Никогда не поздно (СИ) - Кандера Кристина - Страница 99

Мы неторопливо миновали рыночную площадь, свернули в очередной переулок, за которым наши пути (к моему облегчению) должны были разойтись. Антуан и Лемм должны были проследовать дальше, к Главной площади, неподалеку от которой располагался особняк Шарианов, а я уже почти приехала. Меня охватило нетерпение. Внутри словно что-то царапалось, скреблось, просилось наружу и приходилось прилагать нечеловеческие усилия, чтобы сдержаться и вежливо распрощаться с Леммом и Антуаном. Спокойно договориться о том, что встретимся завтра с самого утра в ратуше.

Я держалась. Очень сильно старалась не показать вида, что нервничаю все больше и больше. Кусала губы, тут же ловила себя на этом и злилась на саму себя. Ловила удивленно-непонимающие взгляды Лемма и старательно отворачивалась, досадуя на собственное состояние и слишком живую мимику.

Наконец, вежливости закончились. Мы распрощались. Я повернула лошадь, чтобы продолжить путь, но тут…

— Мама! — чистый звонкий детский голосок наполнил улицу, отразился от стен старых домов и взметнулся вверх, потянувшись к неприветливому осеннему орумскому небу.

Мне показалось, что еще немного, и оно просто рухнет мне на голову. Спину обсыпало морозом, сердце на миг остановилось. Я медленно обернулась, чтобы увидеть, как Крис вырывает свою ладошку из руки Лауры и бежит ко мне, широко улыбаясь.

— Мама!

Мне показалось, что еще немного, и оно просто рухнет мне на голову. Спину обсыпало морозом, сердце на миг остановилось. Я медленно обернулась, чтобы увидеть, как Крис вырывает свою ладошку из руки Лауры и бежит ко мне, широко улыбаясь и раскинув руки в стороны, словно бы готовился принять в объятия весь мир.

— Мама!

Я действовала как во сне. Спрыгнула с лошади, в два шага преодолела расстояние до сына и подхватила мальчишку на руки. Прижала к себе, зарылась носом в его волосы. Вздохнула, сильнее сжимая объятия, словно бы хотела, чтобы Крис растворился во мне. Мечтала спрятать его от всего мира, надежно защитить от чужих взглядов, от боли и несправедливости.

— А мы пошли тебя встречать! — радостно заявил мне Крис, обхватывая маленькими ладошками мою шею и прижимаясь щекой к моей щеке. — Я почувствовал, что ты вернулась и не утерпел. Я соскучился!

— Я тоже скучала.

— А еще мне сон снился. Страшный. Лаура говорит, что я даже кричал, когда спал, но я не помню. И сон тоже не помню. Когда спал, то помнил, а когда проснулся — уже все забылось. Так бывает? — Крис стал активно крутиться у меня на руках, так что пришлось поставить его на ноги и присесть рядом на корточки.

— Так должно быть, — я улыбнулась ему, протянула руку, смахивая непослушную темную прядь со лба. — Все плохое пусть уходит с рассветом.

— Ага, — ребенок расплылся в радостной улыбке, — Луара тоже так говорит.

— Он не утерпел, — чуть ворчливо произнесла Лаура, приближаясь. — Пришлось собираться и вместе с ним идти навстречу. Постреленыш, — несмотря на тон, улыбка ее была ласковой, а жест, которым она потрепала Криса по непослушным вихрам — чисто материнский, исполненный заботы, нежности, любви и желания оградить ребенка от всех невзгод.

— Спасибо, — вымучено улыбнулась подруге. — Что бы я без тебя делала.

Лаура только плечами пожала в ответ. А затем подняла взгляд и… я точно знала, что именно, а вернее — кого, она увидела у меня за спиной. Кожей, всем телом почувствовала тот миг, когда Лемм спрыгнул с лошади, когда сделал первый шаг по направлению к нам. Я не смотрела на него, не могла видеть, что именно он делает, но отчетливо представляла себе, как удивленно распахиваются светлые глаза, как лицо Лемма вытягивается от удивления, как спустя мгновение оно проясняется от понимания, осознания того, что именно он видит.

Крис вертелся возле моих ног, что-то щебетал увлеченно, спрашивал и тут же отвечал сам себе, а потом вдруг замолчал. Поднял любопытный взгляд на медленно приближающегося к нашей компании Лемма. Я слышала каждый его шаг, едва различимое шуршание гравия под тяжелой поступью, колебания воздуха от его дыхания, словно вокруг вдруг затихли все звуки и больше никого не осталось, кроме нас двоих. Чувствовала разливающееся вокруг напряжение, что оседало на коже. Крис вероятно тоже что-то такое почувствовал, потому что подобрался весь, сжался, точно пружина. Но вместе с тем от него не исходило ни настороженности, ни страха. Скорее он был преисполнен предвкушения и какого-то радостного, нетерпеливого ожидания, любопытства, пусть и пытался всеми силами скрыть это.

Оборачивалась я медленно. Сжав зубы и набрав в грудь побольше воздуха, заставила себя развернуться в тот самый момент, когда почувствовала, что Брокк стоит всего в шаге за моей спиной. Было страшно. О, боги, как же мне было страшно в этот момент. Как сильно колотилось сердце. Как отчаянно хотелось оказаться вместе с Крисом как можно дальше отсюда.

Глаза Лемма были первыми, что я увидела, обернувшись. Всегда светлые, прозрачные точно родниковая вода, они потемнели. Налились тьмой, яростью… в них медленно, но неумолимо закручивались два опасных яростных вихря.

Вот она. Та самая буря, которую я ждала.

Лемм молчал. Он лишь сжал зубы с такой силой, что на скулах у него заходили желваки, да губы превратились в тонкую, практически белую полоску. Он был не просто в ярости. Он был взбешен настолько, что казалось, вокруг него сгущается воздух.

И как-то потемнело сразу. В воздухе почувствовался запах приближающейся грозы.

— Привет! — Крис, никогда не страдавший особой стеснительностью, с присущей его возрасту любознательностью, выглянул из-за моих ног.

Лемм опустил глаза. Посмотрел на мальчика. Губы его дрогнули. Глаза стали практически черными. Я краем глаза заметила, как сильно он сжал кулаки. На мгновение мне показалось, что он сорвется. Не сдержится и ударит, вложив в этот удар всю магию, всю свою силу, все наследие своих древних предков.

— Привет, — отозвался лорд Брокк и голос его, звучал на удивление спокойно. Лишь отдаленно можно было различить рокочущие нотки — верный признак того, что он на грани. О, как хорошо мне был знаком этот тон, хоть я и слышала его лишь однажды, тем не менее, забыть не могла. Сердце сжималось, кровь стала стучать в висках так сильно, что я даже понадеялась на обморок. А что? Только утром, совсем недавно, я почти полностью опустошила резерв, и пусть магическое выгорание мне не грозило, истощение-то вполне могло снова настигнуть.

Но не повезло. Сила, влитая в меня Брокком на том берегу, после уничтожения волкодлаков, прижилась как родная. Словно бы я и не колдовала на пределе сил и возможностей. Словно бы не пыталась выложиться до последней капельки, рискуя потушить собственную искру. А жаль. Обморок был бы сейчас как раз кстати.

— Лемм… — мой голос был похож на комариный писк, но он услышал. Отвел взгляд от озадаченного, слегка растерянного лица Криса и заглянул мне в глаза, обещая… угрожая… уверяя в том, что на этот раз мне точно не спастись.

— Нам надо поговорить, — произнес он спокойно. Даже улыбнуться попытался, правда попытка вышла донельзя жалкой, а улыбка получилось кривой и какой-то дерганной.

— Лемм, я…

— Не здесь, — все так же спокойно отозвался Брокк, оборачиваясь и жестом показывая застывшему Антуану, что никуда с ним не поедет.

Наверное, мне стоило броситься к градоправителю и молить того о помощи. Просить, не оставлять меня, не бросать один на один с неизбежным, поддержать, защитить, как он пытался делать все эти шесть лет, но…

В ответ на растерянно-вопросительный взгляд Антуана я лишь вымучено раздвинула губы в улыбке и мотнула головой, давая понять, что справлюсь. Сама. Как и всегда.

А Лемм уже не обращал на меня внимания. Он присел на корточки перед Крисом и о чем-то с ним тихо говорил. И мой сын, мой малыш улыбался ему. Широко. Открыто. Доверчиво, словно бы они были знакомы всю жизнь. Их сходство было поразительным настолько, что даже я на миг замерла, не в силах поверить, что такое возможно. Но так было. Только слепой мог не заметить, что они удивительно, просто невозможно похожи друг на друга. Те же черты лица, цвет волос, разрез глаз, та же манера поджимать губы или поправлять слишком длинную, спадающую на глаза челку, тот же поворот головы… Даже жесты у них были похожи, хоть такого и не могло быть, поскольку Крису просто не с кого было их копировать. Но тем не менее, это было. Поразительное, просто уникально сходство, за тем лишь исключением, что Крис был еще слишком мал и его черты пока не утратили детской одухотворенности.