговаривать, — отрезал он, но дышать все же стало в разы легче. — Все решено. И решено давно.

— Пятьдесят лет назад? — вскинулась Эдана. — Пап, я больше не ребенок, я совершеннолетняя! Ты не имеешь права решать…

— Ты не была благословлена богами в свое столетие. Согласно традициям Сынов Ночи на Иппоре, ты дитя. Поэтому, да, право я имею. Договор был заключен, подписан, и слава Соресу, что принц и Его величество король-регент приняли его спустя столько лет.

— Да мне плевать кто там и что заключил! Я не останусь здесь. Не стану ломать себя за мешок какой-то там поганой руды! Ты обещал!

— Это не просто мешок, Эдана. Это прочные торговые и политические связи, удержать которые в столь неспокойное время под силу лишь кровным узам! И я ничего тебе не обещал. Ты останешься здесь и точка, — погасив наконец всполохи гнева, Арис смягчил голос. — И пора приставить к тебе взрослую служку. Может, она на своем женском языке сумеет объяснить, как тебе повезло, неразумно ты дитя.

— Нет, — мотала и мотала головой Эдана, обливаясь слезами, будто в одночасье с ума сойдя. — Нет-нет-нет! Заманили меня! Это нечестно, это…

— Приведи себя в порядок, — протянул дочери руку Арис, пытаясь прикоснуться. — И никаких больше слез! Мужчины не выносят слез, милая. А я ценой собственного достоинства убедил кронпринца дать тебе ещё один шанс. Он придет к тебе отобедать.

Истерично хохотнув, Эда оскалилась.

— Пусть приходит! Пусть. Я ему такой обед устрою…

— Станешь грубить, — будто птицу в полете, перехватил фразу мужчина, — и я выпорю тебя до синяков. О гнусностях больше и думать не сможешь, равно как и сесть. Несколько дней уж точно. Кронпринц придет и точка. Будто мила и услужлива, как истинная леди нашего дома. Остальные, прочь!

Взмахнув рукой, лишённой, как ни странно, каких-либо украшений и перстней, Арис Лайн едва взглянул на куст в горшке у чайного стола.

Дыхание перекрыл ком в горле, когда мужчина, недоуменно приподняв бровь, откинул с плеча косу, прореженную серебристыми нитями седины, и решительно шагнул.

Одним махом разведя пышные, зеленые папоротниковые лапы, он впился в меня цепким, как рыболовный крюк, и таким же холодным, как и металл из которого их отливают, взглядом.

Доля секунды, а меня будто в аппарате МРТ от и до просканировали.

— Эт-то еще что?

Хотя, нет. С МРТ я однозначно погорячилась. Бактерий на подошве сапог в лучшем случае лишь под микроскопом разглядывают.

— Здравствуйте, — невольно вырвалось у меня, и вторая бровь у отца семейства заняла место рядом с первой.

— Это Елизавета, папа. Друг принца, — продолжала строить гневные гримасы Эдана. — Посмеешь выгнать и ее?

Темные глаза не блеснули удивлением. Скорее, лишь недовольством. Вспышка гнева озарила лицо тёмного, и черты его лица неприятно заострились.

— М-м-м… Та самая целительница, одаренная богами, — расширились узкие ноздри. И если бы в эту самую секунду из них повалил дым с искрами вперемешку, я бы ни капельки не удивилась. — Что ж, — Арис отпрянул, отпустив папоротниковые ветки, и они вмиг сомкнулись, — если дева хоть в половину так разумна, как о ней говорят, она уйдет сама.

Скрываться было без толку. Я, ног не чуя, поднялась, явив себя темноглазому, суровому взгляду во всей красе.

Уходить мне не хотелось, нет. А вот в окно выпрыгнуть…

— Мы останемся, — Велор, протяжно вздохнув, поднялся вслед за мной, и я снова, одарив его благодарным взглядом, ухватилась за него, отступив на шаг за широкую спину. — Елизавета друг кронпринца и находится во дворце по приглашению Ассаро Вер-Истер. Думаю, этого более чем достаточно для предоставления ее особе возможности самостоятельного выбора места своего пребывания.

Голос Велора вспорол тишину, а взгляд Ариса, будь он хоть на микрон осязаемее, наверняка вспорол бы мне глотку.

— По моему же приглашению, Лиза находится сейчас в моих покоях, — воспрянувшая духом от поддержки брата, Эдана приосанилась. — Если принцу не понравится ее присутствие… Что ж, я не могу прогнать Елизавету. Я пригласила ее раньше. А до тех пор, пока я свободна, пока я принадлежу тёмному народу, кланяться в ноги рогатику меня сам черт не заставит! Вернее… — осеклась Эда, поняв, что с чертями она, конечно, погорячилась, — никто не заставит.

— Вот как… — не то сказал, не то просто-напросто выдохнул Арис, и щека его, а вместе с ней и уголок глаза, едва заметно дернулись.

Скользнув по мне убийственным взглядом напоследок, тёмный стиснул зубы и вышел. Ничего больше не сказал. Но нашей победой в развернувшемся противостоянии и не пахло.

Опасаясь, как бы папенька не вернулся, вооруженный до зубов, я наконец оставила локоть Велора в покое и протянула:

— Слушайте, может, мне лучше… — пошевелила я пальцами, изображая ножки шагающего человечка.

— Как пожелаешь, — кивнул Дракула, все ещё пристально, с опаской глядя на дверь. — Если поторопимся…

— Нет, прошу тебя, Лиззи! — взмолилась Эдана, и ее огромные темные глазищи вмиг повлажнели. — Я не переживу, если останусь одна! Пожалуйста, я не хочу…

Я глянула на Велора, пытаясь оценить масштабы катастрофы. Робко, но все же кивнула, в ответ на вопросительный сероглазый взгляд.

— Умойся иди тогда, — прервал сестринские стенания Велор. — И припудри щёки. Ну, или что вы там обычно делаете, — и, опустившись в кресло, с невозмутимым видом отпил из бокала с водой.

Я выдохнула. Похоже, все не настолько плохо, как могло показаться на первый взгляд. Да и если припомнить, Валери тоже сперва была настроена против меня враждебно. Но сгладилось же все как-то само-собой.

Эдана же, убедившись, что не останется одна, вмиг утерла глаза, но приводить себя в порядок не отправилась.

— И так сойдёт, — буркнула она и уселась на прежнее место. — Буду я еще для всяких-яких тут…

Я тоже тихонько присела, но пускаться в расспросы все никак не решалась. А пока обдумывала, как бы подобраться к столь деликатной теме и нарушить гнетущую тишину, снова раздался стук.

Не сговариваясь, мы все разом поднялись на ноги.

— Прошу, вас, Эдана уже ждёт.

Арис с лёгкой улыбкой снова вошел, а за ним, хмуря брови до глубокой складки на переносице, следовал и сам принц пустынного народа.

— Благодарю за приглашение, — едва преклонил голову Ассаро, и мне почудилось, что ещё немного и увесистая костяная «корона» точно перевесит, заставив своего обладателя курнуться носом в пушистый ковер.

И немудрено. Ввинченных прямиком в рога драгоценных камней, слагающихся в причудливый узор, ни на одном из пустынников мне ещё видеть не доводилось.

Ассаро был без охраны, точнее, охрана осталась по ту сторону дверей. Демонстрация безоговорочного доверия?