Пятьсот пять (СИ) - Крутень Мария - Страница 37

— Это я нашла в поместье Буркольда, — смущенно призналась девушка. — Думала, в них может быть какая-то секретная информация. А оказалось, ничего особенного, кроме счета. Я даже не представляю, за что при пересылке из столичного предместья в Заувельс можно требовать такую сумму, — она показала бумагу гарду. Того, однако, счет не позабавил.

— За статус королевского отправления, то есть за то, которое не подвергается досмотру, — ответил он Лас.

— Но Его Величество должен был дать на это разрешение, — она не совсем понимала, как заговорщик Буркольд мог быть связан с посылкой для короля.

— Необязательно, — ответил Рэнд, смотря невидящим взглядом в стену. — Это мог быть один из принцев, — мотнув головой, он снова посмотрел на бумагу.

— Сегодня Его Величество устраивает смотр кадетов в Заувельсе, — как будто невпопад произнесла Лас, но гард дернулся, будто эти слова его ошпарили.

— Письмо может быть просто совпадением, но я все же уверен, что это не так, — быстро пройдя от окна до двери и обратно, он уже привычным жестом взлохматил волосы тоже присел на кровать. — Как просто! Во, значит как! Мне нужно сообщить об этом. Канал еще открыт, — выдал он непонятное объяснение, — поэтому сейчас это не займет много времени, — он сжал руку девушки и закрыл глаза.

В этот раз, действительно, Рэнд потратил на зов не больше пяти минут — по крайней мере, Ласси не успела досчитать до трехсот — все это время она всматривалась в его лицо, боясь снова увидеть признаки истощения, однако обошлось. Единственное, что продолжало тревожить девушку, это крайне обеспокоенное состояние гарда, которое, тот почему-то пытался скрыть, но оно, тем не менее, проскальзывало в том, как он теребил вихор на затылке, постукивал пальцами, а то и всем кулаком по колену, а главное, в той тоске, что временами мелькала в его взгляде.

— Что…. — не выдержала, наконец, Лас, но Рэнд ее перебил:

— Сообщение я отправил, твой отец с посылкой разберется. Ласси, — он встал перед ней взял за обе руки, вот только у девушки внутри снова похолодело от плохого предчувствия, — чтобы ни случилось, чтобы ты не услышала или не увидела, не выходи из этой комнаты.

— Что происходит, Рэнд? — спросила она в ответ.

— Ты же знаешь, скоро сюда прибудут еще несколько участников заговора и их главарь в том числе, — гард усиленно пытался делать вид, что говорит правду, но Ласси было уже не провести.

— Есть еще что-то, что ты не хочешь мне говорить, ведь так?! — воскликнула она и, вскочив, встала спиной к двери, раскинув руки и загородив проход. — Ты не выйдешь отсюда, пока мне все не расскажешь! — однако увидев скептическую ухмылку в ответ на это заявление, осознала, что тому, чтобы уйти, дверь открывать не надо, покраснела и шагнула к мужчине, чтобы схватить того за грудки. Тот посмотрел на судорожно цепляющиеся за его куртку руки, цепляющиеся как раз за те пластины, которые Лас уже не боялась, и снова попробовал отделаться частичной правдой.

— Они прибудут раньше моих товарищей, поэтому мне некоторое время придется сдерживать их в одиночку.

— Но почему? Заговорщики же не отбудут обратно в тот же момент, — сразу же нашла слабое место в его ответе девушка. — Почему ты не можешь дождаться своих гардов и затем задержать заговорщиков?

— Потому что с заговорщиками тоже прибудут гарды, — выдохнул он ей в макушку.

— Но…. — Ласси поняла, что ничего не понимает. — Какие гарды? Гарды же дают присягу Его Величеству, — это она точно знала. — Как они могут участвовать в заговоре?!

— Его Величеству или его братьям, — поправил ее Рэнд. — У них тоже есть свои гарды. И они давали присягу принцам.

— Вот в чем дело. Значит, главарь — один из принцев, — сделала вывод Лас, но ту же ее мысли перескочили на другое: — Тебе придется с ними драться? Они не могут приступить через присягу? И ты…. тоже? — она вдруг подумала, а что если Рэнду тоже когда-нибудь отдадут какой-нибудь противоестественный приказ, который, несмотря ни на что, тот будет вынужден исполнить?!

— Присяга подразумевает не рабское послушание, а верность, — покачал головой тот. — Они будут защищать своего сюзерена, которого я должен буду арестовать.

— Но неужели они не понимают, что вместе со своим принцем станут преступниками?!

— Почему, не понимают? Понимают, и либо им все равно, либо у них есть в этом свой интерес. Гарды — тоже люди, — с невеселой усмешкой произнес Рэнд, поглаживая ее по спине. В правдивости последнего заявления Ласси на его примере уже успела убедиться. Однако тревоги это отнюдь не убавило.

— Тогда тем более нужно дождаться подмогу!

— Нет, Ласси, — мужчина обхватил ее предплечья и как-то слишком легко отстранил от себя. — Они меня почуют, как я уже чувствую их. Прятаться бесполезно. Для меня главное, чтобы рядом со мной не нашли тебя.

— Но…. — непроизвольно вырвалось у нее, хотя она даже не знала, что можно на такое возразить.

— Обещай, что не выйдешь отсюда, пока все заговорщики не будут арестованы и за тобой кто-нибудь не придет!

— Кто-нибудь? — слабо повторила Ласси. Рэнд не сказал, что придет за ней сам, он сказал «кто-нибудь»!

— Я сам или отправлю кого-нибудь из своих, — в нетерпении мотнул головой он. — Обещай, что бы ты ни увидела, что бы ни услышала, не выйдешь! — Лас же, чувствуя подвох, давать подобное обещание не торопилась. — Обещай или, как только мы выберемся отсюда, я запру тебя в самой высокой башне отцовского поместья и не выпущу, пока не испробую на тебе все свои фантазии!

— Да…. — начала она, но, захлебнувшись гневом, не успела добавить «что ты себе позволяешь?!», как тот выпалил: — «Договорились!» и просто-напросто исчез!

«Нахал! Обманщик! Бесстыдник!» — кажется, она это уже про него говорила, но не возмутиться Ласси не могла. В свою очередь измерив несколько раз шагами комнату, она остановилась у кровати и схватилась за письма. Едва сдержав первый порыв их смять, а то и вовсе разорвать — в конце концов, они были написаны не ей, и не Рэндом — Лас сложила их обратно в книгу, а ту запихнула в уже привычный тайник под курткой. Эти простые манипуляции позволили успокоиться, прийти в себя и осознать бесполезность своих порывов. Нет, Ласси совсем не стремилась выйти из пока еще надежного убежища и столкнуться с наемниками или чужими гардами. Но до чего же было тревожно! Ведь она прекрасно поняла, что Рэнд не рассчитывал выйти из столкновения с противниками победителем. И знала, что уже ничем не может ему помочь.

А ждать?! До чего же тяжело! Лас то ходила по комнате, то всматривалась в окно, каждый раз надеясь, что увидит за пределами поместья пустую дорогу. Она от души надеялась, что у экипажа принца — кто это был, средний или младший, ей было не важно — сломается колесо, кончится топливо, взорвется котел. А еще лучше, если бы тот внезапно все осознал и передумал, или заболел, покрывшись оспинами размером с перепелиное яйцо. Все, что угодно, лишь бы оттянуть момент прибытия этого главаря, а с ним и его гардов.

Впрочем, сколько бы выдуманных препятствий не ставила она на пути предводителя заговорщиков, тот все-таки прибыл. Пусть не желая верить в то, что видела, Ласси заворожено смотрела, как открываются большие ворота, и к особняку подъезжает кавалькада из шести экипажей — недостаточно даже для малого выезда, но принц же наверняка путешествовал инкогнито. И сердце ее, казалось, замерло в тот момент, когда из второй по счету самоходки выскользнули два черные тени, а за ними из третьей еще две, и первыми устремились внутрь. После этого она даже не обратила внимания на неожиданно возникший конфликт между новоприбывшими и хозяевами дома. Некоторые слова даже долетали до уха девушки — голос у младшего королевского брата оказался неожиданно громким и высоким — но ее беспокоили не они, а то, что в этот момент происходило внутри дома. Очевидно, что это беспокоило и принца, так как вслед за черными тенями в особняк двинулись еще с дюжину вооруженных личностей. А через несколько минут туда же соизволил пройти и принц со своей небольшой свитой.