Когда следы ведут в зазеркалье… (СИ) - Крутень Мария - Страница 39

Всё остальное — допросы и задержание — уже было делом профессиональных следователей, которым Клэр только осталось передать все накопленные материалы дела.

Напарника своего она с тех пор больше не видела — тот не появился ни в своей комнате, ни в университетском лазарете. То ли его дела были настолько плохи, то ли не по чину была койка в шестиместной палате герцогскому наследнику. Встреча состоялась только через неделю, на реально случившемся злосчастном приёме у императора, который им предсказывал рыжий. Впрочем, торжественных речей перед сотней придворных и приглашённых аристократов или, хотя бы, университетских сокурсников не было. Дело артефакторов — как его назвали — сразу же засекретили, поэтому и обстановка приёма проходила в атмосфере чрезвычайной секретности.

Якобы вызвав девушку в БоРЗ для сдачи практики, магистр Остершарф провёл её оттуда через служебный портал во дворец, где в небольшой приёмной их уже поджидали герцог Валорайет с сыном и пара советников самого высокого ранга, которых, впрочем, ей не представили. Бывший напарник увлечённо изучал отделку помещения, остальные же не обошли Клэр вниманием и сразу же скрестили на ней свои взгляды. Не успела она занять какую-нибудь более укромную позицию, например за стоящей рядом с окном вазой высотой в человеческий рост, а шириной раза в два больше девушки, как в приёмную практически влетел Его Императорское Величество в сопровождении нескольких офицеров охраны. Кивнув всем присутствующим в ответ на подобающие приветственные поклоны, он тоже остановил свой взгляд на Клэр, да так и замер на пару мгновений. Тотчас же почувствовав себя неловко под этим взглядом, а ещё хуже оттого, что в лопатки ей упирался другой, куда более злой взгляд, девушка всё же нашла в себе силы не смутиться и гордо выпрямиться.

— Я и не предполагал, что Касандира Соторьена выросла такая очаровательная дочь, — ни с того ни с сего начал Его Императорское Величество, а ведь собрались они здесь совсем по другому поводу!

— И умница, и красавица, и уже успела проявить такую заботу о благе Тиринта! — продолжал разливаться соловьём император, видимо, не разделявший своё собственное благополучие с благополучием империи. Хотя, в чём-то он был, безусловно, прав: у императора до сих пор не было наследника и его внезапная смерть, или того хуже, исчезновение, обязательно бы вызвали смуту. Клэр вдруг вспомнила, что Его Величество всего только полтора года назад женился в третий раз — первая его жена погибла при загадочных обстоятельствах, а со второй он развёлся после десяти лет бездетного брака — и только обрадовалась, что не решилась два года назад искать у него защиты от отчима, а тому не хватило дерзости посватать её к императору.

Сейчас же она не знала, что делать: с одной стороны, прерывать Его Величество было бы грубым нарушением этикета, с другой, в её лопатках скоро заалеет прожженная рыжим дырка. Положение спас один из советников, напомнивший императору о причине собрания. Тот ввернул несколько хвалебных слов и для рыжего, отметив, что у его главы Службы Охраны Порядка растёт достойный наследник, и вдруг, заявил, что готов выполнить по самому сокровенному желанию отличившихся героев.

— Нет ли чего, что вы бы желали более всего на свете, леди Соторьен? — обратился он с улыбкой к девушке, предполагая, что именно сейчас она должна просить о достойной её награде. Вот он, её шанс!

— Больше всего на свете я желаю служить и дальше на благо империи в качестве следователя в Бюро по Расследованиям в Зазеркалье! — бодро отозвалась она.

— Вот как! — несколько обескуражено отреагировал Его Величество, его советники посмотрели на Клэр с ещё большим интересом, а в её спине, рядом с той дыркой, что сверлил рыжий, появилась ещё одна, прожигаемая уже его отцом.

— Вы слышали герцог? — тем не менее, весьма довольным тоном обратился император уже к главе Службы Охраны Порядка. — Разве не замечательно, когда столь прекрасные молодые леди желают служить на благо Отечества?!

— Я в восторге, Ваше Величество, — сквозь зубы ответил тот, и в его зубовном скрежете читалась пожелание, чтобы молодые леди служили на благо империи в другом качестве и другом месте, но император остался ответом доволен и обратился уже к его сыну:

— А наш молодой герой тоже больше всего на свете желает послужить на благо Тиринта?

— Именно так, Ваше Величество! — ответил тот, оторвав, наконец, свой взгляд от спины Клэр. — Я желал бы немедленно отправиться на службу на границу с Шахаростаном, в Дальзорскую крепость.

— Поразительно! — восхитился император, но не менее потрясенная девушка, в отличие от довольного Величества, ничего восхитительного в ответе рыжего не нашла. И не она одна. Ей отчетливо было слышно, как отец идиота заскрежетал зубами, и спиной почувствовала, что тот с неприязнью уставился почему-то опять на неё, а не на виновника своего недовольства. Впрочем, Клэр могла бы сама многое высказать ослу, по какой-то причине желающему идти на верную погибель, тем не менее, не находила в себе силы, чтобы хотя бы развернуться и на него посмотреть. Всё оставшееся время приёма она стояла прямая как палка, буравя глазами всё ту же заветную вазу, едва слыша вопросы императора и краткие, словно рубленые, ответы рыжего болвана.

«Два года!» — пульсировала у неё в голове единственная мысль.

Служащие крепости подписывали контракт на два года, вот только о том, что домой возвращались не более половины подписавших, она старалась не думать.

Глава 15

Ещё один хмурый осенний день не принёс желанных результатов. Предполагаемого то ли свидетеля, то ли подозреваемого по делу торговца Фильяра всё никак не удавалось найти. Создавалось впечатление, что это почти мифический персонаж, который при этом почему-то знаком многим никак не связанным друг с другом людям, или обладает каким-то магическим чутьём на следователей БоРЗ, изощрённо избегая встречи с ними. И в этот раз, прождав того в таверне, на которую навёл её один из информаторов, несколько часов, Клэр дождалась только известия, что тот именно сегодня решил выехать в Грарг, чтобы навестить то ли клиентов, то ли родственников, то ли просто сбежал. К последней версии Клэр и склонялась больше всего.

По возвращении в родную Контору её обрадовали очередным напоминанием, что, если она не закроет дело до следующего понедельника, то оно станет официальным десятым висяком их отдела, что сулит неприятности всем, но в первую очередь ей самой, которую вот уже второй год считают мозговым центром их группы. Почёта больше — правда, пока только в словах сослуживцев — соответственно, ответственности тоже, но это уже в глазах начальства.

Пройдя в кабинет, Клэр достала материалы дела, чтобы в очередной раз попробовать найти новую лазейку, которая могла бы привести к желаемой разгадке. Изначально дело показалось простым: торговца ювелирными изделиями Фильяра начали регулярно обворовывать. Крали по мелочи: то подвеску, то перстень, то кулон, но едва ли не каждый день. Жандармы допросили и проверили всех сотрудников лавки — не помогло, ювелир вскоре всех уволил — безрезультатно. Безостановочная слежка через зеркало показала, что в лавку никто не проникал, опечатанных замков никто не касался, но украшения продолжали исчезать. Тем не менее, сразу же выяснилось, что следящее зеркало даёт сбои — на несколько минут оно замирало, показывая одну ту же картинку, потом всё возвращалось в норму, но ещё одна вещь исчезала, и дело перевели в БоРЗ. Под подозрение, в первую очередь, попал сам артефакт, то есть тот, кто его изготовил. Мастера — артефактора взяли, само зеркало сменили на другое, изготовленное в конкурирующем артефактном доме, но ничего не изменилось. Новый артефакт также замирал на пять-десять минут, и в это время похищали ещё одну драгоценность.

Дальше действовать решили самыми простыми методами и оставили на ночь в лавке пару жандармов, но те не выдержали всенощного бдения и заснули, а новое зеркало слежение снова дало сбой и, конечно же, вновь была украдена небольшая вещица. На ювелира-лавочника было страшно смотреть: за несколько дней человек из пышущего здоровьем толстяка превратился в жалкое подобие самого себя, похудел, побледнел, а местами и позеленел. Явившись в лавку после третьего по счёту, с тех пор как дело перевели в БоРЗ, дерзкого ограбления, девушка обнаружила ювелира, казалось, в забвении качающегося из стороны в сторону, а, приблизившись, услышала, как тот повторяет одно и то же слово «месть». Это можно было списать на бред начинающего сумасшедшего, но Клэр зацепилась за произнесённое несколько раз слово и начала копать. Просмотрев архив следственного отдела, она вскоре обнаружила искомое: более двадцати лет назад, ещё на заре своей деятельности лавочника, Фильяр проходил по делу о контрабанде. Как можно было ожидать, из Шахаростана вывозились разного рода ценности, которые сбывались конечным покупателям через различные мелкие лавки, одной из которых и была ювелирная лавка, принадлежавшая тогда ещё тестю Фильяра. Когда преступную сеть повязали, ювелир отделался штрафом, который за нерадивого зятя заплатил тесть, и условным сроком, который вскоре отменили за активное сотрудничество со следствием. Проще говоря, Фильяр с потрохами сдал всех, кого знал. И вот, прошло двадцать лет и некоторые из тех, кто был тогда осуждён, должны были выйти на свободу.