Наследие (ЛП) - Мессенджер Шеннон - Страница 87

Но он все равно звал ее, повторял ее имя снова и снова.

Все более отчаиваясь.

— Не слушай! — закричали ее враги. — Послушай нас! Мы — твой Эндшпиль! И ты никогда не сможешь остановить нас!

— ВЫ ОШИБАЕТЕСЬ! — закричала Софи. — Я — МУНЛАРК!

Она нырнула в свое сознание, позволяя ядовитой тьме кипеть, пузыриться и гореть вокруг нее.

Но этого было бы недостаточно.

Ей нужно было стать намного сильнее.

Поэтому она потянулась глубже.

Погрузилась еще глубже.

Через стены вокруг ее сердца.

К запасам внутри.

Эмоции были настолько чистыми, настолько сильными, что уже не было ни хорошего, ни плохого.

Только бесконечная сила.

Софи. Софи. Софи.

Нет, она больше не Софи.

Она была ненавистью.

И любовь.

И победой.

И поражением.

И она заканчивала это… раз и навсегда.

Красный цвет окаймлял края ее сознания, и тьма поднималась все выше и выше, давя на ее разум, царапая его, как монстр и…

— СОФИ, ОСТАНОВИСЬ!

Голос прозвучал как пощечина.

Или, может быть, ее действительно ударили.

Ее щека горела, дыхание было тяжелым и прерывистым…

— Подождите, где я? — спросила Софи, чувствуя себя так, словно ее бросили в чужое новое тело, и только часть его работала.

Она ничего не видела.

И в ушах звенело.

И ноги у нее были такие, такие трясущиеся.

И голова…

Ее голова была слишком тяжелой.

Она позволила ей упасть вперед, и затем каждая ее частичка последовала за головой… падая, падая, падая… пока что-то не сжало ее руки и не заставило выпрямиться.

— Мы все еще на пути короля, — сказал голос, — поэтому мне нужно, чтобы ты собралась.

Резкость тона дала Софи тот кусочек, которого не хватало ее мозгу.

Стина.

Она разговаривала со Стиной.

А это…

Это была реальность.

Все остальное…

— Что происходит? — спросила Софи, отодвигая затянувшиеся обрывки кошмара на задворки сознания и пытаясь найти что-нибудь, хоть что-нибудь, чтобы хоть как-то сосредоточиться.

Но там была только густая, бесконечная чернота, и чем больше она вглядывалась в нее, тем больше та смотрела в ответ.

Нависая над ней.

Готовясь сожрать.

— Ничего такого! — огрызнулась Стина, когда что-то снова сжало руки Софи.

Руки, поняла она.

Руки, которые ее трясли.

— Прекрати! — заскулила она.

— Тогда не спи! — приказала Стина. — Не думаю, что смогу помешать тебе снова Причинить.

— Причинить? — это слово было ударом в самое сердце. — Разве я это сделала…

— Почти, — поправила Стина. — Боль выбила меня из странного сна, который мне снился. Что-то о единорогах и келпи… и… я действительно не знаю. Они преследовали меня, и… это не имеет значения. — Раздался шорох, словно Стина трясла головой. — Потом я поняла, что происходит, и каким-то образом заставила свои ноги двигаться, следуя за чувством, пока не нашла тебя и не попыталась вытащить. Я стащила с тебя перчатки, но ты все еще была в этих штуковинах, и я не знала, как с ними справиться. Так что я попробовала тебя ударить…

— Я так и знала, — пробормотала Софи, протягивая руку, чтобы пощупать щеку, удивляясь тому, что рука и ладонь были готовы это сделать. Ей все еще казалось, что она живет в чужом теле… марионетка с десятью миллионами нитей, и она не знала, как ими пользоваться. — Но… ты вовремя остановила меня?

— Думаю, да. Я ничего не вижу, но не чувствую, что кому-то больно или что-то еще.

Софи со вздохом опустилась на пол, и Стине снова пришлось поддерживать ее.

— Серьезно, Софи, мне и так тяжело…

— Вы двое не должны быть в сознании, — прервал ее другой голос откуда-то рядом, и Софи подумала, что ее сердце навсегда застрянет в горле от шока.

Но толчок принес новый уровень ясности в ее мозг.

— Набити? — прошептала она.

— А кто же еще? — спросил голос… Набити.

И теперь она была достаточно близко, чтобы Софи могла чувствовать дыхание Набити на своих щеках, как будто ее телохранитель-карлик наклонилась, изучая ее сквозь черноту.

— Ты слышала, как я тебя вела, — тихо сказала она Софи. — Но ты ничего не делала, как бы я ни старалась.

Стина фыркнула.

— Большой сюрприз, что-то в Софи идет не так, как должно.

— Наверное, мне следовало ожидать, что ее реакция будет нетипичной, — признала Набити. — Но это не объясняет, почему ты действуешь так четко. — Голос Набити дрогнул, как будто она собиралась осмотреть Стину. — Как ты очнулась?

— Понятия не имею, — призналась Стина. — Полагаю, это Эмпатия. Я чувствовала, как эмоции Софи выплескиваются отовсюду, и они тащили меня назад… и радуйся, что они это сделали, потому что ты бы сейчас корчилась от боли на полу, если бы я этого не сделала. Уверена, что вашему королю это понравилось бы. И, погоди-ка, почему вдруг стало так легко думать? Сначала мне пришлось так сильно бороться.

— И мне тоже, — добавила Софи, и эта мысль словно растянула ее мозг, пробудив мышцы, которыми она не пользовалась.

— Я ношу кусок магсидиана, который держит мою мысли ясными, так что я могу вести вас по тропе, — объяснила Набити. — Ты, должно быть, получаешь выгоду от близости к нему.

— Так подожди… у всех остальных сейчас все еще галлюцинации? — спросила Софи, резко обернувшись, когда Набити сказала ей:

— Да.

Она должна найти их… помочь.

Но было слишком темно.

И ее тело так устало.

И она еще не знала, как дергать за все ниточки и заставлять все работать.

— С ними все в порядке, — заверила ее Набити. — Все это у них в голове.

— Это не делает это менее травматичным, — огрызнулась Софи, зажмурив глаза, пытаясь блокировать любые воспоминания о своих жутких видениях.

Когда-нибудь ей придется встретиться с ними лицом к лицу… проанализировать, что говорят галлюцинации о ее глубочайших страхах.

Но на данный момент их было более чем достаточно.

— Для людей это ужасно! — сказала она Набити. — Как ты можешь просто стоять и смотреть, как они страдают?

— Потому что так мы защищаем нашего короля! Мой народ невелик. И очень мал. Кто будет нас бояться, если мы не дадим им повода?

— Я почти уверена, что все, что вам нужно сделать, это показать им тот трюк, который вы, ребята, делаете с топотом и открытием огромных трещин в земле, — напомнила ей Софи.

— Это не трюк, — фыркнула Набити, — и он требует гораздо больше энергии, чем ты думаешь. Так-то лучше. И безопаснее. Ни один враг не представляет реальной опасности, если они даже не могут найти короля Энки, и если они слишком напуганы и устали, чтобы сопротивляться захвату. Кроме того, единственное оружие, которое мы используем — это темнота. Как это может быть жестоко?

Софи пожалела, что у нее нет хорошего ответа, потому что замечания Набити были справедливы.

Но путь все равно был невероятно ужасен.

Набити вздохнула.

— Каждый момент, когда мы стоим здесь и спорим — еще один момент, когда остальная часть вашей группы должна терпеть свои заблуждения. Так почему бы вам не взять меня за руки и не позволить вывести нас из лабиринта?

— Значит, путь короля — тоже лабиринт? — спросила Стина.

— Конечно. Между темнотой и бесконечными извилистыми коридорами никто не сможет пройти, если мы сами этого не захотим. Никто, — подчеркнула она. — В том-то и дело. Чтобы сохранить наш Большой Зал как безопасное убежище. Знаю, вы сомневаетесь в нашей безопасности…

— А разве нет? — перебила Софи. — Разве не поэтому ты рассказала нам о магсидиане?

— Я беспокоюсь о некоторых местах, — призналась Набити. — Но не о пути короля. Вот почему я планировала ваш визит начать с экскурсии по городу, чтобы вы почувствовали разницу. Путь — наш шедевр. Даже ты, со всеми твоими талантами Мунларка, не смогла бы отважиться на это.

— Стина вроде тоже, — заметила Софи.

— Не совсем, — призналась Стина. — Я имею в виду, что сделала это гораздо лучше тебя. Ты была настоящей катастрофой. Но… если бы твое причинение не вырвало меня из этого состояния, я бы все еще думала, что меня преследуют келпи и единороги. Может быть, там был говорящий Муркот, а может, и стая бубри? Я не знаю… это было очень странно и действительно ошеломляюще.