Помощница ключницы (СИ) - Никитина Алена - Страница 66

Я сделала несколько шагов в сторону, не понимая, чего ожидать от мужчины, когда он вновь повернулся ко мне:

— Ты и сама понимаешь, что нам помешала, — произнес Сато, не приближаясь ко мне. — Не вовремя решила спутать мои планы…

— А они у вас есть? — мой голос был хриплым. — Планы?

— Конечно, — он кивнул, следя за каждым моим движением. — Но тебе о них знать не стоит, — он кивнул в мою сторону и отдал четкий приказ: — Убрать.

Я даже пикнуть не успела, не то что закричать, как меня оглушили, а на голову натянули мешок. Не помогли руки с отросшими когтями, хотя я слышала по всхлипам, что задела кого-то из мужчин: меня слишком быстро связали. Подвывая, обездвиженная, я толкалась, кидалась из стороны в сторону, когда услышала ругань Сато Шарэза:

— Да стукните ее, наконец, по голове!

Глава 23, о превратностях судьбы

Жива! — было первой и единственной радостной мыслью, едва я очнулась.

Голова болела, но боль эта была словно отголоском чего-то более сильного. Руки и ноги — на ощупь все казалось целым и невредимым, не считая того, что от неудобной позы и чего-то упирающегося в спину, затекло все тело.

На проверку оказалось, что лежу я на тюке набитом травой: то ли соломой с полынью, может еще с чем…

Я вглядывалась до резей в глазах, вслушивалась в малейший шорох, но все казалось бесполезным: непроглядная тьма и не единого звука, кроме моих собственных шорохов.

И страшнее стало, когда закрыла глаза и поняла, что и магии здесь не было: ни одной силовой линии, ни единого ее всплеска. Я даже попробовала закричать, но получился только писк, что с каждым мгновение становился глуше, пока совсем не затих, а я не закашлялась…

Автор пришла и снова с небольшим куском. Так как… с драмами у автора тоже походу проблемы… Поэтому нужен ваш взгляд — достаточно ли драматичненько получается или не дотягивают герои?

Обняв колени, покачиваясь на травяном тюке, старалась гнать от себя мысль, что меня навсегда запрели в этом большом каменном мешке. Соберись, соберись, соберись…

— Ну же, Аиша, соберись! — завыла, ударяя кулаками о каменный пол. И мгновенная боль вывела из оцепенения. Меня не убили сейчас, значит вернутся, скорее всего, и как скоро неизвестно, а я даже не представляла, где нахожусь. На затекших, покалывающих ногах поднялась и сделала осторожный шаг, ступая на пол. Грома не случилось, молнии тоже, ничто подо мной не разверзлось и не поглотило. Одну руку положила на стену, другую вытянула: либо на что-то наткнусь, либо упрусь в своей же травяной мешок. Панику и страх, накатывающий волнами, старалась заглушить мыслями, но страшно все равно было…

И с каждым новым шагом становилось все холоднее: каменный пол подмораживал голые ступни, вызывая озноб по всему телу, а я все также шла, шла и шла вперед, еще ни разу не свернув. Эта стена казалась бесконечной…

— Не могу больше, — прохрипела, бессильно оседая на пол и прикрывая глаза. Лучше бы на том тюке и осталась… Растирая тело руками, царапнула кожу и тут же вспомнились Мэриэй и ее браслет, который оказался … бесполезен. Магическая вещь в этом каменном мешке всего лишь железка без толики магии! Вскинула защипавшие от слез глаза предположительно туда, где был потолок:

— Соображай же, Аиша! — прошипела, потирая грудь, которую с каждым мгновением начинало жечь сильнее. — Да куда ж, Единый, хуже то?! — воскликнула, практически раздирая прорезавшимися когтями ворот платья и … замерла. Камешек, что обычно висел на шее и ничего весил, сейчас наливался багряным светом, становясь тяжелее. Шатун…

Срезав прочную нить, подхватила камешек. Как там говорил Шатун: где ты с ним, там и я буду? И тут же вспомнился мастер Эйнар, назвавший невесомую ранее безделушку — жизненной силой призрака. И если я сейчас здесь, а он там … без нее.

— Это не хорошо, — подскочив с каменного пола, смотрела на увеличившийся камень: у меня было большое подозрение, что еще чуть-чуть и его попросту разорвет прямо в моих руках!

И ничего умнее, как положить его на пол и отскочить, мне в голову не пришло. Яркий алый круг был единственным светом в кромешной тьме. Как завороженная наблюдала за тем, как он все увеличивается. Как ползут по нему кровавые трещины…

В самое последнее мгновение, каким-то чутьем, успела зажмуриться и обхватить голову руками, чтобы услышать громкий хлопок, после которого началась какофония звуков. Магии. Сил.

Всем привет, автор туточки. На всех парах двигаемся к трагидозу, на какие-то вопросы уже есть ответы в сегодняшней проде.

И тут же вскрикнула от того, что накалившийся добела браслет на запястье, прожигал кожу, оставляя отметины. Стянув его, швырнула в ту же сторону, что и камешек до этого…

— Аиша? Живая! — ослепленная магической вспышкой, я не видела, но отчетливо услышала голос призрака.

— Шатун, — прошептала едва слышно, а из глаз полились настоящие слезы облегчения, — ты … живой!

— А шо со мной станется? Хорошо, шо камешек мой на тебе висел, он то и помог нам тебя найти…

— Нам? — спросила, растирая глаза.

— Мне и теням, — пояснил кот. — Я как увидел, шо кухня пустая, чуть снова не помер от ужаса…

— А нечисть?

— А никого не было, представляешь! Как твои глаза, видишь меня? — встревожено спросил он.

Я отняла подол платья от лица и прищурено огляделась вокруг: это действительно был большой каменный мешок, только сделан он был в скале. Взгляд скользнул по каменным сосулькам, по острым выступам, по капели, что сочилась из ровной поверхности стены, что заканчивалась…обрывом. Если бы я все-таки решилась дойти до конца, то разбилась бы…

— Где мы? — спросила, завороженно наблюдая за силовыми потоками, что бежали по скалам и соединялись в обычном камешке, лежащем недалеко от меня.

— Сейчас некогда, чуча, — подняв морду, Шатун к чему-то прислушивался, — мы и так тут задержались. Возвращаться нужно. Хватай хвост, а я по пути тебе все расскажу, — а едва схватилась, он глянул на меня и, покачав головой, добавил: — Штучки-то прихвати, они тебе понадобятся.

Я завязала камешек на поясе, а к браслету… не сразу прикоснулась.

— Бери, бери, кто тер Ассана спасать будет, он там сейчас…

То, как он резко замолчал, заставило меня поднять холодный браслет и ухватиться за хвост призрака:

— Что с ним? — кот старательно отводил взгляд, но я повторила более требовательно: — Что с ним?! — Но Шатун заговорил совсем не о нем.

— Горы, — его голос звучал глухо. — С них все и началось когда-то. Они стали Вратами, которые пропустили Тьму к нам. Каждая из Академий на Агадарских землях стоит на такой вот, — он повел мордой по сторонам, — скале. Карван же находится в средоточии скал, укрытый со всех сторон, поэтому и пал самым первым. Когда-то я был магом, сильным магом, что сокрушил породы, равняя их с землей. И на этой земле воздвигли насыпи, зачаровали от прорыва, а затем построили Академии. Каждая из них — это смерть мага. Жизнь одного мага в обмен на вечность, защиту остальным и надежду на будущее. Я пронзил собственное сердце не задумываясь ни на мгновение. И повторил бы это еще раз, слышишь, Аиша? — он говорил ожесточенно, словно пытался убедить себя в чем-то. — Но только Тьму это не остановило. Он находила лазейки в людских сердцах, заставляя их идти за собой: приманивая лучшей жизнью, привлекая успехом, кого-то золотом. Случилось то, чего никто из нас не ожидал: Тьма просачивалась из тех, кого мы поклялись защищать. Из тех, ради кого мы умирали…

— Шатун…

— Тер Ассан убил любимую женщину. Давно, и она была виновата, за что и понесла заслуженную кару. Но он должен был умереть, пускай не сейчас, но скоро: ведь своей ненавистью к той женщине открыл двери Тьме. А она никого не отпускает легко, — он замолчал. Никакой напускной веселости, никакого призрака. Сейчас я видела и слышала того самого мага. — И тут появляешься ты. Отродье, банши. Запуганная девчонка с огромным сердцем, что скрывалось за неряшливостью и простотой. Не сразу, но ты нашла путь ко всей нечисти, даже к той, что не видела. Заставила посмотреть на себя с другой стороны и тер Ассана, после случая с ректором, который тоже должен был умереть.