Помощница ключницы (СИ) - Никитина Алена - Страница 2

Стояли мы так не долго, но солнце, несмотря на рань, уже начало припекать, и если еще постою так, то к вечеру пойду пятнами. От раздумий меня отвлек нарастающий шум: открылись главные ворота, и во двор дружно въехало несколько богатых телег: закрытых и открытых. Госпожа Корнелия расплылась в улыбке, и поплыла навстречу гостям. Изящная походка, легкое покачивание пятой точки — кажется, я стояла, открыв рот. Одумалась лишь тогда, когда получила подзатыльник и услышала шипение «голову опусти, оборванка!».

Как оказалось, едва кареты въехали во двор, люд весь дружно сделал шаг назад, кроме меня. И потому, сейчас я одинешенька стояла впереди всех, с любопытством взирая на госпожу Корнелию и ее гостей.

— И что же ты нам приготовила, голубушка? — из первой закрытой телеги вышел седовласый мужчина, опиравшийся на палку. Пальцы его были унизаны разноцветными перстнями. Несомненно, богатей, вон как оглядывает нас, да пальцами по деревяшке перебирает. И хотя увидеть не могла, готова была поклясться, что госпожа, наверняка, расплылась в еще большей улыбке и следом низко склонилась:

— Я весьма рада видеть вас, господин Шарэз! Надеюсь, товар вам по душе придется, — она еще раз склонилась и, извиняясь, отправилась встречать других, и это помешало ей увидеть, как при последних словах мужское лицо скривилось в гримасе.

Вслед за мужчиной показалась пожилая женщина. Она была слегка полноватой, в простом, но добротном сером платье, без каких либо украшений, но с такой же гримасой, что и у господина, а оглядев нас — взгляд наполнился еще и брезгливостью. Вздернув голову, она странно посмотрела на мужчину. Жена?

Между тем госпожа Корнелия раскланивалась и что-то говорила молодому мужчине, статной наружности и девушке, что цеплялась за его локоть. Но у этой изысканной молодки на лице застыл такой безмерный ужас, словно она видела перед собой мышей и слизней, нежели людей. Что-то с ней было явно не так…

Наконец, из третьей кареты вышла Она. Красивая, в багряном платье, по-настоящему яркая женщина. Даже не понимая, что мной движет, подалась вперед, жадно всматриваясь в нее: тонкая талия, высокая прическа, белое-белое лицо и губы алые, словно кровь. Кажись, я даже забыла, как дышать. К ней бы я пошла в услужение!

И пока все это крутилось в моей голове, госпожа Корнелия подплыла к ней.

— Корнелия, дорогуша, а почему так мало? — голос гостьи звучал мелодично, но недовольно.

— Я выбрала для тебя троих, Бланка. Больше не нашлось, — да и госпожа Корнелия довольной не выглядела. Держалась она с ней, совсем, что с моим тятей.

Госпожа Бланка оглядела разодетых девушек и брезгливо отметила:

— Этих? Да это же дешевые…

— Отмой, одень и они буду красавицами! — госпожа Корнелия принялась разглядывать свои руки, то и дело, потирая их о блестящую ткань на бедре.

— А я нашла еще одну, — между тем госпожа Бланка, остановив взгляд на мне, обогнула мою госпожу, и направилась ко мне. — Как зовут тебя, дитя?

— Бланка, это девочка слишком мала для…, - как? Как Госпожа Корнелия так быстро оказалась рядом с нами?!

Госпожа Бланка, не обратив на ее слова и внимания, вязала меня за подбородок и потянула наверх, всматриваясь:

— Определенно, у малютки большие перспективы, — ее хватка оказалась неожиданно крепкой. — Так, как тебя зовут, малышка? — а у меня дыхание пропало от ужаса, страха и … надежды.

— Аиша, — мой робкий голос был едва слышен мне самой.

— Редкое имя, старое, — одобрительно кивнула госпожа Бланка. — Сколько ты хочешь за нее, Корнелия? — не отпуская мой подбородок, она посмотрела на женщину.

— Бланка, девочка не продается, — и госпожа Корнелия протиснулась между нами.

— А что, тогда она делает среди этого сброда? — красиво очерченная бровь женщины удивленно приподнялась.

— В ней есть магия, — нетерпеливо выдохнула моя владелица.

Госпожа Бланка прищурилась, вновь оглядывая меня с головы до ног.

— И все же я повторю свой вопрос: сколько?

Но тут вмешалась первая пара, подойдя ближе:

— Постойте — постойте, молодая, — пристальный взгляд седовласого мужчины на меня, — девушка наделена магией?

— Да, господин Шарэз, именно о ней я вам и говорила! — недовольство госпожи Корнелии как ветром сдуло.

— Интересно! — мне же почудился восторг в его голосе? — И печати не стоит, как я вижу! А какой уровень? Какое направление силы?

Непонятные для меня вопросы лились из него сплошным потоком, грозя потопить. Мне уже хотелось спрятаться за спину госпожи, когда он замолчал, и в разговор вступила его спутница:

— Шарэз, девочка еще неинициированная, уровень силы минимален, — тут она обратила внимание на улыбающуюся госпожу Бланку, — и я думаю, что она вполне мне подойдет.

— Но! — одновременно раздалось три голоса.

Госпожа Бланка была возмущена и собиралась что-то сказать. Господин Шарэз, удивленно переводя взгляд то на меня, то на пожилую даму, перекатывался на пятках. Госпожа Корнелия же в уме подсчитывала прибыль. Посему выходило, что продали меня дороже, чем изначально предполагалось. А значит, свадьба Изы состоится…

Пока госпожа Бланка и господин Шарэз договаривались между собой, молодая пара забрала трех пострелят и, вручив несколько мешочков с деньгами госпоже Корнелии, поспешила скрыться. Видимо, молодке здесь не понравилось. Скатертью дорожка…

— Аиша, девочка, подойди! — позвал меня седовласый господин.

Спотыкаясь, я подошла ближе:

— Итак, у нас дилемма, — произнес он непонятное слово. — Тебя хочет забрать вот эта дама…

— Госпожа Бланка, — даму, видимо, не смутила заминка.

— Но и многоуважаемая госпожа Вирджиния, ключница нашей Академии, также решила, что ты отлично подойдешь ей в роли помощницы…

Я во все глаза уставилась на мужчину: да вы шутите! Единый! Меня сделать помощницей ключницы Академии, помощницей! Ни в сиделки, ни в посудомойки, ни в грелки! Да я, да я… Объясните только, что это значит, и я все сделаю!

— Или девочка сможет уже сейчас наслаждаться комфортом, красивыми вещами, кавалерами, — в мои мысли вторгся чарующий голос госпожи Бланки.

— Комфортом?! — возмущению многоуважаемой госпожи не было предела. — Да девочка несовершеннолетняя даже для ваших развлечений!

— На каждую у меня свой покупатель, — и так она это сказала, что на миг мне стало не по себе. Я очнулась, когда поняла, что оказалась за спиной господина Шарэза.

— Ну что ж, девочка сделала свой выбор, — он повернулся к довольной госпоже Корнелии. — Пройдемте, я расплачусь.

Глава 3, о странных поворотах судьбы

Меня усадили в богатую закрытую телегу! Правда, первые два раза я порывалась пересесть в телегу к мужчинам, но рассердившийся господин Шарэз был непреклонен:

— Маленьким девочкам не место среди взрослых мужчин, если они не приходятся ей братьями или близкими родственниками!

Во завернул, так завернул! Я стояла, хлопая ресницами и не понимая: у нас дворы, что делили колодцы, мылись всегда вместе и ничего…

— Ступай в карету, к госпоже Вирджинии, она наверняка припасла леденцы, я не сразу поняла, что «карета» и была той самой телегой.

Я аккуратно, боясь что-либо сломать или замарать, залезла туда, где уже была госпожа ключница. Села на край мягкого сидения и, сложив ладони на коленках, уставилась в пол.

— Повтори, дитя, как тебя зовут и сколько тебе лет? — ее голос был немного хрипловатым, но в нем звучала неподдельная доброта. Уж это-то в своей жизни я научилась различать…

— Мама назвала меня Аишой, остальные звали Айкой. Зимой мне будет восемнадцать, — медленно, стараясь говорить правильно, как когда-то меня обучал церковный служка, прежде чем сбежать с заезжими шутами.

— Тебе уже семнадцать, а магия только проснулась? Как это произошло?

Тут я поморщилась и очень медленно произнесла:

— Наши пацаны топили суч…, в смысле, собаку — подвязали камень к шее и на лодке отволокли на середину речки. Я увидела, нырнула за ней, испугалась дюже, когда меня на самое дно заволокло, да еще и суч…, в смысле, собака эта до крови руку прикусила. В глазах потемнело, а потом мы очнулись на берегу, а руки светились синим цветом, — все, в общем-то, было именно так. За исключением того, что прежде чем кидаться в воду, я обматерила последними словами пацанов, накидала им в лодку камней, что даже пробила ими дно. Я и в воду-то прыгала, потому что их больше было…