Расправа в замке Бельфорсбрук (СИ) - Комарова Инна Даниловна - Страница 39

— Ты сможешь забежать в пекарню, у нас хлеба нет, а я не поспею к обеду испечь?

— Схожу обязательно, — ответила Увенхильда и ушла.

Матильда с чувством выразила свои мысли вслух:

— Тревожно у неё на душе, мается, бедняжечка. Пусть Бог поможет.

К обеду Увенхильда вернулась.

— Матильда, дорогая, я сходила к одной из сокурсниц, с которой учился Эгберт, и она сказала, что давненько прошёл слух о том, что Эгберт нашёл родного дядю, и тот приютил его у себя. Во что бы то ни стало, найду этого дядю. Знаешь, кто он?

— Нет, откуда мне знать?

— Его дядя — граф.

— Ой, какая радость. Вот видишь, тебе тогда надо было заняться этим.

— Вы правы. Не послушалась я вас, потеряла время.

— Ничего, всё наверстаешь. Ты хлебушек принесла?

— Конечно.

— Тогда бери детей и будем обедать. Я им читала, вышла на минутку, они играют. Чудные малыши.

— Спасибо вам.

— Не за что. И моих ребят заодно позови, они во дворе гуляют.

— Уже зову. Я очень довольна, что сходила, — повеселела Увенхильда.

— Всё наладится, увидишь.

Мысли об Эгберте не покидали Увенхильду. И она решилась.

— Поеду туда, где живут дворяне. Наверняка, найдётся хоть один человек, который был знаком с графом.

Она добралась в экипаже.

— Здесь выходите, — подсказал возница.

Уенхильда осмотрелась и увидела на противоположной стороне улицы дворника. Он подметал улицу, что-то напевая под нос. Она подбежала к нему и на ходу обратилась:

— Здравствуйте. Скажите, любезный, вы случайно не знаете, где дом графа Мор?

Дворник оторвался от дела и ответил:

— И вам добрый день, сударыня. Как не знать? Конечно, знаю. Лучше спросите, кто не знаком с этим человеком? В прошлом году я убирал его двор, их дворник приболел, управляющий меня нанял на подмену. Сам граф очень хороший человек. Всегда отвечает на приветствие, интересуется о здоровье, спрашивает, ничего ли не надо. Не заносчивый, как другие. Ничего плохого не могу сказать. За работу получил вознаграждение гораздо больше того, что ожидал. Я остался доволен. А вы кто ему будете?

Увенхильда замялась, потом уверенно ответила:

— Ρодственница, супруга его племянника.

— Вот оно что. Простите, сударыня, что я с вами так по-свойски, по — простому.

— Я вам очень признательна, что вы со мной, как с равной. Пожалуйста, подскажите, далеко ли его дом?

— Нет, рукой подать, на следующем квартале. Вам не придётся никуда сворачивать, всё время прямо.

— Осмелюсь попросить вас о маленьком одолжении. Никогда раньше не была в ваших краях, не хотелось бы заблудиться, и времени в обрез, малыши устали, долго добирались.

— Пожалуйста, всё, что попросите, выполню.

— Пойдёмте вместе со мной, пожалуйста. Как-то неудобно одной и боязно, не привыкла приходить без приглашения, а вдруг не впустят.

— Идёмте. Я знаком с дворецким.

— Какое счастье, что я вас встретила. Всем сердцем вам благодарна.

Они миновали квартал за разговорами Уенхильда не заметила, как дошли.

— Мы почти пришли, ещё несколько метров. Вон, видите, трёхэтажный дом?

— Вижу. Какой красивый, величественный.

— Увидите графа Мор, и поймёте что дом под стать владельцу. Он человек видный, всегда элегантный, приятно смотреть на него. Смотришь на него, и на душе бутоны роз раскрываются.

На подходе к воротам, дворник сказал:

— А вот и дворецкий, как кстати. Иоанн, — позвал дворник, — приветствую вас.

Дворецкий повернулся на зов.

— Добрый день, Джон. Вы что-то хотели?

— Иоанн, веду к вам гостью. К графу приехала супруга его племянника. Откройте ворота, пожалуйста.

— Уже иду.

Дворецкий впустил Увенхильду, идя по тропинке в направлении входа в дом, он сказал:

— Что-то Эгберт давно не навещал дядю.

Увенхильда промолчала.

Он принял её вещи и провёл в гостиную.

— Располагайтесь, сударыня. Доложу его сиятельству.

— Благодарю.

Увенхильда заметно нервничала.

«А вдруг граф не признает меня и детей. Кто мы ему? Зачем тогда ехала?»

Мысли лихорадили мозг, не давая успокоиться и настроиться на разговор.

Вошёл граф. Он внимательным, продолжительным взглядом смотрел на неё. В какой-то момент перевёл взгляд на детей. Выражение его лица мгновенно изменилось. Особенно маленький Эгберт привлёк его внимание. Граф стоял молча, о чём-то думая. Увенхильда замерла в ожидании.

— Присаживайтесь, пожалуйста, — наконец заговорил он. — Так о чём вы хотели поговорить со мной? Простите, не познакомился с вами. Как меня величать, вы знаете. Позвольте полюбопытствовать, как я могу обращаться к вам и к маленьким ангелочкам? — улыбнулся граф, разряжая обстановку.

— Ваше сиятельство, меня звать Увенхильда Уайт, сыночка назвала в честь его отца Эгбертом, доченьку Елизаветой. Можете называть коротко — Лиз.

— Мне приятно. Будем знакомы, — граф подошёл и поцеловал ей руку.

Увенхильда оробела. Помня, для чего она здесь, поспешила вступить в диалог.

— Ваше сиятельство, я ищу Эгберта, и очень тревожусь за его судьбу. Он внезапно исчез.

— Расскажите, что можете, о ваших отношениях, — попросил граф. Неожиданно последовал вопрос, которого она так боялась.

— Вы обвенчаны?

Увенхильда не смогла выговорить ни единого слова.

— Что с вами, вы побледнели. Прошу прощения, если позволил себе лишнее.

Она набралась смелости.

— Ваше сиятельство, не хочу вводить вас в заблуждение. Лукавить не буду и обманывать не обучена. Нет, мы не успели обвенчаться, — Увенхильда залилась багровым румянцем и опустила глаза.

— Вам не следует краснеть, вы ни в чём не повинны. У меня нет сомнений, что эти прелестные малыши дети моего племянника. Мальчик очень похож на Эгберта в детстве, а это лучшее доказательство. А то, что дети оказались незаконнорожденными, не ваша вина, повторяю.

— Благодарю вас, граф. Я по сей день люблю своего избранника, тоскую по нему и живу надеждой, что он вернётся к нам. Только эта причина заставила меня приехать к вам без приглашения.

— Он и у меня давно не был. Ума не приложу, куда он уехал. Насколько мне помнится, не планировал. Знаю, что устроился на работу, снимал комнату. Деньгами я его снабдил, он ни в чём не нуждался. Загадка для меня.

Но обещаю вам, приложу усилия и выясню. Дети должны знать своего отца. В нашем роду все чтили устои семьи и знали, что семья — это крепость. Увенхильда, — немного погодя продолжил граф более мягким тоном, — вы можете пожить с детьми у меня. Дом большой, всем места хватит. Как вы одна с крошками, без прислуги и няни?

— Я живу у замечательной женщины. Сначала снимала у неё комнату, потом мы так подружились, знаете, она стала для меня родным человеком. Всегда поможет, выручит, прекрасно относится к малышам, как к своим детям.

— Приятно слышать. Признаюсь, удивлён. Хотя среди простых людей это возможно, — согласился граф.

— Мне очень повезло. Я ведь скрыла от своих родных факт рождения деток. Написала, что после окончания университета уехала за любимым.

— Здесь вы совершили ошибку, нельзя обманывать родных. Поверьте, они бы поняли и признали внуков. Очевидно, вы испугались последствий.

— Да.

— Всё ясно. Если хотите, могу с ними поговорить и всё объяснить.

— Мне бы не хотелось утруждать вас.

— Подумайте, я готов помочь. Я сказал вам своё слово, оставайтесь, — повторил граф. — Позабочусь о вас и малышах, как когда-то позаботился о племяннике.

— Благодарю вас, ваше сиятельство за доброе отношение и вашу щедрую душу. Клянусь, ехала сюда и опасалась, что вы не захотите меня впустить в дом.

— Голубушка, зачем же так? По-вашему, я лютый зверь?

— Что вы, что вы? И в мыслях такого не было. Мне нелегко пришлось, вот и стала всего бояться.

— Вам не следует. Правда на вашей стороне. С этого дня вы здесь полноправный член моей семьи. Малышам найму няню. Выделю вам и им содержание. Сможете покупать себе и детям всё, что пожелаете. Малыши подрастут, выпишу гувернёров, учителей.