Этьен Винтерфилд — лучший маг-следователь Глорихейма (СИ) - Крутень Мария - Страница 61

— Драйзен, ты опросишь слуг, я к графу.

— Есть сэр! — отозвался помощник и свернул на боковую аллею, ведущую к входу для слуг. Орденская посланница все-таки за ним не последовала, а осталась со мной. К добру или худу, я еще не понял.

— По возможности молчите, — попросил я ее, одновременно стуча в дверь. Ответить мне госпожа Сазеренн не успела, так как уже открылась дверь, явив ту самую экономку, с которой я разговаривал накануне.

— Господа не принимают, — сухо заявила та и попыталась закрыть дверь, но я уже предъявил свой значок.

— Следственное Управление, нам необходимо задать графу несколько вопросов.

— Вчера у вас такой необходимости не было, — не сдавалась экономка. Она изо всех сил старалась сохранить внешнее спокойствие, но в глазах, тем не менее, мелькнуло странное смятение.

— А сегодня есть, — безапелляционно заявил я и, решив, что негоже нам с орденской посланницей так долго стоять на пороге, ступил внутрь.

— Но…. — женщина растерянно отступила, однако сдаваться не собиралась. — Господа еще не готовы….

— Кто там, Энбери? — раздался голос откуда-то сверху, и властность в этом голосе говорила сама за себя.

— Следователи, милорд, — пролепетала экономка.

— Наконец-то! — почти сразу же в поле зрения появился хозяин и голоса, и усадьбы. И его внешний вид — одет он был далеко не в домашний халат, а так словно собрался на выход — и оживление от нашего прихода противоречило словам и поведению экономки.

— Неслыханное возмутительное происшествие! Кто бы мог предположить, что такое случится в нашей тихой округе! — заявил он, спускаясь с лестницы. Пройти в дом дальше прихожей он нас не пригласил.

— По этому поводу я хотел бы задать вам несколько вопросов, — сразу же отозвался я.

— Я с радостью бы вам помог, но мне нечего сказать, — всем своим видом граф недвусмысленно показывал, как ему жаль. — Понимаете, у нас тут совершенно тихое место. За последние три года самыми громкими событиями были пчелиные укусы, полученные прислугой моего соседа.

Мужчина виновато взмахнул холеными руками, выверено — я был уверен, что тот провел перед зеркалом не один час, чтобы добиться такого эффекта — мотнул головой, от этого движения его златокудрая шевелюра — наверняка, крашенная! — взмыла вверх, а затем плавно рассыпалась по широким — валики подкладывает? — плечам. Несмотря на столь явно демонстрируемую готовность к сотрудничеству, я почему-то ни на грош ему не поверил. Может оттого, что весь его внешний вид вызывал раздражение, а особенно взгляд неестественно синих глаз, направленный на госпожу Сазеренн?

— Нас с вами не представили, — обратился он к орденской посланнице, продолжая буравить ее наигранно восхищенным — а чем там восхищаться-то?! — взглядом.

— Таисия Сазеренн, — чересчур покладисто ответила та.

— Таисия, — с придыханием повторил граф и взял ее за руку. Вот это было уже слишком, но наглый аристократ и на этом не остановился. — Мне кажется, что я вас уже где-то видел, госпожа Таисия.

И где он мог ее видеть? В каком монастыре?!

— Я сомневаюсь, — словно соглашаясь со мной, мягко возразила орденская посланница, еле заметно — но я уловил — пытаясь высвободить свою руку.

— Нет, я помню, — тем не менее, возразил граф, делая беспардонный шаг вперед. — Да, я вспомнил! Вы открывали Зимний бал вместе с Его Величеством прошлой зимой!

— Вы ошиблись, — уже холоднее ответила госпожа легат, а мне все-таки пришлось вмешаться.

— Разумеется, вы ошиблись. Госпожа Сазеренн — легат Ордена Божественного Сияния и представитель следствия, — объявил я Лисли, освобождая ладонь дамы от его захвата. Раз тому было нечего сказать, пора было с молодящимся красавчиком заканчивать. — Вы не замечали каких-либо странностей в поместье вашего соседа?

— Натенди? — искренне удивился тот.

— Следствию удалось установить, что убитая девушка была служанкой в его поместье, — ответил я. — Высокая, рыжеволосая. Может быть, вы замечали ее в округе? С кем она общалась? Куда ходила?

— Не имею обыкновения следить за служанками, — дернулся тот. Госпожа легат хотела что-то сказать, но я предупреждающе сжал ее ладонь в своей.

— А другую? Пониже, привлекательную, черноволосую и фигуристую? — тут же добавил я, уловив возмущенный взгляд от орденской посланницы.

— Гмм…. — удивился Лисли. — Нет. Такой тоже не видел.

— Кого-либо постороннего у дома вашего соседа вы в последние несколько дней замечали? У него были гости? — я продолжил задавать вопросы, понемногу задвигая госпожу Сазеренн себе за спину, пряча от чересчур настойчивых взглядов графа.

— Я повторяю вам, что не слежу за соседями. Почему бы вам не расспросить самого Натенди как о его гостях, так и о его же служанках? — Лисли был явно недоволен моими маневрами. Госпожа легат снова попыталась что-то сказать, и я еще крепче сжал ее ладонь.

— Увы, он уже не может, — иронично заметил я, заслужив гневное фырканье, прозвучавшее за моей спиной. Несмотря на то, что сказал совершеннейшую правду. Натенди, находящийся в здании Следственного Управления, в лаборатории криминалиста Трихтера, действительно, более не мог произнести ни слова.

— Вот как? А я не заметил, как он отбыл, — задумчиво проговорил граф, сводя на нет свое предыдущее заявление о том, что не следил за соседом.

— Господин Натенди тоже мертв, — поспешил я внести ясность.

— О, Единый, — как-то даже меланхолично отозвался Лисли, ничуть не расстроенный. Казалось, его все больше занимали собственные мысли, а не трагедия соседа. — Так это вы вчера орудовали в его доме? — вдруг догадался он.

— Да, — не стал скрывать я. — Так вы точно ничего не видели?

— Не видел, — согласился Лисли с тем же отстраненным видом. Вот только я ему ничуть не поверил.

— Будем надеяться, что вы все-таки что-нибудь вспомните, господин Лисли. Сотрудничество со следствием в конечном итоге всегда идет на пользу, — добавил я и, пока побледневший граф не опомнился, вытолкал упирающуюся орденскую посланницу за порог и сам за ней последовал.

— Что…. вы себе …. — немедленно начала возмущаться она, по-прежнему надеясь освободить свою руку и рвануть обратно к красавчику.

— Потом, — отрезал я, упорно таща легата обратно к экипажу. Та недовольно пыхтела, но хотя бы вырываться прекратила.

Оказалось, что Драйзен закончил со своим опросом быстрее нас и ждал в мотодиле.

— Даже на порог не пустили, — пожаловался он, едва мы уселись в экипаж, и сразу перешел к делу: — Вот эту сказали, что ни разу не видели.

Протянутый им набросок той самой черноглазой и крутобедрой красотки немедленно перехватила госпожа Сазеренн, которая при рассадке ловко уселась посередине, и принялась критично рассматривать соблазнительные формы. Драйзен все-таки немного преувеличил реальные размеры пропавшей служанки, да и такого зовущего взгляда у той не было.

— Вы должны не служанок искать, а расследовать убийство Натенди! — возмутилась госпожа легат после того, как, сдвинув брови и сжав в тонкую полоску губы, прошлась взглядом по наброску сначала сверху вниз, а потом снизу вверх, и, как бы невзначай смяв листок, вернула его Драйзену.

— Так шеф и подозревает, что это она его прикончила! — не задумываясь, выдал все тайны следствия мой помощник.

— Вот как?! — госпожа легат развернулась уже ко мне.

— Это одна из двух возможных гипотез, — пришлось признать. — И я, действительно, считаю эту версию более вероятной, чем вторую.

За прошедший вечер Силью — если это было ее настоящее имя — в предместье так и не нашли. С полуночи она была объявлена во всегородской розыск. Драйзену пришлось сделать более двух дюжин копий того рисунка, что попал в руки госпожи Сазеренн. При этом с каждым новым его творением формы у пропавшей служанки становились все круглее и привлекательнее, и я подозревал, что она надолго останется на доске разыскиваемых даже после того, как розыск закроют. Тем не менее, несмотря на такие оперативные усилия, результата пока не было. Впрочем, если я был прав, этого и следовало ожидать. Наверняка она либо уже покинула Глорихейм, либо, как выражаются в преступной среде, залегла на дно — однако в контексте нашего дела звучало подобное выражение весьма двусмысленно.