Прокляты лесной девой (СИ) - Крутень Мария - Страница 62

— М-да, — оценила я перспективы, чудище согласно вздохнуло. Если бы оно могло расшатать прутья или выломать замок, то давно бы это уже сделало. По ту сторону решетки никого не было, чтобы попросить открыть дверь, да и сомневалась я, что мне бы открыли.

«Что же теперь делать?» — взявшись за прутья решетки, я всматривалась во второе помещение — Черныш и чудище мрачно сидели рядом — и заметила, что на противоположной стене висит связка ключей. В том, что одни из них должен подойти к решетке, я была уверена, иначе, зачем бы они там висели. Вот только, как их достать? — «Бабушкины зелья!» — я вспомнила о том, что в числе похищенных мною зелий должны быть два, что позволяют уменьшиться и увеличиться. Жаль, как ими пользоваться, я не спросила, поэтому приходилось действовать наобум. Решив, что половину объема крышечки каждого пузырька мне должно хватить, я сначала приготовила увеличивающее зелье и поставила его по другую сторону решетки, а затем открутила крышечку от уменьшающего средства и тоже налила в неровно половину.

— Чтобы ни случилось, не удивляйтесь, — сообщила я своим товарищам по несчастью и выпила зелье, после чего снова оказалась в полной темноте, досадуя на бабушку за то, что не предупредила, что уменьшусь только я сама, а моя одежда останется того же размера.

— Все в порядке! — оптимистично пискнула я уже двум монстрам, с трудом выбравшись из сложившегося в кучку платья. Чудище смотрело на меня удивленно и пыталось что-то сказать, но я услышала лишь неразборчивый гул, кот же отнесся к моему преображению флегматично — видимо, у бабушки он и не такое видел.

Пока добиралась до решетки, я трижды пожалела, что выпила так много зелья — для моих целей, скорее всего, должно было хватить и пары капель — и столько же раз себя похвалила за то, что не выпила еще больше. Зато между прутьев я прошла без каких-либо проблем. С оной я столкнулась, дойдя, наконец, до крышечки с увеличивающим зельем, которая оказалась в треть моего нового роста. Поднять ее я бы не за что не смогла, поэтому пришлось перегнуться через бортик и пить, черпая жидкость горстями. Если изначально мне казалось, что нужно выпить если не море, то озеро, то по мере опустошения крышечки я становилась все больше и больше, и последние капли допивала, сжимая ту всего двумя пальцами.

Дальше пришлось действовать очень быстро. Одно дело быть обнаженной и очень маленькой, другое, будучи при этом своего нормального роста. В любой момент в помещение мог кто-нибудь войти. Схватив связку ключей, я нашла самый большой и оказалась права. Именно он подходил к замку, висящему на двери решетки. С трудом его провернув — видимо, в помещение к чудищу давно не заходили — я под радостное повизгивание своих спутников смогла, наконец, открыть дверь. Первым делом я бросилась к своей одежде, затем, наконец, одевшись, заново рассортировала по карманам бабушкины зелья.

— Куда дальше? — спросила я у чудища, подумав, что надо бы узнать его имя. Оно показало вправо, где оказалось уже обычная и, разумеется, запертая дубовая дверь, укрепленная стальными полосами. Впрочем, спустя пару секунд охватившей меня новой паники, я вспомнила про связку ключей, и уже через несколько минут, используя метод проб и ошибок, нашла нужный.

— Значит так, — не спеша открывать дверь, я обернулась к коту и чудищу, несмотря на разницу в размерах, замерших предо мной в почти одинаковых позах. Изначально, я думала оставить последнего здесь, чтобы не привлечь излишнего внимания к своей персоне, подобно лазутчице пробирающейся к логову врага, а потом за ним вернуться, но сейчас решила иначе. Неизвестно было, какие опасности нас ждали по пути, и пусть чудище привлечет чье-то внимание, зато оно же сможет это внимание пресечь. — У тебя имя-то есть? — спросила я у создания. Тот как-то сразу сник и тяжело вздохнул. Что же было делать? Обращаться к нему, называя чудищем, было неловко, а как еще прозвать это чудо-юдо? Ответ, разумеется, пришел сам собой.

— Будешь Юдой, — решила я. — Согласен?

Тот радостно закивал, и я, довольная успехом, продолжила:

— Нам нужно пробраться в одну залу, где сейчас, может быть, до сих пор идет сражение. Если так, то мы найдем дорогу по шуму, если нет, то придется искать по всему замку, куда они дели злыдня, — я рассуждала вслух, тем не менее, Черныш с Юдой меня внимательно слушали. — Главное, сейчас никому не попасться на глаза, поэтому, если слышим или видим, что кто-то идет, то немедленно прячемся. Ясно?

Соратники согласно кивнули, и я открыла дверь. Перед нами оказался пустой служебный коридор, в который вели еще с десяток таких же, как та, из которой мы вышли. Пока мы шли по коридору, то мне казалось, что слышу из-за других дверей шорохи, стоны, рычание и скрежет когтей.

«Я обязательно освобожу их всех!» — пообещала я самой себе, но сначала нужно было найти мужа. Из коридора мы вышли в небольшую каморку, где, как оказалось, находился надсмотрщик. Только севший обедать мужчина вскочил, попытался закричать, но не успел, так как почти сразу же побледнел и упал без чувств. Нам даже делать для этого ничего не пришлось! Обрадованная такой быстрой победой, я подскочила к следующей двери, которая выходила уже в один из общих коридоров замка. Пока я ее открывала, Черныш умудрился умять котлету, а Юда вылакать суп, компот, съесть салат и оставшуюся без котлеты тушеную капусту. Я же на обед надсмотрщика не претендовала, а пыталась сообразить, в какую сторону коридора нам стоит двигаться. Оба направления выглядели равновероятными, пока справа не раздался какой-то шум. Вскоре стало понятно, что это топот, и я немедленно прикрыла дверь, наблюдая через оставшуюся щель, как по коридору справа налево пробежала толпа сосредоточенных и вооруженных мужчин, очень похожих на тех, которые совсем недавно атаковали Дарина.

Куда они так стремятся, было очевидно, как и то, что спешат они туда не на помощь моему злыдню, а наоборот. Но в этом был и положительный момент — я теперь знала, в какую сторону идти.

И мы побежали туда же. Было страшно, но за злыдня было еще страшнее. Я старалась не думать о том, что могу противопоставить этим воинам. Чудище? Но сможет ли Юда справиться с ними со всеми? Я не была в этом уверена, поэтому просто надеялась на то, что удастся что-то придумать.

Мы добежали к развилке, и снова встал вопрос, куда дальше. Пока я размышляла, со стороны правого коридора снова послышался топот. Мы с Юдой и Чернышом немедленно спрятались за ближайшей дверью, к счастью, никого не потревожив. Мчались снова наемники. Из правого коридора они свернули не в левый, а туда, откуда мы пришли, поэтому пробегали они непосредственно мимо нас, и я могла их хорошо разглядеть. Физиономии у них по-прежнему были сосредоточенные и целеустремленные, но вот внешний вид оставлял желать лучшего. Потрепанные, оборванные, местами даже обгорелые, оружия при них уже не было. Вместо него они нести на руках нескольких своих еще более потрепанных товарищей.

«Неужели, это злыдень с ними такое сотворил?!» — удивилась я, на мгновение загордившись. Тем не менее, вскоре появился червячок сомнения и не давал покоя все время, пока мы добирались до залы. Для этого нам более не требовалось ни указателей, ни провожатых. Стоило свернуть в тот самый коридор, из которого удирали наемники, как нарастающие лязг и грохот подтверждали, что мы движемся в правильном направлении.

Створка двери, ведущей в залу, была приотворена, и я осторожно заглянула внутрь. Помещение кардинально отличалось от того, каким оно было всего только час назад. Вместо хрустальных колонн пол был усыпан стеклянной крошкой, больше половины зала застилали клубы черного дыма, того самого, который напускал хан, когда пытался колдовать.

Злыдень все еще был там. Он был не менее потрепан, чем те, кто только что унес ноги, однако стоял на ногах и по-прежнему держал меч. Впрочем, сквозь дыры в его бывшем когда-то нарядном кафтане блестели кольца кольчуги, как блестели и его красные сапоги.