Магический корпус (СИ) - Фелин Алекс - Страница 5

Упомянув последнюю деталь, я испуганно прикусила кончик языка, ожидая, что на меня обрушат все казни египетские, окатят презрением и отлучат от священного хранилища знаний до конца времён. Но ничего подобного не произошло — библиотекарь лишь склонила голову набок, внимательно оглядела меня с ног до головы и внезапно протянула руку.

— Меня зовут Элеонора, я, как ты уже догадалась, библиотекарь и приглядываю за этим местом уже несколько сотен лет. Я ундина. И мне очень приятно с тобой познакомиться.

— Мне тоже приятно познакомиться с вами, — искренне произнесла я и с радостью ответила на рукопожатие.

Кажется, ей, и правда, было приятно — она никогда не смотрела на меня косо и не шепталась с редкими посетителями у меня за спиной, обсуждая моё немагическое происхождение. И если поначалу я ежедневно приходила в библиотеку с целью почитать, то скоро стала использовать почти всегда пустующее помещение для того, чтобы спрятаться от остальных обитателей Цитадели, относившихся ко мне пренебрежительно или даже враждебно. В лице же Элеоноры я обрела настоящую подругу. Её помощь в познании мира, куда я угодила по чистой случайности, оказалась неоценима. Библиотекарь с готовностью отвечала на все вопросы, подсказывала литературу по теме и указывала нужные полки. Меня интересовало всё — от строения мира, в который я угодила, до населяющих его созданий.

Итак, что мы имеем. То, что я изначально приняла за другой мир, на самом деле им не являлось, и не было даже параллелью, отражением нашего мира, изменившегося в результате неизвестного катаклизма. Единый мир делился на «общие» земли, населённые людьми, и «скрытые», в которых жили магические существа. Но «скрытых» земель, что естественно, не хватает на всех, и многим представителям гуманоидных рас приходится жить в соседстве с человечеством. Я представила себе, что мимо меня на улице всю жизнь могли ходить вампиры, оборотни или русалки, и мне пришлось сделать перерыв, чтобы уложить в голове эту сенсационную мысль.

Но это ещё не всё! Помимо мирных существ, спокойно живущих бок о бок с людьми, есть ещё и потенциально опасные твари, которых воины Корпуса уничтожали, как только узнавали об их существовании. Грифоны, Тао-Тие, Химеры… все они не обладали разумом и единственной своей целью считали поиск проходов в мир людей с целью употребления их в пищу. Я нервно похихикала с описания Тао-Тие — огромного рогатого существа с одной головой и отходящими от неё направо и налево двумя телами. Как такое может существовать, я старалась не задумываться.

Я проглатывала огромные тома с описаниями заклинаний, артефактов и оружия. Магический фон, скрывающий места жизни магических рас, глушил электронные сигналы и исключал работу абсолютно всех технических приборов. Мой телефон отключился сразу после того, как я перенеслась в Цитадель. Немного подумав, я решила включить в мою легенду касательно работы запрет на использование средств связи, чтобы у родителей не возникало вопросов по поводу моего исчезновения абсолютно со всех радаров.

Что касается Цитадели, то здесь всё было более чем сложно. Мои ощущения меня не обманули, она, действительно находилась везде и нигде одновременно. Первый Директор, сотворив самое масштабное на тот момент колдовство, перенёс её с Земли, где она находилась, в некое подпространство, где не было ничего, кроме бесконечного неба. Нигде не упоминалось об её строителях, и я смутно подозревала, что возвели её люди, но доказательств не было. Я надеялась, что, выучив язык Нэйта, я смогу прояснить хоть что-нибудь.

Я потребляла знания в неограниченных количествах и уже через полгода могла перечислить, ни разу не запнувшись, всех известных магической науке созданий, а ещё через три месяца — повторить рисунок и формулу абсолютно любого заклятия из списка разрешённых к использованию. С запрещёнными пока путалась, потому что местная библиотека пусть и была достаточно обширной, её содержимое было по большей части рассчитано на местных студентов, а в академии при Корпусе подобное не изучалось.

Временами на меня снова накатывал беспричинный страх того, что меня признают бесполезной и отправят домой. В такие моменты я надеялась на то, что смогу убедить Директора оставить меня на должности помощника библиотекаря. Элеонора признала эту идею рабочей и пообещала поддержать меня, если в этом возникнет необходимость. На всякий случай я заранее начала учить расположение стеллажей и последовательность тематических разделов.

Но даже спокойная тишина библиотеки таила свои загадки. Прогуливаясь однажды вдоль полок и бездумно скользя по ним взглядом, я машинально отметила пустое место. Все остальные полки в этом проходе были забиты, редкие посетители предпочитали совсем другую литературу. Я не стала зацикливаться на этой странности, но полку запомнила и несколько дней спустя снова наведалась в тот же проход. Место оставалось пустым, его заполняла лишь пыль, яснее всего остального говорившая о том, что книгу отсюда, если она и была, забрали очень давно и с тех пор не вернули. Я поделилась размышлениями с Элеонорой, но ундина лишь покачала головой, выслушав мои рассуждения.

— Книга пропала оттуда очень давно, если была вообще. Я не помню наизусть все книги в этой библиотеке, к сожалению.

— Формуляр, — припомнила я самый простой способ выяснить, у кого книга на руках и как давно.

— Формуляр пропал вместе с книгой, а это значит…

— Что её не брали официально. Кошмар какой, кому понадобилось воровать книгу? А по каталогу её можно попробовать найти?

Ответом мне послужил полный непонимания взгляд библиотекаря.

— Там, откуда я родом, в каждой библиотеке есть каталог, по которому можно узнать не только, какие книги в наличии, но и какие были раньше. Что-то вписывается, что-то вычёркивается, но все старые каталоги хранятся в архиве. Потерять что-то с концами при такой систематизации почти невозможно. Здесь разве не так?

— Боюсь, что нет, дитя моё, — поражённо произнесла Элеонора, — я никогда даже не слышала о таком. Но звучит здраво, можно попробовать составить такой самостоятельно. Хоть будет, чем заняться на досуге.

Я улыбнулась — для меня было в радость помочь хоть кому-нибудь хоть в чём-нибудь. На следующей неделе Элеонора приступила к составлению каталога, а я снова с головой погрузилась в чтение. Тайна пропавшей книги так и осталась неразгаданной, но осела в уголке моей памяти как очередное доказательство того, что и в магическом мире происходят необъяснимые вещи.

Конечно, моё интеллектуальное хобби не осталось без последствий — кроме обширного пласта знаний на абсолютно разные темы, я обзавелась и вполне ожидаемым прозвищем — «ботан». Его мне дал какой-то громила, на которого я налетела, зачитавшись на ходу. Я не успела ни извиниться, ни даже обидеться: Нэйт бросил на него один из самых опасных своих взглядов, а Хирд демонстративно размял кулаки, и громилу как ветром сдуло. Больше ко мне не лезли, пусть и продолжали презрительно смотреть и демонстративно игнорировать.

Иногда я навещала родителей, но то, что я имела права рассказать, не удовлетворяло их вполне объяснимое стремление знать о моей жизни, и я почти постоянно испытывала неловкость в их обществе.

— Если хочешь, мы можем удалить тебя из их воспоминаний, — осторожно предложил Нэйт, когда после очередного моего визита домой я вернулась в Корпус в растрёпанных чувствах и лежала на кровати лицом в подушку, а он сидел рядом и не знал, что в таких случаях следует говорить.

— Не предлагай такого больше, ладно? — возмущённо попросила я, — Представь, что кто-то стёр тебя из воспоминаний твоих родителей!

— Хорошо, — согласился он, а потом отвёл взгляд и уставился в окно.

Я села в кровати, обняв подушку.

— Мой отец живёт по ту сторону Врат, — тяжело уронил полудемон, — а моя мать умерла почти сразу после моего рождения. Она была смертной женщиной и физически не могла выжить после того, как девять месяцев носила под сердцем ребёнка, тянувшего из неё все силы. Думаю, отец будет только рад забыть о моём существовании.