Прокляты лесной девой (СИ) - Крутень Мария - Страница 64

— Что…. — попытался я выкрикнуть, чтобы узнать, что она здесь делает. Неужели, не сработал портал? Но противники навалились скопом, и пришлось, сжав зубы, отражать атаку. А моя смелая малышка вздумала затеять перепалку с ханом и даже кинула в него какое-то колдовское зелье, заставившее его на некоторое время потерять дар человеческой речи.

— Взять ее! — приказал он своим присным, заморозив показавший зубы коврик, а затем этот пижон вытащил откуда-то зазубренный двуручник и, тяжело пыхтя, накинулся с ним на меня. Неужели, в его арсенале не нашлось что-нибудь более подходящего для его телосложения и возраста?!

Впрочем, махал он им недолго. Заноза снова принялась кидаться в него зельями — все-таки побывала у своей бабки! — и в итоге превратила его в мышь, которую тут же съел неизвестно откуда взявшийся кот, очень похожий на того, что был моим проводником у Яросельской.

— Молодец, Черныш! — радостно воскликнула мелкая поганка, подтверждая мою догадку, а потом кинулась обниматься с отмершим ковриком. А я?! В конце концов, я ей муж или неизвестно кто?!

Наверное, что-то такое было написано на моем лице, так как два оставшихся не у дел тририхтца побледнели и с криком «А-а-а-а!» умчались прочь.

Я развернулся к занозе. Она смотрела на меня блестящими глазами, и я позабыл про свои вопросы, недовольство, вообще, обо всем на свете.

— Моя жена!

— Ты знаешь?!

— Ты рада?

— Да!

Как я по ней скучал! Мы исступленно целовались, сжимая друг друга в объятиях все крепче и крепче. Я даже начал жалеть, что в процессе драки были порушены все колонны, а хрустальные гробы исчезли вместе с наколдовавшим их ханом, так как уставшие ноги не держали, а все остальное, наоборот, возбудилось донельзя от близости такой горячей и податливой, самой желанной на свете занозы.

— Грум-грум, — вмешался в нашу идиллию ходячий коврик, про которого я и забыл. Вот почему он не исчез вместе с черным колдуном?!

— Ой! — выдохнула Катрина, видимо, тоже позабыв, где мы находимся. — Наверное, нам стоит покинуть это место. И побыстрее, — добавила она, как и я, услышав странный гул, доносившийся, казалось, откуда-то из недр замка.

— Ты права, — ответил я, желая немедленно, подхватив на руки жену, покинуть замок, Тририхт, и очутиться с ней где-нибудь, где никого, кроме нас не будет. При этом, правда, меня не покидало ощущение, что я забыл про что-то очень важное, но про что, вспомнить не удавалось.

Взявшись за руки, мы с Катриной направились к так и оставшейся открытой нараспашку двери, где нас уже поджидал чем-то обеспокоенный кот. Хмурый вид, шерсть дыбом, недовольное шипение — вестимо, что после того, как проглотил целого хана, и не такое может быть, но оказалось, что дело было в другом. Гул нарастал и вскоре превратился перестук, напоминающий очень быструю барабанную дробь. Держа занозу позади себя, я обеспокоенно выглянул в коридор. Странный звук, казалось, шел справа.

— Что там? — мелкая пыталась сначала, подпрыгнув, заглянуть за мое плечо, а потом протиснуться под рукой, напоминая мне о необходимости поскорее очутиться с ней подальше от этого места и там, где мы будем только вдвоем.

— Кто-то бежит, — ответил я. Перестук, действительно, больше всего напоминал топот маленьких ножек.

— Может нам тоже? — обеспокоенно предложила Катрина.

— Угм-угу, — согласился с ней коврик. Мне, признаться, тоже было не по себе, но стоило сделать два осторожных шага за дверь, как пришлось уже бегом возвращаться обратно.

Из-за поворота, который делал коридор, в нашу сторону хлынула черная, с огненными всполохами волна. Я сначала, было, подумал, что это какое-то освободившееся порождение магии хана, и, как оказалось, не совсем ошибся. Это были грызуны, серо-черные с рыжими подпалинами, те самые, которые недавно были монстрами, бившими друг друга дубинками и лопавшими выращенный тририхтскими крестьянами овес. Теперь они вернулись к своим данным природой, а не ханом, размерам и лишились дополнительных конечностей. Наскакивая друг на друга, изредка издавая недовольный писк, толпа грызунов сосредоточенно и очень быстро пробежала мимо нас по коридору, словно кем-то или чем-то подгоняемая.

— Пгрм-пгм! — их родственник, почему-то не потерявший ни клыков, ни шипов, ни размеров, настойчиво предлагал следовать за его собратьями. То ли это был наш собственный страх, то ли передался нам от пробежавшего мимо стада, тем не менее, он подгонял нас уходить быстрее. Однако видимо, мы слишком долго терялись в размышлениях и мялись, вместо того, чтобы поддаться инстинктам, поэтому и не успели.

— Вам не уйти! — прошипело существо, показавшееся из-за поворота вслед за хомяками.

Я с удивлением признал в нем толстяка в рясе, прислуживавшего хану, вот только выглядел он как-то странно.

— Тарсий?! — удивилась Катрина, но тот расхохотался, и, казалось, от звука его голоса вздрогнули даже стены. Толстяк совсем не по-человечески запрокинул голову и из-под капюшона его рясы показались совершенно красные, горящие огнем глаза. — Демон?! В него вселился демон! Бежим!

И мы, наконец, отмерли и побежали, а за нами последовал все такой же нечеловеческий хохот.

— С-смертным не уйт-ти! — шипело демоническое создание, для которого, казалось, не стоило большого труда следовать за нами.

Хомяков давно уже след простыл, и мы бежали сами по себе, сворачивали в пересекающиеся коридоры, сбегали вниз или поднимались вверх по лестницам. Демон то ли сам знал устройство замка, то ли имел доступ к разуму захваченного им жреца, так как доставшееся ему неповоротливое на вид тело не только успевало за нами, но и иногда выскакивало нам наперерез, вынуждая поворачивать, сворачивать, и снова бежать.

— Вот тебе! — заноза бросила в него очередную склянку с бабушкиным зельем. Демону они были как комариные укусы, тем не менее, ненадолго задерживали. — Последняя была! — посетовала мелкая, тяжело дыша. Неудивительно, учитывая, что мы петляли по замку, ища выход, уже второй час. Не то, чтобы я рассчитывал, что стены замка удержат демона. Нет, рассчитывать я мог только на свой меч и на Бурю, которого хотел призвать, чтобы он унес подальше Катрину, пока я разбираюсь с демоном или, что вернее, тот со мной. О том, что смогу одержать победу в этой схватке, я и не мечтал, поэтому желал отослать занозу под защиту ее бабки, авось к той демон не сунется.

— Жаль, что больше ничего нет! — Катрина снова проверила свои карманы и, ничего в них не обнаружив, вдруг скинула свои туфли и по очереди метнула в демона.

— Ты что?! Зачем?! — вскинулся я в недоумении, но она лишь отмахнулась:

— Все равно натерли, — и сделала вид, что кидает в толстяка чем-то еще — магия?! — но тот лишь забурлил и снова расхохотался.

— Убирайся прочь, черное создание! — так хотелось тоже в него чем-нибудь зашвырнуть — ведь он просто издевался и играл с нами, загоняя в угол — но у меня никаких зелий или магических снарядов не было. Я проверил карманы и обнаружил всего лишь старый сморщенный гриб, который подарила мне белка.

— Чтоб тебя! — кинул я его в нашего преследователя для того, чтобы хотя бы отвлечь демона на секунду, за которую мы могли бы свернуть на развилке, но тот внезапно вспыхнул. Демон заорал одновременно человеческим и нечеловеческим голосом, крутясь на месте подобно волчку. Тело жреца с него срывало клочьями, обнажая всасывающую в себя весь свет тьму.

— Бежим! — я внезапно осознал, что мы стояли и как завороженные наблюдали за тем, что происходило с демоном, вместо того, чтобы нестись от него прочь. Подхватив уже совсем уставшую Катрину на руки, я помчался вслед за котом и ковриком.

— Мяур! — кот решил взять лидерство в этом забеге — то ли чутьем, то ли просто учуял запах пробегавших по этому коридору хомяков — и вывел нас к дверному проему, ведущему во двор замка. Раньше этот проем, скорее всего, закрывала крепкая дубовая дверь, но теперь вместо нее пространство вокруг устилали разного размера и степени прогрызенности щепки.