Между строк (ЛП) - Харлесс Рене - Страница 3

Глава 2

Куинн

Я подтягиваю слегка поношенную коричневую кожу к икрам и улыбаюсь. Розовые цветы выглядят так же, как я запомнила. Иззи и я выбирали эти сапоги летом, между младшим и старшим годами в средней школе.

Я стою перед зеркалом, прикреплённым сзади к двери, в полный рост и кручусь туда-сюда. Джинсовые шорты сидят высоко на моих ногах, обнажая нижнюю часть бёдер. Не достаточно, чтобы считаться скудно одетой, но при этом, показывая тяжёлую работу, которую я проделала в тренажёрном зале в течение последних нескольких лет. Вырез у моей белой майки находится низко, обнажая верхнюю часть груди и показывая бюстгальтер. Майка спускается по талии, заканчиваясь чуть ниже пупка и открывая упругие мышцы моего живота.

Я слышу, как скрипит дверь, когда подхожу к комоду, чтобы забрать водительские права и наличные для бара.

– Вау, Куинн! Ты выглядишь потрясающе. Никто в городе тебя не узнает.

Конечно, нет. Я уже не та неряшливая девчонка с кудрявыми волосами, которая носит слишком большие футболки.

– Иззи, я была столько раз в журналах, что не могу сосчитать. Я уверена, что некоторые продавались и в городе.

– Да. Но ты знаешь, мы все думали, что они отредактированы в фотошопе, как и большинство фотографий знаменитостей. Но очевидно, что твоё фото нет.

Я прикусила губу, услышав комплимент. Это всегда была моя проблема. Моя кожа толще словаря Вебстера, и я могу критиковать и высмеивать лучше других, но скажите мне комплимент, и я тушуюсь. Мой агент пыталась заставить меня ходить на занятия по преодолению страха, но это не помогло.

– Спасибо, Из. Не пора ли уходить?

– Да. Я подумала, что мы можем перекусить по дороге.

Я закрыла дверь своей спальни и последовала за ней из дома к её маленькой красной HondaCivic. На самом деле меня удивляет, что она всё ещё ездит на той же машине из средней школы, учитывая, что её семья богата. Но это одна из моих любимых особенностей Иззи. Она никогда не выставляла напоказ свои деньги. Никто из её семьи не делал этого.

Я расслабляюсь на сиденье, как только мы начинаем выезжать из района вниз по главной улице. После того, как моя семья переезжала каждые пару лет, Дейл Сити был первым местом, где мы все поселились. Это был дом.

Я закрываю глаза и позволяю ветру, сквозящему через открытое окно, струиться вокруг меня. Запах разросшихся пшеничных и кукурузных полей напоминает мне времена, когда Иззи, Тревор и я, вылезали из наших домов в темноте ночи и бежали через поля на небольшую поляну. Это такие ночи, когда мы ещё не были разделены клише или стандартами, созданными нашими одноклассниками. Мы были лучшими друзьями, отдыхающими под звёздами. Потом нам исполнилось шестнадцать и всё изменилось – парни, подруги, поведение. Поездки на наши места стали редкостью.

– О чём ты думаешь?

Я перевожу взгляд на Иззи и улыбаюсь.

– Просто вспоминаю времена, когда мы пробирались на поляну на ферме, – я издала небольшой смешок. – Помнишь, как мы стащили бутылку с «Фермы Буна», а Тревор принес бутылку JackDaniel's?

– Боже мой, – восклицает она, хлопая рукой по рулю, и хихикает. – На следующий день нам было так плохо, но никто ничего не заподозрил. Они думали, что у нас желудочный грипп. Подруга, не могу поверить, что это сошло нам с рук.

– Это была одна из лучших ночей в моей жизни. Думаю, это был последний раз, когда мы втроём были вместе.

– Хорошо. Всё решено. До того, как ты вернёшься в Лос-Анджелес, мы втроём проведём весёлую ночь на поляне.

– Это было бы весело, но я сомневаюсь, что твой брат захочет присоединиться к нам. Уверена, он будет занят своим гаремом, как в школе.

– Гаремом?

– Да, группой девушек, преследующих его, как влюблённые щенки. Те, кто сделал мою жизнь несчастной, потому что я была твоей подругой, а ты сестрой Тревора.

– О, хм… Он немного изменился, и гарем не следует за ним. Но у него всё ещё есть постоянная карусель из женщин.

Машина замедляется, и я узнаю светящийся красно-белый знак.

– Я удивлена, что это место всё ещё здесь.

– «Дэйри Квин» – это заведение и место, где начинается много весёлых ночей. Ты слишком хороша для этого бара?

– Что? Нет. Я просто удивлена, вот и всё, – бросаю взгляд на меню, и мой рот мгновенно наполняется слюной. Давно я не ела что-нибудь жирное. – Я возьму чизбургер и молочный коктейль, пожалуйста.

Иззи ярко улыбается и вскрикивает на своём месте, прежде чем сделать заказ. Паркуем машину на заднем дворе и разворачиваем бургеры. Я издаю стон, когда сочное мясо гамбургера касается моего языка. Мои вкусовые рецепторы мгновенно реагируют на насыщенный вкус жаренного на углях блаженства.

Губы Иззи обхватывают соломинку её молочного коктейля, и она смеётся, а затем делает глоток.

– Я не слышала таких стонов со времён моего последнего парня.

Кашель вырывается из моей груди, пугая меня и заставляя ещё больше хрипло выдыхать. Кашель длится целую минуту, что, следовательно, вызывает судороги в животе.

Алекс Круз был моим первым настоящим парнем, и я уверена, что когда мы встречались, он использовал моё имя в своих целях. Он был первым актёром, с которым я встречалась в Голливуде. Он использовал свою внешность и влияние, чтобы убедить меня, что он чего-то стоит. Я больше никогда о нём не слышала, после того как он ушёл. Он взял мою девственность и использовал моё имя, чтобы влиять на директоров по всей киноотрасли для получения основных ролей, а затем выбросил из своей жизни. Карма была на моей стороне, потому что он был арестован за хранение наркотиков и вымогательство у проститутки. Конечно, он никогда не сидел в тюрьме и сейчас больше известен, как плохой мальчик, чем как приличный актер.

Через десять минут мы подъезжаем к бару на окраине небольшого центра города. «Сайдуиндер», освящённый, как маяк в ночи, направляет всех и каждого к нему. Мои глаза расширяются, когда я вижу стоящую очередь, и как мускулистый вышибала у стены проверяет удостоверения личности и прохлопывает людей.

– Иззи, я не думаю, что мы попадём туда в ближайшее время. Эта очередь нелепа.

Какая пустая трата косметики.

Она опускает солнцезащитный козырёк и наносит блеск для губ, смотря в зеркало на обратной стороне.

– Не волнуйся, это всего лишь Сэм. Он дружит с Тревором. Мы войдем внутрь.

Я бросаю ещё один взгляд на очередь, оборачивающуюся вокруг бара, и вздыхаю. Может быть, я не так готова к этому, как думала.

– Я ничего об этом не знаю.

– Давай, Куинн. Ты же грёбаная кинозвезда. Ты была на красной дорожке с некоторыми из самых известных людей на планете. Чёрт, ты одна из самых известных людей на этой планете. Только не говори, что боишься деревенских мальчишек.

– Дело не в мальчиках, – шепчу я. И это так. Всегда дело в девушках. В девушках, которые любили придираться ко мне за то, что я была в драмкружке, которые любили подшучивать над девушкой с несколькими лишними килограммами, которым нравилось совать мне в лицо свои сексуальные выходки с Тревором. Эти девочки знали, как превратить мою жизнь в ад в подростковом возрасте. И я подозреваю, что они научились делать это лучше, когда стали взрослыми.

– Всё будет хорошо, Куинн. Вот увидишь. Пойдём, – она выскользнула из машины, оставив меня наедине с моими мыслями.

Глубоко вздохнув, я бормочу.

– Здесь ничего не происходит, – и следую за ней.

Как и было обещано, нас сразу же впускают в бар, к большому разочарованию людей, ожидающих снаружи. Я изо всех сил стараюсь скрыть своё лицо, глядя на землю, но определённо узнаю выражение шока на лице, когда Сэм просматривает моё удостоверение. Я, наверное, могла бы использовать поддельное удостоверение, но я была дома, и намеревалась быть самой собой. Я сразу выхватываю его из рук, когда он кивает мне, чтобы я заходила внутрь, а затем пробираюсь к задней части бара, не обращая внимания на кого-либо вокруг меня.