Помощница ключницы (СИ) - Никитина Алена - Страница 72

— Я хочу тебе кое-что подарить, — когда мы вышли проводить Хранителей, Варвара подошла ко мне в самых дверях, — если захочешь выйти со мной на связь, просто дерни за этот браслет, — на запястье легла аккуратная красная плетеная нить. — И тут же ко мне провалишься, главное не бойся! — она быстро обняла меня и тут же уступила, вставая между мужчинами. — Я буду ждать, помни! — крикнула она, растворяясь в воздухе.

— А я думала так может только Шатун…

— Позеры, — согласился со мной призрак, а отец добавил:

— Они Хранители, они могут практически все.

— Ну точно позеры, — еще раз и более довольно протянул кот, — а шо я такого сказал? Тока правда и ничего более! И вообще, некогда мне тут с вами, у меня там… кухня и армия! — и исчез под нашими взглядами.

Отец усмехнулся и спросил меня:

— Что делать хочешь? У меня тут дел рабочих накопилось… Не могу сейчас с тобой быть…

— Я все понимаю, отец, — улыбнулась. — Я бы навестила наставницу и мэтра Шарэза, можно же уже?

Ректор вздохнул с облегчением и улыбнулся:

— Ступай, они в лекарской под бдительным присмотром нашего лекаря, — и потрепав меня по голове, он пошел к своему кабинету.

Взглянув на яркое голубое небо, послушала пение птиц, посмотрела на снующих студентов, что носили мешки с мусором, веники да тряпки, я все-таки отправилась в лекарскую…

Уже на подходе к ней услышала громкий басовитое возмущение и требование:

— Я требую нормальной пищи, слышишь, нор-маль-ной, гном ты лекарский!

— Аргус, совесть имей! — в мелодичном голосе я узнала госпожу Вирджинию. — Тебе здесь не кухня, а лекарская!

— Вот-вот, послушайте, уважаемую госпожу…

— Моя жена должна поддерживать мужа во всем! — громыхнуло так, что я даже подпрыгнула и не рискнула открыть дверь. — А ты…

— А я тебе не жена, — громыхнуло в ответ, а я улыбнулась. — И не стану, если ты продолжишь…

— Доброго дня, — поздоровалась я, открыв дверь. — Позволите, мастер Эл?

Бледный, трясущийся гном взглянул на меня так, словно я была его единственным спасением в этой жизни и залпом выпив какую-то жидкость в стеклянной мензурке подошел ко мне:

— Я очень счастлив видеть вас, Аиша, — и ничего более не говоря, вышел из лекарской. Даже дверь не закрыл… Довели.

— Я с тобой не разговариваю, — между тем продолжала возмущаться наставница. — Ты что себе позволяешь?!

— А ты видела, чем она меня кормить собрался?! Жижей бесцветной! Да он избавится от меня хочет, мстит…

— Аргус, он врач! А у тебя истощение! Тебя пытали, — еще немного и госпожа Вирджиния вскочила бы с кровати с явным желанием причинить вред своему будущему мужу.

— Нет, я не понял, ты, что на его стороне?

Женщина фыркнула и отвернулась от него, заметив меня:

— Аишенька! Давно ты здесь? — госпожа ключница мило покраснела, выдавая смущение. — Проходи, проходи голубушка. Мы за тебя переживали, но нас не пускали…

— И все этот противный гном, — поддакнул мэтр, за что тут же удостоился кулака. — Ну как ты? Как там моя кухня? Что-то я переживаю…

И я задалась вопросом: а знал ли мэтр, что его кухней сейчас управляет Шатун?

Что-то подсказывало мне, что посвящать я его не стоило бы…

— Все прекрасно, мэтр! — бодро отчеканила я, проходя в лекарскую. — Вышколенная нечисть под присмотром ректора справляется отлично. Он так же отправил на кухню нескольких студиозов…

Мэтр окинул меня подозрительным взглядом, но видимо, не нашел ничего подозрительного и потому откинулся на подушку. Я подошла ближе и обняла госпожу Вирджинию: она выглядела хорошо, такой свежей я ее даже в начале не видела.

— Вы хорошо выглядите…

— И чувствую себя прекрасно, — кивнула она, — только из-за этого, — кивок в сторону мэтра, — я еще здесь и лежу. Он без меня видите ли не может, — и хоть ее брови хмурились, я по глазам видела, что она довольна.

— Но-но, что за подлые инсинуации?! — возмутился тут же приподнявшийся мэтр. — Это я прекрасно себя чувствую, а нахожусь тут из-за тебя…

— То есть … как? — удивленно вскинула брови госпожа наставница. — Меня же мастер гном уверял, что твое здоровье еще под угрозой…

— Что?! — взревел мэтр раненым зверем, а я плюхнулась на кровать. — Он же мне тоже самое говорил про тебя! Сказал, чтобы я твои нервы берег…

Я прыснула и, не выдержав, расхохоталась до слез…

Видели бы они себя: двое взрослых, а провели их как…

— Ну вот, что, — откидывая одеяло, проговорил мэтр, — пошел я…

— Куда это? — вскинув бровь спросила наставница.

— Работать, раз меня здесь не ценят.

— Ну иди-иди, только переодеться не забудь, — милостиво разрешила госпожа Вирджиния и улыбнулась, глядя как недовольно пыхтит мужчина.

— Не прощаюсь, — сказал мэтр и гордо вышел из палаты. Хоть бы он не пошел мастеру гному мстить, иначе тот не переживет…

— Ну, Аиша, рассказывай, что произошло пока мы тут, — женщина вцепилась в мою руку и взглянула нетерпеливо.

— Да я сама только сегодня очнулась, — развела руками в стороны. — Академию в порядок привели, насчет общежитий, еще не знаю, не была там…

— Да не о том я! — нетерпеливо дернула она меня за руку. — Я о тер Ассане. Я своими глазами видела, как он тебя из подземелья выносил…

Отвела глаза в сторону, глядя куда-то…

— Аиша, — осторожно позвала меня наставница, — что случилось?

— Он назвал меня «высочеством», представляете? — всхлипнула я, но тут же взяла себя в руки. — Поклонился и ушел, и все.

— И все?

У меня не было сил говорить, поэтому я только кивнула. Женщина откинулась на подушки и задумчиво погладила меня по руке:

— Вот же… упрямый какой. Но этого стоило ожидать, — она перевела взгляд на меня и сказала: — Прошлое тяжело отпускает, Аиш, и ему, видимо до сих пор, тяжело. Ты уже знаешь о нем что-то?

— Только то, что он заслуженно кого-то убил, — проговорила тихо, едва слышно.

— Убийство не может быть заслуженным, девочка, — она покачала головой. — Но здесь я соглашусь. Когда-то давно он был влюблен. Та картина, что ты увидела, когда только приехала сюда: это изображение его и той женщины, которую он любил. Боготворил, — я судорожно вцепилась в простынь, а она понимающе на меня посмотрела: — Ты должна знать правду. Он ее любил больше собственной жизни. У них была назначена свадьба, когда она узнала, что беременна. Ей хотелось выступать, ему — семьи. Она убила его ребенка, когда срок был уже серьезный, чего тянула так долго, до сих пор не понимаю. Наверное, хотела ему сделать больнее… Он же маг, почувствовал сердце ребенка, а она его убила сразу же после этого. Он не сдержался, выпустил гнев…

Я вздрогнула и обхватила себя руками.

— Я и не винила его, — сказала тихо. — Кто из нас не грешен?

— А он винит, — сказала госпожа Вирджиния, качнув головой. — Меня не удивляет, что он потянулся к тебе. Не удивляет и то, что он так сопротивляется … вам, — она покачала головой. — Но это не значит, что он должен страдать…

— Я и не хочу…

— Тогда поговори с ним! Прямо сейчас иди и поговори! Не тяни, пока он себе не напридумывал еще чего-нибудь! — она похлопала меня по руке: — Иногда женщине приходится брать счастье в собственные руки. Все, ступай, дай пожилой женщине отдохнуть…

Я улыбнулась сквозь слезы, наклонилась и поцеловала в щеку еще одного родного мне человека:

— Спасибо, — прошептала тихо и вышла из лекарской, тихо притворив за собой дверь…

Попробуй найди мага, который не хочет находиться… Я упрямо изучила все этажи Академии, заглянула в каждую залу, но тер Ассан не спешил находиться. И меня это злило. Сильно!

Выйдя из Академии, свернула на дорожку, что вела к их с отцом дому. И тут же врезалась в свою пропажу…

Меня схватили за плечи, придерживая. Прижали к крепкому телу, от чего перехватило дыхание на целое мгновение, а потом не только отпустили быстро, но еще и отошли…

— Прошу прощения ваше…