Горечь рассвета (СИ) - Манило Лина - Страница 71

— Марта, слушай, что нам делать? — оказавшаяся рядом Ингрид кричала в самое ухо, тормоша за худое плечо. Марта не чувствовала ничего, только животный страх и острую боль в сердце. Что делать, если Роланд не вернётся?

— Я не знаю, — раздраженно ответила Марта, резким движением смахивая руку Ингрид. Ей не нравилось, что её отвлекают от созерцания бушующего пламени, из которого в любую секунду, она верила в это, мог показаться знакомый силуэт. Единственное, чего она желала — чтобы все было по-другому. Она хотела, чтобы огонь погас, а из него появился живой и счастливый Роланд, а один или с Айсом уже неважно. — Отстань от меня, в конце концов.

Из раздумий вывел крик Ланса, снова призывающий на что-то смотреть, хотя Марта и не желала ни о чём слушать. Но Ланс схватил её в охапку, поваливая на землю.

В следующую секунду с неба упала большая белая птица.

* * *

За несколько минут до падения Изабель все-таки нагнала того, кого так сильно ненавидела. Ворон, гораздо больше и сильнее её, раскрыл крылья и завис в воздухе.

«Я ненавижу тебя, ты должен сдохнуть», — пыталась закричать Изабель, но голос не слушался. Но ворон, кажется, понял её, потому что в следующее мгновение она услышала его голос у себя в голове:

— Знаешь, дорогая моя, я вовсе не против такого исхода, но ты не в силах меня убить. Всё, что ты получила в наследство от меня — умение превращаться в птицу и разрушающую ярость. Но ты всё также уязвима, как и раньше. Извини меня, я не был тебе хорошим отцом. Мне никогда уже не стать хорошим, но я не хотел, чтобы так вышло. Но они сами виноваты в том, что всё так обернулось и теперь им за это отвечать. Не мешай мне, не нужно — тебе не суждено ничего изменить, милая наивная девочка.

Длинная, словно игла, молния, рожденная где-то в недрах небес, пронзила Изабель, разрывая сердце. Одна мысль пришла ей в голову во время последнего полета: «Я же совсем ещё не жила. Зачем всё это?» Но сознание затухало, пока полностью не погасло. Рухнув на землю, она уже не чувствовала боли. Мир наконец-то отпустил её.

* * *

— Нет, нет, только не это, — закричал Ланс, подползая к упавшей птице. Несколько секунд потребовалось на то, чтобы она снова стала той девушкой, которую он полюбил. Исчезли белоснежные крылья, а вместе с ними, кажется, и все её печали — сейчас она была как никогда прекрасна. Ланс, взяв на руки хрупкое тело, сжав его в последних объятиях, сидел, покачиваясь из стороны в сторону и тихо плакал. Он плакал обо всем, что могло ещё случиться в жизни, о том, что никогда уже не сможет произойти.

В разорванной земле, в её многочисленных ранах кипела лава — красная и обжигающая. Ланс, всё еще держащий в объятиях ту, что подарила ему в жизни новый смысл, не задумываясь ни секунды, шагнул в огненно-красный провал. Барнаби горько взвыл и камнем рухнул вниз, пытаясь нагнать своих хозяев. Земля поглотила их в один миг, вычёркивая из списка живых. И даже память о них сотрётся, как бывало уже миллионы раз до этого с другими.

— Нет! — закричала Марта и закрыла руками лицо. — Этого не может быть! Что же творится?

Джонни, сжав кулаки, смотрел на красное солнце.

Со смертью Изабель камнепад прекратился, а земля перестала множить трещины. Но кровавое солнце всё также светило, а огонь, бушевавший там, где ещё совсем недавно стоял Айс, не унимался. Чёрный ворон парил над землей.

* * *

Время шло, а Роланд так и не появился. Марта, уставшая ждать, шокированная гибелью троицы, не выдержала.

— Я пойду туда, потому что не могу так больше, — проговорила она, поднимаясь.

— Куда ты пойдешь, дурочка? — закричала Ингрид, хватая Марту за руки. — Ты не должна так рисковать.

— А если они погибли? — Марта обвела встревоженным взглядом огромных чёрных глаз оставшихся в живых товарищей.

Джонни подошёл к той, которую любил, словно она была ему сестрой, что не подарила ему природа, но преподнесла в дар судьба, и обнял. Крепко сжимая Марту в объятиях, прошептал ей в самое ухо:

— Марта, иди и никого не слушай. А мы пойдем следом, потому что должны хоть раз в жизни сделать что-то стоящее. Мы пойдем туда и постараемся их спасти. Хоть кого-то в этой жизни постараемся спасти.

— Ингрид, ты пойдешь с нами? Без тебя мы, боюсь, не сможем обойтись.

Ингрид несколько секунд с тревогой смотрела на своих товарищей и медленно кивнула.

— Да, пойду — не надейтесь от меня избавиться.

Джонни засмеялся и протянул Ингрид руку, которую она без колебаний приняла.

— Знаешь, Ингрид, только сейчас я по-настоящему понял значение слова «поздно».

Ингрид, смутившись его взгляда, который рождал в её душе незнакомое чувство тепла и радости, на секунду закрыла глаза. Она тоже поняла, что значит «поздно».

* * *

Сквозь огонь сложно что-то рассмотреть, сквозь испепеляющий жар невозможно что-то почувствовать.

— Роланд, Роланд, ты где? — кричала Марта, задыхаясь от дыма и пытаясь закрыться от него тонкой ладонью.

Огонь, кольцом охватывал землю, оставляя нетронутым небольшой участок. Пробравшись сквозь жаркое пламя, странным образом переставшее обжигать, она увидела сидящего на земле Айса.

— Ко мне прилетал ворон, только что, — проговорил он, глядя на Марту. Ингрид и Джонни стояли сзади, держась за руки и напряженно вглядываясь в его лицо. Что-то изменилось во всем его облике, только они никак не могли понять, что именно.

— И что? Что он от тебя хотел? И где Роланд? — в панике закричала Марта, озираясь по сторонам.

— Его больше нет, — тихо проговорил Айс, и странная улыбка тронула его изящно очерченные губы.

Несколько долгих секунд длилось молчание.

— Как это нет? — не выдержала Марта, медленно оседая на землю, не в силах удержать в раз обмякшее тело на слабых ногах. — Где он? Что вы с ним сделали?

Ингрид, до которой, наконец, дошёл смысл слов Айса, вскрикнула, закрыв лицо руками.

Айс ничего не ответил, а только лишь махнул рукой куда-то за спину.

— Что там? — спросил Джонни охрипшим голосом. В голове его стоял туман, а окружающий мир вертелся и плясал перед глазами.

Но Марта не стала дожидаться ответа — она, превозмогая слабость и отчаяние, ползком кинулась туда, куда указывал Айс.

Роланд лежал на земле, одежда его сгорела почти дотла, но тело каким-то образом не тронуто огнем. И если бы Марта верила в чудеса, если бы жизнь не била её под дых столько раз, она бы подумала, что он просто лежит и смотрит своими прекрасными глазами в свинцовое небо. Но грудь его не вздымалась, а взгляд замер навсегда. Марта, вскрикнув раненым зверем, упала на грудь того, кого она так надеялась ещё увидеть живым.

— Что произошло? Отвечай! — Джонни подбежал к Айсу и, рухнув на колени, пытался рассмотреть хоть что-то в ледяных глазах.

— Ко мне прилетал ворон, — всё таким же бесцветным голосом, глядя куда-то вдаль, проговорил Айс.

— И что?

— Он отдал мне свой дар. Он всё-таки сделал это, — медленно проговорил Айс и рассмеялся. Он смеялся долго, и безумный его смех разлетался на сотни километров кругом. — И теперь я бессмертный. Вот же прелесть, да? Я бессмертен в умершем мире. Не знаю, бывают ли на свете наказания хуже.

Джонни отпрянул он Айса и подбежал к рыдающей Марте.

— Марта, я не знаю, что делать — Айс сошёл с ума. Он точно обезумел.

— Знаете, друзья, не пойди вы тогда за мной, ничего бы этого не было! Я бы провел Марту в безопасное место и вернулся. Ничего бы не рухнуло — мы бы жили в новом цветущем мире, и всё, наконец, стало хорошо! Но вы попёрлись за мной!

Говоря это, Айс начал медленно подниматься на ноги. Его синие глаза горели огнем безумия.

— Эй, Айс, притормози, — испуганно вскрикнула Ингрид. — Что ты удумал?

— Роланд уже поплатился за всё. И Генерал наш поплатился — отдав мне свой дар, он снова стал уязвим. И я убил его, — Айс махнул в сторону, и ребята заметили кровавое месиво, что осталось, по всей видимости, от Генерала. — Но первым я убил Роланда.