Этьен Винтерфилд — лучший маг-следователь Глорихейма (СИ) - Крутень Мария - Страница 23

— Гм…. У вашей семьи была большая библиотека? — поинтересовался я исключительно для того, чтобы поддержать разговор.

— Можно и так сказать, — ответила представительница Ордена и вернулась к делу: — Итак, что мы имеем?

А имели мы все еще ничтожно мало. После результатов обыска не только среди пассажиров первого класса, но и всего судна, пришлось остановиться на той версии, что артефакты спрятаны в одном из потайных мест на лайнере, которых, к моему неудовольствию, оказалось великое множество. Учитывая, что контрабанда, действительно, могла быть помещена в поглощающий магию контейнер, тот мог преспокойно плыть до места назначения в багажном отделении или на складе с припасами, спрятанным среди снастей или укрытым под спасательными жилетами.

Мы с госпожой Сазеренн составляли и беспрестанно обновляли список мест, где мог быть скрыт артефакт, постоянно натыкаясь то на гвардейского лейтенанта, то на светскую львицу Регину, что в скором времени все начали коситься друг на друга с подозрением. При этом каждый старался соблюсти лицо: мы с не монашкой немедленно заговаривали о звездах, даже если стоял полдень, госпожа Тауэр доставала мундштук и закуривала папиросу, даже если находилась в библиотеке или стояла на пороге машинного отделения, лейтенант Крокус громко кричал «Безобразие! Позор всему королевскому флоту!» и, стуча каблуками, шел искать дальше.

Странно, но интерес остальных пассажиров к пропаже быстро утих, и уже через день салон отмер, дамы стали поглядывать в сторону кавалеров, слышались уже не только сетования, но и смех. Столпей снова предлагал сыграть в карты (кстати, Регины Тауэр тот почему-то избегал), Сесси кокетничала со всеми подряд, а Тамерьен, вооружившись атласом, попеременно пытался обхаживать то госпожу Сазерьен, то Лиззи Крауфильд. И в этот момент случилась новая кража.

Пострадала, что было уже не удивительно, графиня Сукколк.

— Коррельские рубины! — всхлипывала дама.

— Серрское золото! — вторила ее старшая дочь. Младшие рыдали навзрыд, а не оставшийся в этот раз равнодушным супруг гневно сверкал на всех очами и наседал на капитана, требуя немедленно найти и покарать похитителя.

Бывшие соперницы, оказавшиеся объединенными общим горем, вшестеро усилили напор на уже почти вслух проклинающего злополучный рейс капитана, что тот при каждой встрече с тоской и надеждой посматривал на меня, а несколько раз даже пытался заговорить об этом вслух. Однако я был тверд и по-прежнему не собирался раскрывать инкогнито. Одной из причин для этого было подозрение в том, что похититель и перевозчик — одно и то же лицо, которое намеренно баламутит общество на борту, тем самым вынуждая меня раскрыть себя — этот тип, пусть и не зная всех деталей, вполне мог быть осведомлен о том, что его ищут — а также отвлечь от его поисков и ареста.

Времени оставалось не так уж и много: уже через пять дней «Бригильда» должна была пристать к первому из Кармановых островов, и я не исключал, что именно там перевозчик сбудет с рук артефакты. Госпоже Сазеренн, между тем, не прибегая к особым усилиям — просто находясь рядом с бедствующими дамами, которые беспрестанно перебирали всех своих попутчиков, обсуждая грешки, а также вспоминая обстоятельства похищения — удалось составить список лиц, которые потенциально могли совершить второе ограбление. Список получился не маленький — ограбление произошло во время скучнейшей игры в бридж — однако, сопоставив его с первым списком, в итоге, исключив самого себя, госпожу Сазеренн и экзальтированных девиц, я ограничил круг подозреваемых до четырех лиц: Столпея, Регины Тауэр, модистки Рогье и лейтенанта Крокуса.

Из всего списка я, разумеется, ставил на Столпея. Крайне подозрительный был тип. Я между делом пролистал его записную книжку, которую так и оставил в своем кармане, пока сидел в гардеробе, но все записи в той были зашифрованы, и под шифром могли скрываться как списки долгов, так и детали контрабандных операций.

— Надо проследить за каждым, — уверенно заявила на это госпожа Сазеренн. Идея была, в целом, хорошая, но перевозчик мог намеренно не подходить к своему схрону все оставшееся до прибытия в порт время. Эту мысль я и озвучил своей помощнице.

— Что же тогда делать? — нахмурилась та и добавила с надеждой: — Неужели, вы не можете ничего придумать?

Было, что скрывать, приятно уловить такую веру в меня, и я просто не мог разочаровать не монашку. Идея зрела во мне давно, осталось только ее реализовать максимально достоверно.

Глава 11

— Пожар! — крик вбежавшего в столовую с выпученными глазами младшего стюарда слился с воем корабельной сирены и тут же дополнился вскриками и воплями пассажиров.

— О, Единый!

— Что делать?!

— Что же такое постоянно творится?! Не зря эту кастрюлю Бригильдой назвали!

— Мама! — несколько девиц упали в обморок. Вот только приводить их в чувство никто не стал. Джентльмены бросились спасать самое дорогое, то есть самих себя. А уже через несколько секунд в помещение ворвался сизый дым, уверивший всех в серьезности происходящего. Дамы немедленно очнулись и с истошными воплями, толкая друг друга, бросились на палубу.

— Проклятый рейс!

В другой раз я бы удивился, услышав это от корабельного служащего, но в тот момент было некогда. Один за другим все мои подозреваемые скрылись в коридоре, ведущем во внутренние помещения верхней палубы, то есть в противоположном от всех остальных пассажиров направлении.

— Я с вами! — орденская представительница ожидаемо бросилась вслед за мной, смело ныряя в самую гущу клубящегося сизого дыма. Если бы я сам не был занят преследованием, то непременно залюбовался бы. Интересно только было, проявила бы она такую же самоотверженность в реальном пожаре.

На первом же перекрестке коридоров пути четверки разошлись. Модистка нырнула в свою каюту, остальная троица, ведомая Столпеем, последовала дальше по коридору, проскочила салон для послеобеденного отдыха, потом снова оказались в обеденной зале, к этому моменту полностью покинутой остальными пассажирами. И, казалось, только тогда Столпей заметил бегущих за ним бравого гвардейца и Регину Тауэр. Ни меня, ни госпожу Сазеренн он из-за легкого морока увидеть не мог. Впрочем, наличия этих двоих было достаточно, чтобы задуматься. Если я мог предположить мотивы гвардейского лейтенанта, то насчет того, что заставило светскую даму рисковать каблуками, платьем и обонянием — а вонь стояла нещадная — я терялся в догадках.

— Что вы хотите?! — визгливо потребовал преследуемый.

— Где?! — грозно вопросил Крокус, наступая на бледного то ли от страха, то ли от запаха дыма Столпея.

— Я не понимаю, о чем вы! — возмутился тот, отступая к встроенному в стену буфету. В нем каждый желающий перекусить между приемами пищи мог найти себе бутерброд, салат или десерт.

— Тогда почему ты не побежал на палубу как все? — язвительно поинтересовалась до этого державшаяся в тени госпожа Тауэр.

— Регина?! И ты здесь! Я так и знал! — неожиданно взъярился обвиняемый. — Я так и знал, что все это было притворство! Лживая ….! Зачем?!

— Ты знаешь, — спокойно ответила та, усмехнулась и неожиданно гаркнула: — Где бумаги?!

«Совсем не артефакты» — констатировал я про себя, однако выходить из морока пока не спешил.

— Какие бумаги? — почти одновременно спросили мужчины. Впрочем, только лейтенант был по-настоящему удивлен. И не я один был поражен подобным тоном, который, пожалуй, никто не ожидал от светской львицы.

— Отдай по-хорошему! — также грозно продолжила та.

— Так это тебя нашел Трейве? — внезапно развеселился Столпей. Имя мне показалось странно знакомым. — Они все равно сгорят…. Так ему и передай!

— А если нет, и всплывут снова через пару месяцев?! Нет уж! Если они и сгорят, то только после того, как я лично брошу их в топку! — и дама неожиданно для всех ловко достала из-под подола металлический предмет, который тут же направила на своего противника.