Пришлая (СИ) - Русс Алана - Страница 67

Я неопределенно помотала головой. Ах, эти сложности перевода.

— А могу я спросить, профессор, — елейным голоском протянула Габриэль, улыбаясь.

— Змея раскрыла рот, — тихонько вслух проговорила я. — Жди беды.

Спина Диона впереди меня внезапно содрогнулась, словно от короткого смешка.

— Пожалуйста, мисс Лонс.

Белоснежное личико девушки замаслилось от удовольствия. Еще бы! Предмет ее страстного обожания помнит ее по фамилии.

«Мне тогда, по логике Габриэль, вообще от счастья полагается в конвульсиях биться, — со скучающим видом подперла я ладонью щеку. — Ривел мое имя рода произносит в соотношении один к десяти. Десять слов лекции и: «Пришлая!». Еще немного лекционного материала и… снова-здорова».

— Профессор Ривел, — тараторила моя заклятая одногруппница. — Но разумно ли это было: основывать академию прямо на острове? И почему же Источник не охраняется? Это же может быть опасно, оставлять такую силу на виду у… каждого, — девушка дернула плечиком, но я и без того поняла, что говорит она обо мне.

— В этом нет необходимости, — поспешил успокоить разволновавшуюся студентку Ривел. — Первоначально на острове и вправду было семеро хранителей. Они защищали источник от возможных посягательств, но осознав, что Авэль больше делиться силой не намерен, академию открыли для всех желающих.

— То есть, — подала голос эльфийка Эймина, с которой мы заселялись в общежитие в первый день отбора, — вы утверждаете, что Авэль ничего не угрожает?

— Именно, — отчеканил Ривел. — Навредить Источнику магии нашего мира невозможно. На это не способны даже самые выдающиеся маги.

Уже было напрягшаяся группа немного успокоилась. Действительно, стоит ли переживать из-за какой-то человечки с сомнительным уровнем силы, раз уж с Авэль сильнейшие справиться не могут.

— А по какой причине не стало людей в академии? — похоже, Эймина лишь на второй день занятий очнулась от спячки. А иначе как еще объяснить ее небывалую активность?

Я затаила дыхание, а профессор недовольно вздохнул, усаживаясь за преподавательский стол. Хоть поговорить на отвлеченные темы он был и не прочь, долг преподавателя все же призывал его вернуться к положенному учебным планом материалу.

— Довольно вопросов, — каркнул он. — Мы остановились на…

— Но ведь «План Преобразования» это тоже часть истории, — настойчиво продолжала вытягивать из профессора информацию девушка.

Ривел огляделся. Вся группа как один навострила уши в ожидании подробностей. А я же попросту хотела наконец разобраться из-за чего же весь этот сыр-бор с магией в Федерации?

— Верно, — на этот раз решил не подниматься на ноги мужчина. — «План Преобразования», выдвинутый Правителем Грегором третьим, которого позже, несложно понять почему, — Ривел сделал большие глаза, — прозвали Грегор Преобразователь, часть истории. Вы правы. И раз уж мы все равно отклонились от темы…

Профессор нетерпеливо откинул волосы с лица.

— Грегор третий был умным и довольно хорошо образованным Правителем. Однако он, прямой потомок Рагнара Истинного, был первым в роду, кто был напрочь лишен магического дара. Вернее, судя по летописям, своей силы лишился он в результате неудачного эксперимента еще будучи студентом.

У меня от удивления дыхание сперло: «Отец Алериса Второго, нынешнего Правителя Федерации и ярого противника магии, учился здесь? В академии?»

— Ему после этого инцидента, как вы понимаете, академию пришлось покинуть. Однако на этом дело не закончилось. Проклятие легло на весь его род и дети Правителя: две дочери и сын, родились уже без малейшей надежды стать магами. Более того, отчаянные попытки Грегора вернуть детям «искру Авэль» привели лишь к гибели самой старшей из его дочерей.

«Бедный Грегор, — с жалостью поглядела я в окно, — он пытался найти выход. Представить даже не могу, каково было его отчаяние… потерять своего ребенка».

— Во всеуслышание обвинив в измене мага, проводившего ритуал пробуждения в ребенке магии, — продолжал Ривел, — Грегор жестоко казнил его. А сам же, некогда великий Правитель, от досады и горя потери заперся в цитадели на севере и прожил там более десяти лет в полном одиночестве и смирении. Во время его отсутствия страной временно управлял его заместитель. Управлял он неумело, и когда законный Правитель, выйдя из добровольного затворничества, наконец пожелал вернуться в столицу, она была оккупирована его же придворными боевыми магами.

— Они решили отомстить за так несправедливо казненного Грегором сотоварища? — подсказала Эймина.

— Не исключено, — кивнул Ривел. — Маги выдвинули свои требования, в которых и впрямь были пункты, требующие отставки Грегора и передачи власти более достойному по их мнению потомку Рагнара Истинного, одаренного «искрой» Авэль. Но Грегор эти требования отклонил. Тогда наместник Правителя был повешен прямо на Главных воротах Онтаса. В назидание. К счастью жена и единственная на тот момент дочь Грегора, благодаря стараниям союзников, успели покинуть столицу до бойни.

В аудитории стояла гробовая тишина. Лишь одинокая мушка, залетевшая в открытое окно, теперь беспомощно жужжала и билась в стекло, откровенно недоумевая, отчего же она не может вырваться на свободу.

— Разумеется, — продолжал Ривел, явно довольствуясь тишиной и таким горячим внимание студентов. — Грегор, будучи прекрасным военачальником, вскоре подавил восстание. Но все произошедшее лишь укрепило в его сознании мысль о том, что магия не принесет его стране мира и процветания. Потому он принял указ о запрете магии на всей территории Федерации и начал «Великое Преобразование». С тех пор адептов-людей в академии значительно поубавилось. После прихода к власти сына Грегора Алериса второго, ничего, собственно, не изменилось.

Воцарилось молчание. Я чувствовала на себе любопытные взгляды одногруппников, гадающих, знаю ли я больше.

— Ходили слухи… — наконец неуверенно подала голос Эймина после недолгого всеобщего молчания. — Скажите, профессор, а правда ли, что попавших в людские земли магов уничтожали вне зависимости от их этнической принадлежности?

Ривел цокнул языком.

— Фактически это не подтверждено, но как вы верно заметили, — кивнул профессор, — подобный слух бродил по Иппору некоторое время. Однако с полной уверенностью могу сказать вам одно: пару раз за последние полсотни лет Федерация выдвигала нам требования выдать магов, обучающихся у нас. Но лишь человеческой расы. И оба раза Совет академии, пользуясь суверенитетом, давал отказ.

Я выдохнула напряжение, нарастающее с каждой секундой. Похоже, для меня здесь и впрямь самое что ни на есть безопаснейшее место.

— Но ведь они попросту могут напасть и взять то, что им нужно! — в страхе пропищала крохотная на вид драконица, мельком взглянув на меня.

Профессору, похоже, болтовня малость поднадоела. Он вновь недовольно выдохнул.

— Это маловероятно. Академия окружена защитным заслоном, который, ко всему прочему, в этом году был… хм… — смерил меня внимательным взглядом мужчина, — многократно усилен.

— Интересно, — гневно прошептала Габриэль, так, чтобы уж наверняка ее мог услышать каждый, — а никто еще разве не догадался, что людей ради безопасности проще вообще в академию не принимать? Мои родители от беспокойства за меня спать по ночам не могут!

— Мы толерантное заведение, — словно заученный наизусть текст принялся чеканить Ривел. — Для нас важнейшей целью является развитие магических способностей у своих адептов вне зависимости от их расовой принадлежности. И если чья бы то ни была родня страдает от синдрома чрезмерной опеки, то их чадам проще вовсе не плыть за тридевять земель, а обучаться магическому ремеслу на дому. Благо, что странствующих учителей на Иппоре в достатке.

Я ухмыльнулась, видя, как меняется в лице нимфа-Белоснежка.

— Это все понятно, — лениво протянул рогатый паренек, от жары почти распластавшийся на своей раскрытой тетради. — Толерантность и тому подобное… Но выходит, раз людей в академию больше не отсылают, значит, Федерация не платит ежегодные взносы?