Магический корпус (СИ) - Фелин Алекс - Страница 20

— Это Катара, — представил нам незнакомку Нэйт, будто ждал только меня, — она первый день в Корпусе и настоятельно попросила привязать её именно к нашей команде.

Нэйт и Катара улыбнулись друг другу, а у меня противно заныло в груди, заставив в экстренном режиме пересмотреть все мои взгляды на отношения в коллективе. Они очень гармонично смотрелись вместе: оба, в силу происхождения, сильные маги, оба пришли с другой стороны Врат, оба, опять же учитывая их происхождение, проживут очень долгую жизнь.

Я перехватила внимательный взгляд Нэйта и изо всех сил постаралась улыбнуться, чтобы не расстраивать его. Он слегка склонил голову набок и приподнял одну бровь. В переводе с его языка мимики это значило: «Ты в порядке?». Я усмехнулась и кивнула. Да, я в порядке.

На самом деле нет, но мои душевные терзания — это только моя проблема, и с ними я справлюсь сама.

— Что, лавры Легендарных покоя не дают, да, Нэйт? — ухмыльнулся Хирд, — Мечта укомплектовать отряд до «звезды» исполнилась, поздравляю!

— А сам-то, — отзеркалил усмешку недооборотня Нэйт, — я помню, как ты мечтал об общем девизе и отдельном названии.

Хирд заметно сдулся и, кажется, даже смутился, но упрямо пробормотал что-то о том, что это было давно и неправда.

Я покачала головой, но влезать в шутливую перепалку не стала. О славе Легендарных когда-то мечтала и я, несмотря на то, что в отрядах первых воинов корпуса отродясь не было обычных людей. Состав их подбирался по магической совместимости, что позволяло маленьким боевым отрядам, состоящим по традиции из пяти магов, поддерживать друг друга и при необходимости сливать весь магический резерв в одного, чтобы отбить атаку созданий тьмы одним мощным ударом. Со временем настолько сильные и огромные твари, вроде Левиафанов или Мантикор, были полностью истреблены, необходимость в магической совместимости членов команд отпала, и упоминания о ней можно найти только в учебниках по истории Корпуса и старых легендах. Магические же направленности членов нашей команды были настолько полярными, что я частенько удивлялась, что же однажды свело вместе настолько непохожих и неподходящих друг другу личностей. Себя я никогда не брала в расчёт, но иногда глубоко в своих мыслях гордилась, что меня сочли достойной для службы в Корпусе боевых магов. К тому же, для нашей разношёрстной команды я подходила на все сто.

— Катара — мой друг детства, — продолжил Нэйт, положив руку девушке на плечо, и та внезапно светло и открыто улыбнулась.

Что ж, это будет мне уроком — не сбегай неизвестно куда на неопределённый срок. И ещё — ни на что не надейся, ибо чем выше взлетаешь в своих мечтах, тем больнее падать на камни реальности.

— Привет, — улыбнулась Катара и протянула мне руку, — Нэйт меня уже представил, но ты можешь звать меня Кэт. Будем друзьями?

— Будем, — ответила я и, через силу улыбнувшись, пожала протянутую руку, хотя больше всего мне сейчас хотелось вернуться в комнату и как следует поплакать.

Катара-Кэт смерила меня подозрительным взглядом, но очевидных причин моей меланхолии не нашла и расслабилась, снова широко улыбнувшись.

— Как тебе в Корпусе? — поинтересовалась она будто между делом, но я успела уловить мелькнувший в глубине тёмных глаз огонёк любопытства.

— Интересно, — отделалась я общими впечатлениями, а потом вспомнила слова Тины, — дома было скучно, а здесь — настоящая жизнь.

Маленькая ледяная волшебница явно узнала свою формулировку, потому что вскинула на меня изумлённый взгляд, но я сделала вид, что ничего не заметила.

— Надеюсь, так и есть, — улыбка Катары сделалась слегка натянутой, — у меня дома тоже не особо весело, и я надеялась, что здесь будет лучше, чем там на родине.

— Удачи в работе, — пожелала я как можно искренней, но даже сама поняла, что не дотягиваю.

— Спасибо, — слегка напряжённо ответила она.

Я отправилась выбирать еду на ужин. Где-то между салатами и десертами рядом со мной возник Хирд, и в голове моей созрел хитрый план.

— Хирд, — обратилась я к другу, отставив поднос, — ты обещал показать мне угольных фениксов. Я в деле.

Он просиял.

Стараясь не переглядываться, мы в рекордные сроки покончили с ужином и, стараясь выглядеть максимально невинно, покинули столовую.

— На этот раз пойдём через портальный зал, — сообщил Хирд, — так быстрее.

— И незаметнее, — согласилась я, — вперёд!

Мы перешли на бег, и уже через пять минут я нетерпеливо наматывала круги в стационарной пентаграмме, пока Хирд, почёсывая в затылке и бормоча под нос проклятия, вбивал координаты перемещения.

— Закончил! — гордо возвестил он, когда я начала терять терпение и уверенность.

— Молодец, — серьёзно похвалила я, — а где эти угольные фениксы обитают?

Ответить Хирд не успел, да это и не потребовалось — как только погас свет перехода, взгляду моему открылись величественные пирамиды на фоне бесконечного моря песков.

— Хирд, скажи, что снова ошибся, — проблеяла я, оглядывая лагерь археологов у подножия одной из пирамид, — ну пожалуйста!

— Нет, на этот раз всё правильно, — пожал плечами товарищ, — а что тебя смущает?

— Наличие на нас тёмной закрытой одежды под палящим солнцем, — хмыкнула я, — и компания обычных людей в зоне видимости. Ты точно уверен, что нам сюда?

— Не волнуйся, — хлопнул меня по плечу недооборотень, — мимо людей проскользнуть — раз плюнуть. Это тебе не мантикора с её острым нюхом и не менее острым слухом. А нам нужно проникнуть внутрь пирамиды. В камере с саркофагом есть проход в скрытые земли.

Я вздохнула, прокляла свой неуёмный энтузиазм вкупе с неумеренным авантюризмом и принялась снимать форменный пиджак. С чистого лазурного неба на нас иронично светило солнце. Хирду с его шоколадной расцветкой палящий зной был не страшен, в отличие от бледной меня, выросшей среди дождей и туманов родного города. Я намотала пиджак на голову, закатала рукава рубашки и уверенно двинулась вперёд.

— Кастуй невидимость, — буркнула сквозь скрывавшие нос и рот рукава.

Несмотря на предпринятые магические меры незаметности, лагерь археологов обходили десятой дорогой во избежание неприятных казусов. Нет, мы смогли бы стереть людям память и быстро сбежать, пусть даже пожертвовав экскурсией в скрытые земли Египта, но лишних проблем не хотелось.

Внутри пирамиды оказалось прохладно и темно, и я с облегчением стянула с головы пиджак. Хирд зажёг шар света, и по пути мы с восхищением оглядывали то, что древние египтяне полагали лучшим местом для захоронения своих царей. Каждый сантиметр стен был покрыт иероглифами, и я старалась не задумываться над их значением. В конце концов, что нам даст обещание жестокой смерти расхитителям границ? Мы здесь ненадолго и вообще проездом.

Коридоры тянулись бесконечно, я послушно следовала за другом и сворачивала то налево, то направо, стараясь по мере возможности запоминать дорогу, но коридоры были похожи один на другой. В какой-то момент мне стало казаться, что мы блуждаем по одному и тому же маршруту. Я стала обращать внимание на особенности интерьера — трещины на полу, рисунки на стенах и раскиданные тут и там камни. Когда полустёртое изображение Осириса встретилось мне в третий раз, я окончательно потеряла терпение.

— Хирд, — твёрдо произнесла я, — ты уверен, что знаешь дорогу?

Глаза у недооборотня подозрительно забегали. Я вздохнула.

— Ты бывал здесь до этого?

Хирд замялся и уставился в пол. Я потёрла переносицу и вздохнула ещё раз.

— Тебе стоило предупредить, что ты такой же новичок в египтологии, как и я. К чёрту твоих фениксов, давай попробуем хотя бы вернуться к выходу.

— Ну уж нет, — как всегда не вовремя проявил упрямство мой боевой товарищ, — раз уж мы здесь, попробуем дойти до конца. Чем не приключение?

Я нехотя двинулась вперёд. Если нам продолжит везти так же, как и до этого, то мы либо действительно найдём вход в скрытые земли, либо вернёмся к выходу. И, честно говоря, я бы предпочла второй вариант. Я устала, хотела пить и начала откровенно замерзать. Да, снаружи, скорей всего, до сих пор нещадно палило солнце, но здесь, под землёй, сохранялась устойчивая минусовая температура.