Предсказание на донышке (СИ) - Комарова Инна Даниловна - Страница 31

— Выполню, останови, — рыдала колдунья, и крокодильи слезы водопадом обмывали ее тело.

Элис прикоснулась к ней посохом, и колдунья с высоты рухнула на постель. Крик эхом разлетелся по всему замку. В этот же момент исчез ночной облик. Перед волшебницей лежала измученная, рыдающая в голос Гизела. У нее ни на что не осталось сил.

— Выпей все, что в этом сосуде. — Элис протянула эликсир колдунье.

— Зачем? Чего еще ты хочешь от меня? Хватит, я устала.

— Выпей, тебе говорят, для твоего же блага.

Элис подошла ближе и отдала Гизеле сосуд.

— Пей не задумываясь.

Та пригубила.

— Вкусно, что это?

— Эликсир.

Она выпила до дна и отдала сосуд Элис. Из всех пор на коже Гизелы сочилась гнилая липкая смесь.

— Что это? — скривилась Гизела.

— Потерпи, яд выходит.

Жуткий запах накрыл собой комнату. Прошло некоторое время, Гизела подняла голову, посмотрела на Элис. Девушка увидела ясный чистый взгляд, нежные черты лица и милую улыбку на устах.

«Боже мой, новый человек. Хвала тебе, целительница!» — с удовлетворением признала волшебница. — Как ты себя чувствуешь?

Гизела не ответила. Она поднялась, обошла взглядом комнату, рассмотрела картины на стенах и повернулась в сторону окна.

— Рассвет… как давно это было. — Гизела вспоминала ту жизнь, в которой была человеком.

Элис сразу уловила изменившийся голос, жесты, движения, манеру поведения.

«Другой человек, целительница была права. Эликсир подействовал». — Пока волшебница думала, Гизела прошлась по комнате.

— Где я? Все чужое, как я сюда попала? Где отец, брат? Ничего не напоминает о нашем доме.

— Ты только не волнуйся. Так сложилось, ты долго отсутствовала. Дай срок, и все хорошее вернется. Выйдем отсюда.

Гизела послушно пошла за Элис. Когда девушки покинули пределы замка, вспыхнула мощная искра, она обогнула замок по периметру, и он сбросил с себя мрачное покрывало. Перед их глазами стоял красивый роскошный замок в окружении цветущего сада.

«Чудеса!» — обрадовалась Элис. — Это твой дом, живи в нем и радуйся. Старайся нести людям доброе и светлое. Ты увидишь, твоя жизнь обретет новые осязаемые очертания, и счастье найдет тебя. А еще было бы чудесно, если бы ты покаялась перед всеми, кому доставила боль, страдания, кого сделала несчастными.

— Мне жизни не хватит, чтобы искупить свою вину.

— Хватит и останется, вот увидишь. Прости, мне пора. Навещай меня, буду рада узнать хорошие новости.

— Непременно. И ты не забывай меня, пожалуйста, моя спасительница.

— Это не я спасла тебя, это наша целительница. Она приготовила для тебя волшебный посох и целебный эликсир.

— Я бы хотела поблагодарить ее.

— Поезжай, она живет недалеко. У озера стоит ее домик. Поблизости мельница.

— Знаю, где это. Благодарю тебя за все.

— Всегда рада помочь. Мне пора.

Покаяние — всему свое время

Недолго думая, Гизела поехала к герцогу.

— У Манфреда и супруги в первую очередь вымолю прощение.

Слуга, увидев ее, преградил дорогу.

— Не велено впускать.

— Сделайте одолжение, скажите герцогу, чтобы вышел на минутку.

— По какому делу?

— Покаяться приехала.

Слуга доложил, Манфред в недоумении спустился к входу.

— Добрый день, ваше сиятельство.

— Зачем вы здесь? Нам не о чем говорить.

— Вы вольны презирать меня. Но я другая и очень хочу покаяться перед вами.

— Верится с трудом.

— Как бы то ни было, это правда. Я все осознала, чувствую ваше отвращение и все же не могла не приехать. Очень перед вами и супругой виновата.

— Не верю, что вы осознали всю меру того, что совершили.

— Имеете право. Прошу вас, выслушайте меня. Тогда я была не в своем теле. Чужой злой дух вселился в меня, не ведала, что творила. Так и жила. Вчера меня посетила добрая волшебница Элис. Чудодейственной силой вытряхнула из меня все то, что мне не принадлежало и без спроса когда-то вселилось в меня, воспользовавшись тем, что я была одержима желанием любой ценой заполучить вас в мужья. Чужой дух лишил меня человеческих чувств и превратил в чудовище. Вчера я вновь обрела свою душу и тело. Поверьте, я очень сожалею, что так бесчеловечно поступила с вами и супругой. Если не можете простить, примите мое покаяние, и я буду век помнить вашу доброту.

— Гизела, да, мы пережили трудные времена по вашей вине, немало страданий выпало на долю моей супруги, однако вопреки злу Господь пожалел нас и послал в награду за страдания дочечку — нашу Марту. Ступайте с миром и несите людям радость. Это лучшее, что вы можете сделать.

— Так вы принимаете мое покаяние?

— Да.

— Благодарю, ваше сиятельство. Вы щедрый и беззлобный человек.

— Ступайте. Слуга вас проводит, — ответил Манфред и ушел. Его лаконичность была красноречивее слов.

Гизела смотрела ему вслед.

— Теперь можно жить дальше, — вымолвила она и покинула порог дома герцога Манфреда.

Все будет хорошо

На следующий день после бала, Гюнтер, очнувшись в роскошных палатах, почувствовал неловкость. Он приподнялся и увидел спящую на стуле Маргарет.

— Бедняжка, из-за меня ей нет покоя.

Маргарет услышала голос Гюнтера и открыла глаза.

— Отец, как вы себя чувствуете?

— Спасибо, дочка, хорошо. Поехали домой, пожалуйста. Непривычна мне эта обстановка. Да и Бобка голодный ждет меня.

— Конечно, поехали домой. Попрощаемся с герцогом Манфредом, его супругой, принцессой и поедем. Неудобно, надо поблагодарить их за приют и доброе отношение.

— Обязательно.

Они вышли из комнаты, навстречу им направлялся доктор.

— Больной, как я погляжу, вам лучше, в помощи больше не нуждаетесь.

— Спасибо, доктор. Вы мне очень помогли. Все в порядке. Нам пора домой. Надо и честь знать, в гостях хорошо, а дома все же лучше.

— Понимаю. Я вам приготовил очень хорошую микстуру. Попринимаете и помолодеете на двадцать лет, — обнадежил доктор, протягивая Гюнтеру пузырек с темной жидкостью. — Попробуйте, вам понравится. Ароматные целебные травы очень помогают.

— Благодарю вас. А как принимать?

— Несколько раз в день по чайной ложке.

— Спасибо, дорогой доктор. Я прослежу, чтобы отец принимал.

— Милая у вас дочка, помощница.

— Вы правы. Она — мое счастье. Простите нас, дома голодный попугай ждет, надо торопиться.

— Понимаю. Будьте здоровы.

— Спасибо, доктор.

Гюнтер с Маргарет направились к лестнице, они уже начали спускаться на первый этаж, как услышали голос герцога:

— Друзья мои, вы покидаете нас?

— Простите, Бога ради, нам пора. Бобка голодный, еще умрет от тоски. Чего доброго, подумает, что я его бросил. Благодарим вас за прекрасный прием, надо ехать.

— Не тревожьтесь, вас отвезут. Сейчас распоряжусь. Маргарет, девочка, не забывай дорогу к нам. Здесь твоя сестренка, она будет скучать по тебе.

— Ваше сиятельство, пожалуйста, передайте Марте, что я навещу ее, и она пусть обязательно приезжает, мы с ней погуляем, я угощу ее своими десертами. Ей у нас хорошо будет, уверяю вас.

— Нисколько не сомневаюсь, что вы будете рады друг дружке и замечательно проведете время. Может быть, все же лучше вам с отцом приехать к нам на обед в любой день?

— Спасибо, мы подумаем.

— Ваше сиятельство, обещаю вам, девочки будут видеться и дружить. Пожалуйста, передайте наш поклон вашей очаровательной супруге, — попросил шарманщик.

— Благодарю вас, Гюнтер. Передам. Пойдемте, я провожу вас.

— Сестренке поцелуй от меня.

— Да, непременно. Она еще спит. До встречи.

— До встречи, — ответила Маргарет, поднимаясь в карету.

Просьба

Не успел герцог Манфред проводить гостей, как к порогу подъехала карета. По гербу герцог определил, кто пожаловал.

К нему вышел молодой граф Вильям Палмер. Герцог с давних пор был дружен с его родными и самого Вильяма знал ребенком. Он вырос на глазах у Манфреда. Герцог с глубоким уважением относился к семье графа. А их сына любил и жаловал, как своего.