Рожденный на гильотине. В свете ночи... (СИ) - Литвинова Ирина А. - Страница 13

Ориония… Его первая влюбленность. Как, собственно, и он у нее, с той лишь разницей, что до сей поры он оставался для нее единственным намеком на великое чувство. Их чувства вспыхнули внезапно, когда лихая бандитка уже собиралась распороть брюхо незадачливому зазевавшемуся путнику, непонятно что забывшему на ее земле и крадущемуся по тайной трапе в сторону столицы дивных… когда Его Высочество наследный принц Веридорский уже готовился к роковому удару, который без сомнения унес бы жизнь дерзкой девчонки, сбившей его с ног по большей части благодаря неожиданности нападения… Не раз они, смеясь, спорили, кто бы первым пустил в ход клинок, но к единому мнению так и не пришли. Как бы то ни было, двое одиноких путников, словно сговорившись, выпустили рукояти кинжалов и одновременно подались навстречу друг другу, чтобы испробовать вкус первого поцелуя…самого, кстати, целомудренного за всю принцевскую карьеру на любовном фронте. И все их общение тоже. Вспоминая о ней спустя годы, Роланд не мог понять, почему они так и не стали близки. Словно неведомая сила не давала пробиться в его сознание ни одной крамольной мысли о том, чтобы хотя бы поцеловать девушку более страстно, даже когда он пару раз с чисто мальчишеским азартом подглядывал за тем, как она плещется в реке.

Он рассказал ей, что хочет тайком увидеть свою невесту, слушок о сговоре с которой как-то подозрительно часто стал достигать его ушей, а проверить его подлинность было прискорбно некому, ибо сразу двое человек из его постоянной свиты, которым он доверял, как самому себе, в кои то веки сподобились выбить себе заслуженный отпуск у Его Величества и выползти из под кипы документов и груды обязанностей. Ну, как и следовало ожидать, не прошло и полудня с момента, как Рагнар и Рансеваль выехали за пределы дворца, как Его Высочество самым безответственным образом сбежал! А Ориона, в свою очередь, поведала ему о своем "титуле", унаследованном от отца-атамана местных бравых головорезов, и о своей дружбе с Ее Светлостью. Она и провела его тайком в купальню царевны, когда та, ни о чем не подозревая, нежилась в бассейне, блаженно прикрыв глаза. На Арию Его Высочество посмотрел, "товар" похвалил, но безапелляционно заявил, что царевне дивных никогда не затмить "королеву разбойников". Его маленький феникс, с пламенем в сердце и в волосах, один в один таких же, как и у него.

Они наслаждались обществом друг друга еще месяц, ни разу при этом не задумавшись о будущем. Наверное, поэтому они и смогли разойтись так же легко и быстро, как и встретились. Прощаясь, они прекрасно понимали, что, скорее всего, они больше никогда не увидятся, но их расставание сопровождалось только радостью из-за этого чудесного месяца. А может, чувствовали, что однажды им суждено встретиться?

— Так что с Арией? — не выпуская ее из нежных, практически братских объятий, спросил Его Высочество.

— Увы, царевна погибла при очередном карательном рейде армии Отче, — с лица Рони тут же стерлась улыбка, уступив место сжатым в бессильной злобе губам. — Я не успела… я просто не успела! Но я отомстила за нее…

— Помнится, Отче, затеявший геноцид дивных, заживо сгорел со всей своей резиденцией, — как бы между прочим заметил принц.

Ответом ему было только многозначительное молчание.

— Что ж, да замучается его гнилая душонка в Хаосе. Но я все равно не понимаю. Зачем ты приехала ко мне под видом Арии и допустила нашу свадьбу?

— Я не забыла солнечного принца из Веридора и хотела помочь своему хорошему знакомому. Роланд, тебя хотят убить.

Его Высочество не удержался от презрительного фырканья. Вот новость, действительно! Однако Рони не примчалась бы сюда, не будь ситуация действительно серьезной.

— Рассказывай, — принц усадил девушку на кровать, а сам взялся, предчувствуя долгую историю, за бокалы и графин с превосходным вином, приготовленным для высокородных молодоженов.

История не просто оказалась важной, она намекала на скорое раскрытие талантливого заговорщика, от ядов которого принца до сих пор спасало только покровительство Богов! Около недели назад ее нашел человек, скрывающий свой облик так искусно, что через его морок в виде непроглядной тьмы не пробилось даже зрение феникса. Сей в высшей степени подозрительный субъект выловил Рони в захолустной таверне и без предисловий предложил сделку, согласно которой она должна была немедленно отправиться в Веридор под видом царевны Арии и потребовать исполнения брачного договора. Услышав о том, что этот небезызвестный документ был закреплен магией, "королева разбойников" полюбопытствовала, чем же наследный принц так насолил неизвестному, что тот хочет таким подлым обманом заставить Роланда изменить Арии и тем самым подписать ему смертный приговор. Однако заговорщик смог предложить девушке то, от чего она никогда не отказалась бы…

— Он обещал, что я встречусь с отцом! — срывающимся голосом закончила Рони, вскидывая на Роланда глаза, полные слез и надежды.

Его Высочество только тяжело вздохнул. Он не верил, что знаменитый разбойник жив. Легендарная, как ни посмотри, все же личность… Поговаривали, что его и не существовало вовсе, ибо все его похождения гораздо больше смахивали на бредни сказителей под градусом или же наркотическим дурманом. Право, Роланд сам с готовностью поверил бы в то, сей неуловимый неивестно кто с бандитским призванием и мародёрскими наклонностями — всего лишь очередной колоритный фольклорный персонаж, если бы не факт существования его дочери. Сама Рони, между прочим, бывало, месяцами отца не видела. Он никогда не оставался с ней дольше, чем на две недели, всегда исчезал, не сказав ни слова, и появлялся так же неожиданно, но всегда слал ей весточки. Но вот уже семь лет от него не было ни слуху, ни духу. В конце концов, даже "его люди", которые вроде были обычными бродягами и нелегалами, а на деле — фактически гарнизоном между Веридором и Дивной страной, поверили, что таки нагнала их лидера костлявая, и провозгласили своей "королевой" его дочку, которая уступала отцу разве что в физической силе, да и магию всю от матери унаследовала (последней, кстати, никто понятия не имел, а атаман о ней никогда даже в пьяном загуле не упоминал о ней).

Рони не верила в смерть отца. Ни на мгновение не давала себе усомниться в том, что он жив и рано или поздно найдет ее, и без оглядки согласилась на любую авантюру, как только заговорщик назвал ей секретную фразу, которая была их с отцом условным знаком и которую она клятвенно обещала не произносить ни при ком другом.

— Что за фраза? — в глазах Роланда вспыхнул непритворный интерес. — Не беспокойся, я заблокировал комнату для любых чар.

Помявшись всего пару мгновений, девушка еле слышно прошептала:

— Величье — королю, правда — изумруду, воля — Богам…

Ее Темнейшество Ревность (2.2)

— Величье — королю, правда — изумруду, воля — Богам…

От неожиданности Его Высочество сжал ее в своих объятиях, словно сдавил в стальных тисках. Не сказать, что Рони почувствовала дискомфорт, все же скелет феникса намного прочнее человеческого, однако напряжение принца и отразившаяся на его лице работа мысли несколько озадачили.

А Роланд действительно усиленно соображал. Предател практически всплыл на поверхность, и теперь рассеялись его последние сомнения относительно его личности! Ведь пароль от тайных ходов королевского дворца знали только члены правящей династии и… ближайший и единственный "друг" их семьи!

— Сссс… — зашипел было принц, явно собираясь окрестить изменника не самым подобающим благородному лорду словцом, однако, покосившись на Рони, использовал более нейтральное. — Сволочь! Какая все же сволочь! Я, конечно, давно уже заприметил за ним неладное, но… в Хаос! Немедленно отпишу отцу, а заодно и придворному палачу, чтобы гильотину возводил! Хотя для такого это будет слишком милосердно…!