Прокляты лесной девой (СИ) - Крутень Мария - Страница 40

— Когда они уехали? — я, наконец, отмер и обратился к по-прежнему стоящим в дверях парням.

— С полчаса назад, — ответил Ферт. — Наверное, только из Земьи выехали.

— Мы тебя долго искали, — виновато добавил Рен.

«Мою малышку похищали, а я с Феней болтал!» — промелькнула мысль. — «Ты знал?!» — озаренный внезапной догадкой, выкрикнул я уже духу, но ответа не получил.

Оказалось, что для того, чтобы вскипеть, мне достаточно и доли секунды. Разъяренный, я в два шага оказался около двери, едва не снеся не успевших вовремя отступить товарищей, как позади меня раздался голос холодный голос отца.

— Ты куда собрался? — ото льда в голосе князя дрогнули даже мои друзья, но я был так взбешен, что меня был не охладить.

— Вдогонку!

— Догонишь и дальше, что?

— Заберу невесту!

— По какому праву?!

— Она моя невеста!

— Только после того, как согласится ее опекун!

— Но…. Я не могу! Я хочу….

— Она подданная Волиссии и находится под опекой Френзиса, — четко выговаривал мне князь. — Мы не можем похищать подданных других государств по своему желанию! Есть определенные правила и договоренности. За некоторые из них плачено большой кровью! Сделай ты то, что хочешь, наше слово более не будет стоить и выеденного яйца. Представляешь, что случится с нашими купцами в той же Волиссии или в Гальдии!

Очень хотелось сказать, что плевать я хотел на купцов, их товары и, вообще, все наши связи с другими государствами, но не мог. Несмотря на взбунтовавшиеся чувства, умом понимал, что через такие вещи переступать нельзя. Неужели, все что мне оставалось это только возмущаться?! Нет, смириться я тем более не мог!

— Но это же они ее похищают и везут против ее желания!

— Мы не можем диктовать жителям других государств свои порядки. Ее сюзерен принял решение, она должна подчиниться.

— Подчиниться?! Этой расфуфыренной кукле и ее гнилой советчице?! — я, наверное, впервые в жизни кричал на отца. — Ты же знаешь, ты же прекрасно знаешь, что ей уготовлено!

— Я бы с радостью взял ее под защиту, если бы она была моей подданной, Дарин, — отец, в отличие от меня, не повышал голоса. — Но подобное решение, а также любое другое, касающееся ее настоящего и будущего, до тех пор, пока на не достигла совершеннолетия может принять только ее опекун.

Отец сказал это и словно поставил точку. С минуту или две мы мерили друг друга взглядами: я хоть и понимал правоту позиции отца, принять ее не мог. Поэтому первый отвел глаза и взялся за ручку двери.

— Дарин! — вдруг позвала меня мама. Наверное, она хотела что-то сказать, но отец мягко прикрыл ее ладонь своей. Княгиня взглянула на него в ответ, чему-то, молча, кивнула и промолвила: — Будь осторожен и не наделай глупостей, прошу тебя!

Мелькнула мысль, что ни опять что-то от меня скрывают, но разбираться с этим сейчас было некогда, даже попытка украсть Феню ушла на второй план. С этим можно было разобраться позже, а тогда главным было вернуть занозу. Я вышел из горницы, Ферт и Рен вслед за мной. В коридоре нас ждали еще Рой с Брандом.

— Слушай, может это…. потихоньку того, — косноязычно изложил, в общем-то, понятное предложение Бранд, отчего-то сильно нервничавший.

— Потихоньку не получится, этот волисский маркиз с ними отправил полдюжины своих гвардейцев, — хмуро возразил Ферт.

— Ого! — удивился Рой.

— Под конвоем, словно преступниц! — возмутился Бранд. — Вот только не могу понять за что!

Я, честно говоря, тоже. Единственно, я мог предположить, что это наказание за неудачную попытку вынести из святилища Фенин идол. Вот только, непонятно было, к чему такое сопровождение. Ведь, выходило, что на охрану самой принцессы и ее высокопоставленных доверенных лиц, остались только четверо гвардейцев. Чтобы не сбежала и не рассказала? Или было что-то еще? Я уже винил себя за то, что так мало разговаривал с мелкой. Ведь, было видно, что у нее что-то не ладится, но она молчала, и я тоже был занят совсем другим. Странно, но стоило вспомнить о том, чем мы с ней были заняты, то вместо очередного приступа возбуждения меня заполонила такая тоска, что пришлось даже остановиться.

Парни, которые так и шли вслед за мной, тоже встали. Я вдруг осознал, что ноги сами привели меня к гостевой клети. С полминуты я размышлял, стоило ли пойти туда, поругаться, потребовать, и сразу понял, что это бесполезно. Навстречу мне не пойдут. К тому же, если узнают, кто я, то у них появится дополнительный рычаг давления, чтобы получить желаемое. Что же тогда?!

«Вирог бы побрал эти законы опекунства!» — выругался я про себя и вдруг понял — и пары часов не прошло — на что намекал мне отец. Все упиралось в опекунство и в основную для этого кандидатуру. Нужно было убедить княгиню Яросельскую признать внучку.

«Приволоку бабку, если придется, за шкирку! Только бы успеть!»

Так и не сказав ни слова, я повернул к выходу. Времени и так было мало, а сколько уже оказалось потеряно.

— Какой план, Рин? — не выдержал, наконец, Бранд. Показалось ли мне, что он тоже был чересчур встревожен?

— Вторая девушка? — догадался я.

— Ага, Далия, — кивнул тот. — Веселая такая, добрая. Я и родителям уже сказал, они не против, а тут….

— Ты и Ферт поедете следом за обозом, — начал отдавать приказы я. — В конфликт не вступать, на глаз им лучше не показываться. Следите, с каждой оказией отправляйте вестники.

— А ты? — удивился Ферт.

— Я должен привезти Яросельскую, — ответил я. — Иначе за…. Рину мне не отдадут. Впрочем, даже если привезу княгиню, подозреваю, придется решать вопрос силой, но в этом случае правда будет на нашей стороне.

— А ты успеешь? — засомневался Рой. Я и сам видел в этом самое слабое место своего плана.

До Грейда, через который вела дорога на Волиссию, экипажу из Земьи было три-четыре дня пути. Чтобы добраться до надела Яросельской, мне требовалось двое суток, и это с учетом того, что я скакал бы без устали, останавливаясь только для того, чтобы поменять лошадей. И еще как минимум три дня требовалось нам с княгиней для того, чтобы добраться с северных провинций до Грейда. И это не считая, сколько времени мне потребуется на то, чтобы уговорить несговорчивую бабку Рины. Эта вроде бы простая математика все никак не желала складываться к нужному результату.

— Должен! — тем не менее, отозвался я на слова Роя.

— Тебе придется быть быстрее ветра, — всерьез заметил тот.

— Буду! — я, кажется, нашел ответ на свой вопрос. — Рой! — обратился я к другу. — Не спускайте глаз с волиссцев. Установишь дежурство, если придется слежку. Главное, пусть графиня и маркиз будут под постоянным надзором. Я подозреваю, что они задумали какую-то пакость. И, да, не берите ничего у них из рук.

— Понял, — кивнул тот, скривившись. После того, как его чуть не отравили сливовым вином, добрых чувств к гостьям он уже не испытывал.

Разобравшись с парнями, сам я пешком вышел через ворота и поспешил к лесу. Ведь как там мне обещал его хозяин? Надо будет, лесными тропами быстрее ветра проведет?

Глава 16

Рина

Надо признать, я долго не могла поверить, что все это происходит со мной на самом деле. Сначала мне казалось, что отъезд — это глупая шутка, провокация или угроза, чтобы меня напугать и сделать более послушной. Но нет, все выглядело одновременно и серьезно, и обыденно. И упакованный сундук, и поданная к крыльцу карета, и гвардейцы, окружившие нас с Далией и впихнувшие в экипаж, а главное, никого, кто бы полюбопытствовал, поинтересовался о причинах нашего отъезда. А я бы сама внимательно эти причины выслушала, так как они для меня оставались загадкой.

Даже если мне мстили за мою ложь во время ночной вылазки, то какой был смысл отсылать меня в Волиссию? Скорее, в этом случае надо было напугать. Поэтому я, не обращая большого внимания на слезы Далии, сидела смирно и ждала, когда же экипаж остановится, и мне начнут выдвигать какие-либо условия. Но тот не останавливался. Мы выехали из ворот, проехали через город и свернули на тракт, но никто нас не догонял, карету не останавливал, условий не выдвигал. Наш конвой не то, что не заговаривал с нами, они, вообще, не обращали на нас особого внимания, будто внутри экипажа сидели не живые девушки, а ряженые куклы. Не откликались они и на наши крики и просьбы.