Вселенная шай-ти (СИ) - Котикова Мария Вячеславовна - Страница 100

- Всего один раз! Маленький! - возмутилась Соня, но в глазах у нее устроили пляски черти.

- Да-да, но ведь был же?

- Один раз!

Ашай в ответ только рассмеялся, запрокидывая назад голову и открывая горло в пушистом меховом вороте верхней одежды. Соне нестерпимо захотелось прижаться к нему губами и пересчитать пульс.

- Соня, - резко замолк Тай-до-рю, - я же прекрасно все слышу.

- Вот и мучайся, - ехидно отозвалась Соня, стараясь, чтобы не подвел голос. - И вообще, все уже на столе.

- Это очень жестоко, мой свет, - произнес Ашай, принимая скорбный вид и чуть ли не складывая руки на коленках. Мол, посмотри, какой я хороший и примерный! Ашай за последние недели сбросил добрый десяток лет, а то и не один. И теперь ее тьма добирала то, чего ему так не хватало: свободы чувствовать и не оглядываться через плечо.

- Ай, Ашай, отпусти меня!

Ашай забрался ладонями Соне под кофту - зазевалась, пропустила момент, когда следовало вокруг стола обойти, а теперь из его объятий не выбраться, хоть ужом извернись. Девочка поежилась от пробежавших по спине мурашек, вжала голову в плечи…

- У тебя руки холодные…

- Согреешь?

- У меня есть выбор? - радостно-удивленно спросила Соня.

- Я думаю, что все-таки нет.

- И вот так всегда.

Поцелуй был медленным и вдумчивым, со спрятанными в уголках губ улыбками и непроизнесенными словами. Им обоим хотелось смеяться, и смех этот вибрировал в горле, теплой волной растекаясь по телу.

А потом Ашай встал, усадил Соню в кресло и ушел мыть руки. Словно ничего и не произошло, и поцелуй, и руки под кофтой ей просто приснились.

Соня не могла понять, чего в ней сейчас было больше: щемящей в груди нежности или детского разочарования - когда точно знаешь, что конфеты в шкафу есть, но до праздника тебе ни одной не дадут.

- Я же говорю, как всегда, - философски пожала плечами Соня и начала открывать коробочки с едой, прислушиваясь, как Ашай в ванной плещет водой в лицо, смешно отфыркиваясь - словно кот какой, родственник Графа.

- Чем ты недовольна, мой свет? - поинтересовался через минуту Ашай, останавливаясь в дверях и окидывая комнату взглядом в поисках полотенца.

- Ничем. Но ты бессовестный инопланетянин, - кинула в него искомым куском ткани Соня. - Потому что после обеда ты обязательно потащишь меня в горы, где уходишь вусмерть, и к ночи я буду амебой. Тут-то ты и сможешь творить со мной все, что пожелаешь.

- Хорошее предложение, - воодушевленно кивнул Ашай, усаживаясь прямо на пол, и утащил с блюда пальцами кусок рыбы. - Даже лучше моего! Я всего-то хотел предложить посидеть дома и музыку послушать, но если ты хочешь гулять…

Соня ненавязчиво пододвинула к его локтю салфетки.

- Полностью поддерживаю твое предложение. Оно мне нравится намного больше, чем собственное. А погулять и завтра можно.

- Нет, завтра нельзя, - возразил Ашая, пододвинув к себе салат. И Соня поспешила протянуть ему палочки: так и будет ведь руками есть! Оправдывая все давней традицией, которой не одна тысяча лет.

- Палочки возьми! - а потом она уточнила, - почему нет?

- Свет мой, так же невкусно, - но Тай-до-рю заметил предвещающий обдирание ушей взгляд и поспешил исправиться: - Вернее не настолько вкусно, как могло бы. А гулять нельзя, потому что наступят Дни Темноты.

- Это ваши суеверия, да? - порылась в собственной памяти Соня, понимая, что шашлыки откладываются. - Когда открываются какие-то двери, и живым лучше не ходить без защиты?

- Они самые, - подтвердил Ашай. - Конец года. А про суеверия - так и ты тоже глядишься в зеркало, если что-то забыла, и я не говорю, что это глупость.

- Глупостью я ваши дни не назвала, не надо! Просто… Сколько же нам дома сидеть? Дней десять?

- Двенадцать, - поправил ее Ашай.

- И что мы делать будем? Если на улицу нельзя выходить?

- Нельзя только первые пять дней, потом можно, - утешил Соню Тай-до-рю. - А делать - да мало ли тут дел? Придумаем что-нибудь. Тем более…

-… что Фенх велел нам спать, отдыхать и ни о чем не думать. И даже фильмы прописал смотреть об одной только дикой природе. А я исторические хочу!

- Значит, будем смотреть и то, и другое, и еще что-нибудь о других планетах, - вынес вердикт Ашай.

- И разберем комнату твоих бабушки и деда?

- И я расскажу тебе все, что вспомню о них.

- Хорошо.

Соня еще несколько секунд посидела, погруженная в собственные мысли, а потом спохватилась и тоже потянулась за едой. Ей вроде и не особо хотелось есть, но надо было, да и за компанию жевать было всяко веселее, чем в одиночестве.

- А неплохо рыба получилась, кстати. Я думала, хуже будет…

- Я рад, что у тебя хорошее настроение и тебе здесь нравится, - вдруг совершенно серьезно произнес Ашай, оторвавшись от тарелки. - Мне это очень важно.

- Я знаю, - Соня наградила свою тьму удивленным взглядом: мол, с чего ты вдруг о таком заговорил? - Да и как здесь может не нравиться, когда тут настолько хорошо? И стены теплые, защищают.

- Моя махара не особо любила этот дом…

- Она у тебя вообще никого и ничего не любит кроме себя, извини уж, если не то сейчас сказала. А то, что ты скоро перестанешь быть Тай-до-рю - для нее самый страшный удар, который вообще можно придумать.

- Наверное.

Он отложил в сторону палочки, поставил локти на стол и устроил голову на сцепленных ладонях. Соня тяжело вздохнула.

- Я снова тебя расстроил?

- Да нет, просто грустно от понимания, что мама может так относиться к собственному ребенку. Ты же не вещь какая, чтобы тебя на полку поставить и всем гостям ею хвастаться! - когда-нибудь Соня все-таки спустит махару Ашая с лестницы. Чтобы та больше не приходила и не травила ее тьме душу. Явилась ведь перед отъездом… Правда, что там был за разговор, Соня не была в курсе: на лестнице столкнулась, когда с занятий возвращалась. Но по настроению своей тьмы девочка и так поняла, что ничего хорошего Ашаю не сказали. - Но, думаю, тут вряд ли можно что-то сделать…

-Атли-э вполне устраивает ее реальность, мой свет, - указал Ашай, вставая из-за стола и начиная греметь посудой за спиной у Сони. - И я, таким какой есть, в нее не вписываюсь, даже стоя на голове.

- И почему я не удивлена? - фыркнула Соня и откинулась назад, опершись на руки. - А по поводу этого дома… Ей здесь должно быть очень тесно и холодно. Ровно настолько, насколько нам хорошо и свободно. Она, кстати, еще не начала жаловаться Ильди на твое “несправедливое” будущее увольнение?

- Насколько мне известно, нет, - ответил Ашай, ставя на стол их общую с Соней чашку. А потом уселся позади Сони, обняв ее. - Да и новая Тай-до-ко не подпишет ни одно ее прошение или жалобу.

- Ты не пожалеешь? Потом?

Чай в этот раз оказался горьким и терпким, как лекарство от кашля. И таким же темно-зеленым, густым и вязким.

- Мне не о чем жалеть, мой свет. Совсем.

- А… вдруг?

- Я за последние месяцы очень сильно разочаровался в своей работе, - успокаивающе, мягко произнес Ашай. - Да и, если говорить начистоту, наука и инженерное дело всегда были мне ближе, чем война и бумага.

- Тогда почему ты стал Тай-до-рю?

- Не знаю… - как-то очень потеряно отозвался Ашай. - Сколько не думаю, а причины найти не могу. Я ведь собирался идти по совершенно иному пути, но после смерти деда почему-то изменил это решение.

Соня закусила губу: она уже знала, что когда-то Ашай мечтал создавать самые лучшие, легкие и быстрые космические корабли. У него до сих пор весь сарай был забит микросхемами, чертежами и моделями.

- Раньше ты говорил, что это для того, чтобы найти меня, - осторожно произнесла девочка. - Что должность Тай-до-рю гарантирует тебе свободный доступ к ресурсам и огромный простор для маневра…

- Соня, я не мог такого сказать! - нахмурился Ашай. - В этих словах нет логики!

- Но ты говорил.

- Говорил…

Он замолчал, а Соня подумала о Совете старых родов и о том, что когда-то его члены решили судьбу Тай-до-ко. А теперь ей пришла в голову мысль - и девочка совершенно не удивилась бы окажись она правдой! - что и Ашая. И многих-многих других, кто стоял у власти.