Пришлая (СИ) - Русс Алана - Страница 50

Я приоткрыла один глаз, а затем и второй. Моя лодочка мерно покачивалась на волнах.

Оглянувшись назад, я увидела совершенно спокойное море. Гладкое, как стекло. Будто и не пенилось пару секунд назад вовсе!

— Что за чертовщина, — прошептала я побелевшими от испуга губами. — Неужели… откликнулся? — задрала я голову к небу.

Мысленно на все лады восхваляя Сореса, я принялась грести дальше. Правда, весло осталось только одно. И если сначала боевой настрой помогал мне сражаться с водной стихией, то, как только он угас, а его заменила усталость, я вновь опустила руки.

Да и не мудрено. Вокруг была только вода. Тонны воды. Солнечные блики слепили, отражаясь от словно в миг остекленевшей глади. Волны легонько баюкали лодку, и мозг совершенно перестал воспринимать реальность происходящего.

— Плыть! Я должна плыть! — шептала я, вяло подгребая то с одного борта, то с другого. — И Велора спасу, и домой вернусь. Только сейчас бы мне доплыть…

Солнце уже клонилось к закату, когда берег приблизился ровно настолько, чтобы можно было отчетливо видеть деревья и кусты, пышной зеленой пеной покрывающие заветный остров.

Проверив веслом глубину и убедившись, что здесь неглубоко, я выпрыгнула из лодки. Вода доставала мне чуть выше середины бедра, но я упорно брела, волоча за собой свое плавательное средство.

Оказавшись наконец на берегу, я без сил повалилась на песок, тяжело дыша.

Изнуренная голодом, морской болезнью и отсутствием нормального сна я хотела только одного: лежать. Лежать так и не шевелиться. Но волны прибоя поволокли лодку со скрипом обратно в морские объятья.

Я охнула и на трясущихся ногах вновь забралась в воду. Ухватила лодчонку за борт и, вопреки здравому смыслу, опять поволокла на берег.

Почему я просто-напросто не забрала свои вещи и не отпустила лодку в свободное плавание? Не знаю. Наверное, я слишком устала, и голова совсем не хотела соображать. Действовали лишь инстинкты.

«Останешься без лодки — пропадешь!» — настоятельно сказала я сама себе и, лишившись чувств, ничком повалилась на прогретый за день песок.

— Эй, — аккуратный шлепок по щеке заставил меня открыть глаза. — Ты живой?

Слабый стон сорвался с моих уст. Вокруг была темнота, только яркий огонек, словно светлячок, маячил передо мной из стороны в сторону.

— Давай, поднимайся, — произнес некто, еле-еле освещенный огоньком. — Прилив скоро покроет пляж, и лучше бы нам убраться отсюда к этому времени. Ты как тут оказался вообще? Ваш корабль затонул?

Я ничего не могла ответить. Лишь, оперевшись на руки, попыталась встать, но зыбкий песок уезжал из-под ладоней. Я вновь беспомощно повалилась на бок.

«Да пусть лучше меня море унесет! — снова прикрыла я тяжелеющие веки. — Зато высплюсь наконец».

— Ты чего? — изумленно воскликнул незнакомец, а затем вздохнул и, взяв меня подмышки, приподнял. — Нельзя спать! Нужно спешить, — повторил он.

Грозный рокот волн вдали вторил его словам, но я ничего не могла поделать с собой. Силы попросту иссякли.

Очередной вздох незнакомца и мои ноги вдруг взлетели вверх. Похоже, мой спаситель решил унести меня подальше от опасного места просто взвалив на плечо, как куль с картошкой.

— Вещи, — пролепетала я, приподнимая голову, — в лодке…

Незнакомец с огоньком резко развернулся и свободной рукой, не держащей мои безвольно болтающиеся ноги, ухватился за мешок.

Снова резкий разворот. И вот мы уже стремительно движемся вдоль по песчаной косе.

Кажется, я то и дело отключалась, потому что до моих ушей долетали лишь обрывки фраз, типа: «море неспокойно нынче» или «тебе повезло, парень», «потерпи, еще немного», и снова что-то про море…

— Осторожно, — просипел незнакомец, приседая и устанавливая меня на ноги. — Вот так. Стоишь?

— Угу, — мотнула головой я, пошатнувшись.

Ощущение, что я пьяным-пьяна не покидало меня. Голова кружилась, во рту пересохло, мысли путались, а язык заплетался. Хорошо, что сердобольный незнакомец не бросил меня, а вновь пристроился рядышком, волоча меня на себе.

Еще пара неуверенных шагов, и тьма наконец отступила. Прямо передо мной раскинулась ярко освещенная пристань. За ней, посаженные на сваи, как грибы, выстроились небольшие домики, в окнах которых горел яркий, золотистый и какой-то совершенно неестественный свет.

А вот огонек незнакомца, как оказалось, был закреплен прямо у него на голове! Вернее, от обруча, надетого на голову, тянулась гибкая тростина. А уже на ее конце, словно малюсенькая лампочка, болталась колбочка, заполненная изнутри странной субстанцией. Не то жидкой, не то газообразной.

Я вытаращила глаза, глядя на огонек, но удивление стало безграничным лишь в тот момент, когда мой спаситель потер «лампочку» в ладонях и она словно отдала ему свой свет.

— Как? — выдохнула я, не рассчитав и начав терять равновесие от удивления.

— Да что с тобой? — ринулся ко мне незнакомец, хватая под руки. — Ты совсем без сил, парень, — с укоризной покачал он головой и поволок меня в сторону освещенных улиц острова.

— Спасибо, — еле выдавила из себя я, когда мужчина дотащил меня до ближайшего домика и усадил на хорошо освещенные огоньками в колбах лестничные ступеньки.

— Да не за что пока, — незнакомец с тревогой вперился взглядом в сторону громко и яростно гудящего Единого Моря.

А я наконец смогла разглядеть своего спасителя.

Высокий, крепкий. Короткие светлые волосы резко контрастируют со смуглой кожей. Хотя нет, его кожа не просто смуглая, скорее даже иссиня-черная. Одет незнакомец просто: широкая рубаха и штаны. Босые ноги слегка утопают в зыбком песке.

Еще от мужчины пахло морем и чем-то совершенно мне незнакомым, однако невероятно приятным. Я невольно потянула носом, подавшись вперед.

— Давай, — заметив мои телодвижения, нахмурился он. — Вставай, нужно идти.

Мужчина склонился надо мной, и я, обвив его шею руками, поднялась на ноги. И вновь мы в тесной связке побрели куда-то вглубь прибрежного поселения.

— Мирна! — прокричал мужчина, подводя меня к невысокому домику с острой крышей, теряющейся где-то в ночной выси.

Женская аккуратная фигурка тут же выскользнула из-за приоткрытой двери.

— Навин! — воскликнула она, едва только увидела, что я, словно рыба прилипала вишу на мужчине. — Что произошло? Кто это? — подхватила она меня под другую руку.

— Еще не знаю, — просипел в ответ мой спаситель. — Отведем его в дом.

— Конечно, — растерянно протянула Мирна.

Вдвоем они завели меня внутрь и усадили в плетеное кресло возле окна. Женщина тут же принялась суетиться, носить какие-то баночки и скляночки.

Я огляделась. Обстановка простенькая, но чистенькая и уютная. Комнатка, в которой находилась я, очевидно, служила одновременно и гостиной и столовой. Круглый светло-желтый стол посреди был застелен кружевной скатертью. В центре него — большая миска с зеленью и фруктами.

«Ох, — скривилась я, косясь на снедь, — так бы и сгрызла все подчистую».

— Я нашел его на берегу без сознания, — негромко рассказывал Навин женщине, а я едва могла разобрать его слова. — Похоже… человек.

Внутри у меня резко похолодело. Мирна тоже занервничала, в одночасье остановилась и стала похожа на натянутую струну.

По виду она была гораздо моложе мужчины, а кожа ее была значительно светлее. Глаза живые, подвижные. Русые волосы стянуты на затылке в тугой хвост.

Через пару секунд женщина вновь пришла в движение, сделав вид, что ничего, так удивившего ее, и слышать не слышала.

— Ты нашел Урху? — растирая что-то в керамической пиале, спросила она как ни в чем не бывало.

Навин, усевшийся подле стола, снял наконец конструкцию с «фонариком» со своей головы.

— Нет, — вздохнул он. — Наверное, снова наелся жуков, свернулся где-то в лесу и спит.

Мирна пождала губы. Очевидно, пропажа таинственной «Урхи» ее очень огорчила.

— Вернется, — протянул мужчина, махнув рукой и устало вытянув ноги. — А ты там как? Порядок? — поглядел он на меня темно-карими глазами.