Такое кино (СИ) - Тартынская Ольга - Страница 3

Сейчас, слава Богу, главного героя играет известный молодой актер Саша Дронов, любимец всей группы, веселый паренек. Да и проект поинтересней монотонных сериалов. Скорее, это многосерийный фильм. И качество иное, и картинка, и фактура.

Бесспорно, интереснее всего работать на полном метре. Там все серьезно и задачи иные. Похоже хотя бы на творчество, искусство...

Во время перерыва, когда привезли обед, в костюмваген забрались "светики" погреться и кофе попить. Ноябрь на дворе. Вроде бы солнце, а холодно. "Светики" всегда ведут себя хамовато, их надо окорачивать. Вот и теперь: попили чаю и собрались закурить.

- С ума сошли! Костюмы же здесь! - сделала замечание Маша.

Потом заглянули гримеры посплетничать. Теткам уже за пятьдесят, всю жизнь в кино, обо всех все знают. На площадке сухой закон, но если холодно, можно позволить себе глоток коньяка, чтобы согреться. Фляжка гримера Наташи пошла по кругу. Вообще-то гримера звали Натальей Сергеевной, но кого в кино величают по имени-отчеству? Разве что особо уважаемых режиссеров, операторов или продюсеров. Здесь само понятие возраста размывается.

Поедая без аппетита гречку с мясом из пластикового лоточка, Аня краем уха слушала сплетни и думала о своем. В последнее время мама все чаще стала говорить о назначении женщины, о скоротечности жизни, о том, как опасно рожать после тридцати. Да кто ж спорит? Пора что-то решать, устраивать свою жизнь. Но как? Бросить кино? Иначе никак.

В кино работают, в основном, прирожденные одиночки или те, у кого уже все позади, дети выросли, и нечего больше ждать, кроме пенсии. Ну, еще семейные пары. Они окунаются в иллюзорную жизнь, тратя на нее все свое время, будто бегут от реальности. Их жизнь - это работа. Но у Ани непременно возникает обломовский вопрос: "А жить-то когда?" Ей хочется еще писать картины, путешествовать по миру, делать что-то своими руками. Пока работаешь в кино - это невозможно. А тут семья...

Если уходить из кино, то куда? Как-то так сложилось, что сразу после швейного лицея Аня попала на съемочную площадку в качестве костюмера. И задержалась... "Вот, до ассистента доросла", - с горечью подумала она. Кино затягивает как трясина. Особая атмосфера, иллюзия общего дела, возможность видеть результат ...

После перерыва снимали трюки. Аня так и не привыкла к казавшемуся ей бессмысленным риску на площадке. Над ней посмеивались операторы и дольщики, но она ничего не могла с собой поделать. Всякий раз либо уходила подальше, если было можно, либо закрывала глаза руками. Невыносимо было смотреть, как молодые ребята падают с высоты, скатываются по лестнице, прыгают в огонь. Ради чего этот чудовищный риск? Стоит ли сомнительный продукт, получаемый в итоге, такой цены?

Гремели выстрелы, детскую площадку затянуло дымом. Пиротехник Максим носился туда-сюда, создавая дымовую завесу. На площадке работал незнакомый каскадер, дублирующий главного героя.

- А где же Миша? - спросила Аня у гримеров.

- Ты как думаешь? - воскликнула Наташа. - Перелом голени, в больнице!

- Но ведь у нас еще не было сложных трюков! - огорчилась Аня. - Как же его угораздило?

- На тренировке где-то поломался. Слава богу, не у нас! - ответив, Наташа направилась к актеру поправить грим.

- Еще дубль! - донеслось из рации.

Снова пытка. А с площадки не уйдешь, нужен контроль. Аня крепко зажмурилась.

- И чего мы боимся? - услышала она над ухом и, вздрогнув, открыла глаза.

Перед ней стоял высокий худощавый мужчина и с участливой улыбкой смотрел на нее. Аню поразили его глаза: зеленые, как и у нее, с какой-то едва уловимой сумасшедшинкой.

- Не могу видеть, как они падают, - сердито ответила она и отвернулась, следя за происходящим на площадке.

- Понял, - усмехнулся незнакомец. - Сейчас исправим.

- Как? - невольно удивилась Аня.

Зеленоглазый наклонился к ней и доверительно прошептал:

- Княжна, вам стоит только пальчиком пошевелить, и все будет по-вашему!

Аня посмотрела на него с холодным недоумением. Она знала, что в группе ее называют "княжной". Только не понимала, почему. Вряд ли кто знал о ее далеких предках, разве что фамилия... Она не была неженкой и белоручкой, пахала, как все, таскала огромные кофры и сумки с костюмами. Стирала, шила, когда это требовалось. Носилась по сэкондхэндам, подбирая нужные для проекта вещи. Ну, разве что не позволяла излишней фамильярности в обращении с собой. Господи, да она уже ругаться стала, как извозчик, чтобы только разрушить этот пафосный образ "княжны" Ничего не помогало. Мужчины на площадке непременно оказывали ей знаки внимания: предлагали подвести после ночной смены, дарили цветы, угощали сладостями, преследовали чрезмерной заботой и тоскливыми взглядами. Бабушка бы сказала, что надо соответствовать.

- Так что же? - шепнул незнакомец, едва не коснувшись губами ее уха.

Аня невольно отстранилась и равнодушно ответила:

- Боюсь, моего желания будет недостаточно.

Зеленоглазый усмехнулся еще раз и произнес:

- Хотите проверить?

- Что? - подняла брови Аня.

- Могущество вашего слова.

- Нет, - качнула она головой, всем своим видом показывая, что не имеет охоты продолжать этот пошлый диалог.

- Утепление актерам! - прозвучала спасительная команда, и Аня рванулась в костюмваген за теплыми вещами.

Конечно, она могла и не делать этого: Маша и Люда, помогающая костюмерам, уже бежали к актерам с куртками наперевес. Однако надо же было как-то отвязаться от зеленоглазого пошляка. Она набросила пуховик на плечи Саше Дронову и краешком глаза проследила, как незнакомец, несколько помешкав, направился к режиссеру, сидевшему за плейбеком.

Новый дублер, отыграв сцену, пошел к костюмерам переодеваться. На нем был костюм Саши Дронова, которого он дублировал. Ане пришлось помогать ему: Маша и Люда были заняты массовкой. Снимая гимнастерку, парень поморщился: верно, ему досталось-таки, живого места нет.

Принимая от него одежду, Аня засмотрелась на широкие плечи и мощный торс. Да, такая фактура даже среди актеров не часто встречается. Парень не был красавцем в пошлом смысле этого слова: длинные русые волосы с пробором посредине, впалые щеки, высокие скулы, на удивление умный взгляд. Однако вся его фигура излучала мощь и спокойную силу.

- Зачем вы это делаете? - неожиданно для себя спросила Аня, отчего-то краснея.

- Что делаю? - натягивая свитер на красивое тело, спросил каскадер.

- Зачем так рисковать? Вам не хватает остроты жизни? Скучно?

Парень внимательно посмотрел на нее, и Аня поняла, что он значительно старше, чем казалось. Явно ему было хорошо за тридцать, а не двадцать пять, как ей представлялось раньше.

- И что за профессия - ломать руки-ноги с сомнительной целью? - Кажется, ее несло.

- Я не каскадер, - спокойно ответил мужчина. - Но бывает, подрабатываю трюками. Как сейчас, например.

Аня оторопела:

- А кто же вы?

- Меня зовут Тимофеем, но лучше просто Тим. А вы - Аня, я знаю. В основном, я монтирую и делаю фильмы о фильмах. Когда есть заказы. Еще пишу музыку. А на этом проекте я вообще-то осветитель.

"Странно, почему я его ни разу не видела?" - подумала она.

Тим убрал волосы под бандану и превратился в роскошного пирата. Натянув куртку с капюшоном, он благодарно кивнул Ане и вышел из вагончика. Аня проводила его взглядом, потом взяла гимнастерку и поднесла к лицу. Обычно она страдала от запахов, особенно когда приходилось одевать массовку.

- Почему они не моются перед съемками?! - обычно стенала она. - Это нестерпимо: запахи, запахи!

Гимнастерка Тимофея не пахла ничем, хотя он прыгал в ней, падал, взбирался на лестницу. Едва уловимый, отдаленный, тончайший отголосок хорошего парфюма. Просто невероятно! Аня вздрогнула и бросила гимнастерку на стул: в вагончик вошел Саша Дронов.

- Аня, я забыл, что принес вам с Машей кое-что! - воскликнул он, доставая из-за спины бутылку дорогого виски и шикарную коробку конфет.