Я твой кислород (СИ) - Путилина Маришка - Страница 121

— Он лжет. Я найду, — стал бегать по комнате Ямач, ища выход, но они в западне, сразу видно.

Мое сердце пропустило удар. Выбор мне теперь ясен, но я все равно неотрывно смотрела на происходящее, впитывая в себя ту боль, как будто сама выбирала. Таймер включился и я вспомнила. Свадьба Сейхан. Дядя думал, что Азер похитил нас и ставил условия, но я уже знаю, что он этого не делал. Не знал даже об этом. Тимсах и Юджель были за стеной и именно Юджель, произнес условие.

Дедушка расставил руки в стороны и я осознала, что вот он принял решение. Решил сам стать жертвой, но не осознавал, что тем самым сделает Ямачу только хуже. Дядя заплакал, покачивая головой.

— Давай, сынок. Сделай это ради семьи. Сделай, лев мой. Защити семью. Давай сынок, доставь мне гордость. Покажи, что ты мой сын.

— Нет, — будто умолял дядя, руку державшая пистолет сильно тряслась.

— Подари мне потомство, прошу. У меня есть Караджа, Акын, Идрис. Но мы очень много потеряли. Поэтому. Род Идриса Кочовалы не иссякнет и вновь покажет миру.

— Отец, я не смогу этого сделать, — уже ненормальным голосом, говорил Ямач.

Краем глаза я посмотрела на Макбуле, которая с торжеством, удовольствием смотрела на то, как страдают мои близкие. Она причастна к этой постановке.

— Давай вместе умрем, — предложил Ямач.

— Нет, сынок, нет. Вы будете жить и отомстите за меня.

Ямачу стало не хорошо, он стал реветь и стал говорить тоже самое. Дедушка не выдержал и выстрелил ему за спину, стреляя по телевизору.

— Поднимай свое оружие или умри, — закричал он. — Либо я защищу семью, либо ты. Выстрели или умри. Поднимай, сынок. Давай.

Я провела руками по лицу, мои руки тряслись, как у Ямача. Он нажмет. Дедушка вынуждает. Осталось совсем немного секунд. Дедушка стал читать молитву, а у меня на глазах образовались слезы и я учащенно захлопала ресницами, чтобы они исчезли и я не показала слабость. Я сильная, но когда Ямач поднял пистолет, не переставая реветь у меня вновь в висках заболело. Правда страшна. Таймер перешел в реальность. Все сошлось и я перестало воспринимать окружающий мир, дотронувшись до висков, чтобы заглушить боль. Как же больно! На моих глазах дядя вместе с дедушкой выстрелил и я сильно вздрогнула, как от тока. Нет, не может быть. Дедушка стрельнул в стену, а дядя в него. Тело дедушки стало опадать и Ямач поспешил к нему, положил мертвое тело себе на колени. Дедушка умер с улыбкой на лице. Как будто выполнил свой долг.

— Можете принести одеколон? — попросил Ямач, не осознавая, что убил отца. Вот из-за чего он сошел с ума. Смотрит на отца и не понимает, что он труп.

Мне это удалось тяжело, но я сделала глубокий вдох, прикрывая глаза, лишь бы не смотреть на это. Макбуле же даже не думала давать мне передышки.

— Красивый лабиринт, не правда ли? Я заказала этот объект втайне от Эфсун, а она лишь щедро дала сумму, просто узнав, что таким образом мы отомстим. Юджель тупой, поэтому и попался на вашу удочку, но я так просто не сдамся. Даю тебе пару дней, чтобы прийти в себя, чтобы приготовится к своей смерти и смерти своего брата. Как вы искоренили мой род, я отплачу тем же, не так изыскано, как Юджель, зато моментально. Нельзя играть со своей добычей, но ваша семья и Юджель не помнят об этом. Держи, — со стуком на стол упала связка ключей и убрав руки от лица, я взглянула на них.

— Что это?

— Ключи от лабиринта. Сходи на экскурсию, прочувствуй на себе, прежде чем встретится лицом со смертью. Я даю тебе эти несколько дней, потому что ты проявила сострадание к моей внучке и она умрет из-за своей слабости. Поддалась искушению и пригрела змею на своей груди в виде твоего дяди. Что же враги в вас находят? Махсун, Чето, Азер, Эфсун…

Если трое из них мне были известны, то одно оставалось для меня загадкой. Я еле отходила от увиденного и хрипло спросила:

— Какое имеет отношение Чето к этой цепочке?

— А ты не знаешь, девочка? — развесил вопрос бабульку. — Твоя мать ходила частенько к нему, когда вы сбежали, как трусы из своего драгоценного Чукура. Ходила и зарабатывала деньги, чтобы вас прокормить и обезопасить себя от Черных ягнят. Легче не станет, Караджа, но я позабочусь о том, чтобы ты испытала намного больше. До встречи, Караджа или же дикая роза.

На трясущихся ногах я встала и подхватив ключи, не выдержала и покачнулась, но смогла выстоять. Услышала хмыканье женщины и появились силы идти дальше. Я должна посмотреть на то место, которое забрало у меня двух дорогих мне людей: дедушку и дядю. Да, Ямач теперь навсегда стерся и передо мной раз за разом будет появляться совсем другой человек. Могу ли я его винить? Имею ли право?

Выйдя из дома я упала на колени, а охрана подхватила меня под руки, помогая встать. Как же больно.

— Госпожа Караджа, пройдемте, — убеждал меня человек, работающий на дьявола. Шутки закончились.

Меня силком затолкали в машину и я наконец-то прикрыв лицо руками разревелась, как девчонка, горькими слезами. За что мне это все? Почему именно я родилась в семье Кочовалы? Меня просто взяли, бросили на землю и раскатали катком. Мне больно, везде боль повсюду и я не вижу спасения. Заранее мы были обречены на смерть, когда дедушка построил район и назвал его ямой, которая реально засасывает всех, кто там имеется. Дедушка разрушил все сам, заставил мучится своих детей, внуков, жену и спасся, умирая, но почему же мне от этого не легче? Почему я ненавижу его? Я хочу его ненавидеть! Хочу! Если я стану его ненавидеть, то перестану страдать, мои муки закончатся.

Машина остановилась и я нерешительно приоткрыла дверь, чуть ли не выползая. Схватившись за кулон, неровным шагом направилась к одноэтажному зданию, ключи в другой руке громко звенели, а мои головные муки вновь атаковали меня и я рухнула на колени, но все же уперлась руками в землю и стала ползти. Мне нужно туда добраться. Дедушка… Слезы брызнули из глаз и я всхлипнула, останавливаясь и падая всем телом на землю. Не надо. Хватит. Не делайте. Стукнув по земле кулаком, я собралась и встала резко, но вновь пошатнулась, но звенящие ключи заставляли делать шаги. Испытаю. Мне нужно зайти внутрь. Я обязана, чтобы спрятать от всех. Люди зло, любимые люди предатели, мир жесток. Остановитесь и дайте передышку, голова закружилась, но вот дверь и я облокотилась одной рукой на нее, а другой стала открывать замок. Рука тряслась жутко, я не попадала в замочную скважину и прикрыла сильно глаза, замычав от досады. Соберись, одна лишь дверь Караджа. Одна. Ты справишься, единственная, кто справится.

Стоило замку поддаться, как я чуть не упала, когда она открылась и я открыла глаза, сделав шаг вперед. Меня встретил монитор телевизора на котором я встретила бабушку, но картинки стали сменять друг друга и я видела наши разные реакции на похищение. Дотронувшись до стены, шла дальше, озираясь по сторонам и наблюдая как будто со стороны, но нет, теперь же я в реальности и нельзя проснутся. Правда страшна, вновь опять прозвенело и я покачнулась, ударившись головой о стену, но не помогло. Не чувствовала ничего, кроме боли, огня внутри, который нельзя остановить. Невозможно. Благодаря кому? Моей семье. После того, как я сама призналась самой себе, то задрожала от рыданий и как раз зашла в середину, где села на то место, где был убит Идрис Кочовалы, своим сыном Ямачем Кочовалы.

— Дедушка, — дрожащими руками я провела по земле, прикусив губу. — Зачем ты так со мной? С нами? Мне плохо, дедушка. Очень. Из-за тебя мне плохо и Ямачу тоже. Мы прокляты, да? Прокляты?

Не удержавшись, я собрала землю в ладонь и поднеся к лицу, поцеловала, еле прикоснувшись сухими губами. Отстранившись, спросила у земли, как будто разговаривала с дедушкой:

— Не проходит, дедушка. Не все решается поцелуями, но ими разрушается, верно? Человек из ямы не может полюбить, верно? Но именно поэтому ты дал мне имя Караджа! Меня назвал почвой той самой ямы, дедушка, — затряслась я, крича и отпуская землю, приоткрыв рот и вновь рыдая. — Я не хочу больше, честно. У меня душа горит из-за семьи, сердце из-за Азера, а в легкие как будто залили расплавленное железо. Я больше не живая, дедушка — я труп. Благодаря тебе. Осталось только похоронить.