Квазар (СИ) - Легасова Татьяна - Страница 48

В ту же секунду Флор остановил тренировку. Он вырвал меня из общего поля, поднял на руки и вынес из зала.

— Ты в порядке? — с тревогой в голосе спросил он.

— Слабость и голова кружится, — сказала я.

— Я начинаю думать, что это плохая идея, мне не нравится реакция твоей физики, — напряженно сказал он. — Я сейчас же поговорю с главой красных, он мастер физических тел, он должен оценить риски. После этого Флор отнес меня в отдельную комнату и уложил на диван.

— Отдохни, я сейчас вернусь, хорошо?

— Не переживай, я в порядке, — подбодрила я, действительно ощущая себя немного лучше.

Флор ушел и скоро вернулся в компании Подигта, черноволосого аквентийца с ярко красными глазами. Он представил мне его, как главу красных. Последний попросил у меня разрешения взять меня за руку, и когда я ощутила его прикосновение, в меня вдруг ворвался поток бушующего огня. Это давало огромный заряд бодрости, словно я наелась огненной лавы и извергала вулкан.

— Ничего себе, — вставая, сказала я полная энергии и сил, — ты как атомный реактор.

Подигт громко рассмеялся.

— Ее тело, конечно, очень слабое, — объяснил он, обращаясь к Флору, — я бы рекомендовал ей оставшиеся два дня ночевать в камере восстановления. Восстановительная система несколько выровнит ее поле, истощенное переживаниями, думаю тогда, ей будет легче перенести работу. Я поговорю с Ан Аром, — закончил он, многозначительно глядя на главу желтых.

— Спасибо, — с улыбкой сказал Флор и похлопал коллегу по плечу.

— А если гурутиец не разрешит мне ночевать в мед отсеке, и, кстати, где он находится? — спросила я Флора.

— Он прямо здесь в офисном здании аквентийских групп на первом этаже. Тут есть полноценный восстановительный отдел на экстренные случаи. Твой один из них. Что касается Ан Ара, у него нет выбора, не думаю, что он намеренно станет подвергать твою жизнь опасности.

Меня так обрадовала новость, что целых два дня я смогу ночевать здесь, что я бросилась на шею Флору и взвизгнула от радости.

— Ура! Ты же останешься со мной, не так ли?

— До момента, когда ты заснешь, и приду утром к твоему пробуждению, — сказал он радостно.

Мы вернулись к группе, однако энергетической работы больше не проводили. Я с радостью пообщалась со всеми, с кем была знакома и чувствовала себя так, словно оказалась дома среди своих. После обеда в местной столовой Флор отвел меня в комнату восстановления, чтобы я могла познакомиться с докторами. Некоторое время меня обследовали, не обнаружив никаких серьезных нарушений.

Как раз в тот момент, когда мы собирались поужинать вместе с родителями Флора, его братом и его девушкой, случилось то, чего я так боялась. Выходя из здания и направляясь в сторону набережной, на которой располагались милые ресторанчики, я с ужасом заметила Ан Ара, выходящего из такси. Он тут же увидел нас и быстрым шагом двинулся в мою сторону. Флор держал меня за руку, и мы всей компанией о чем-то весело болтали, и, испугавшись, что Ан Ар причинит вред моему аквентийскому возлюбленному, я тут же выдернула свою ладонь из его рук. Однако последний и не подумал позволять мне это сделать, вернув мою ладонь на место. Даже издалека я могла видеть бешенство в глазах моего гурутийского мужа. Как только Ан Ар подошел ближе, я уже начала понимать, что время тормозится. Словно в замедленной съемке я увидела взмах руки гурутийца и Флор, держащий меня за руку, вдруг резко спроецировался назад по появившемуся тоннелю, оказавшись внутри здания, из которого мы вышли. Все, что нас окружало, не двигалось, только я и Ан Ар осознавали происходящее. Он резко схватил меня за запястье и дернул на себя. Я могла видеть его полусумасшедший от злости взгляд, и мне показалось, что он хотел меня ударить. Однако этого, не произошло. Время вдруг пошатнулось и снова потекло, запустив свое движение вокруг нас.

— Куда делся Флор? — ошарашено спросил Умлат, удивленно разглядывая меня, стоящую рядом с Ан Аром.

— Добрый вечер, — холодно поздоровался последний. — Думаю, вам придется подождать его несколько минут, пока он спустится с последнего этажа, а я пока забираю свою жену, чтобы поужинать. Сообщите Флору, что я сам провожу ее до камеры восстановления. Доброго вечера.

И в ту же секунду он втащил меня в новообразовавшийся тоннель, и мы исчезли с набережной у гостиницы, вынырнув из кротовой норы в холле огромного ресторана под открытым небом. Я была испугана. Боясь даже посмотреть в сторону разъяренного Ан Ара, я уставилась на великолепный вид, открывающийся с возвышения, на котором стояло множество ресторанных столиков. Посетителей было много и это придало мне уверенности, что я не буду убита на месте.

К нам тут же подбежал немного растерянный от нашего эффектного появления из ниоткуда официант, и заговорил на аквентийском. Ан Ар что-то ответил и нас повели в сторону одного из отдаленных столиков, расположенных прямо у воды. Когда мы сели, я почти не дышала, ожидая, что гурутиец устроит сцену. Однако он молча взял меню и сделал заказ, не спросив меня о моих предпочтениях. В тот момент у меня их и не было. Моим единственным желанием было исчезнуть назад к моей веселой компании, в которой я была еще пару минут назад, не зная ни страха, ни отчаяния. И вот он снова пришел и вырвал меня из моего скоротечного счастья. Когда официант ушел, Ан Ар, наконец, заговорил.

— Кажется, я просил тебя позвонить мне, — его голос звучал опасно спокойным.

— Подигт, глава красных, сказал, что он свяжется с тобой и все объяснит, — ответила я сдержанно.

— И ты решила, что можно не звонить? — снова спокойно спросил он, и меня затрясло от той яростной энергетики, которая исходила от него.

— Я боюсь тебя, — тихо сказала я и подняла на него глаза.

— Я не опасен для тебя, — заверил он, но мне так совсем не казалось. Поле, которое я могла ощущать вокруг него, буквально вибрировало каким-то остервенением, нещадно бушевало дикой энергией и по моей коже побежали мурашки. Он тоже опустил свой взгляд на мое лицо и сверлил меня своим черным взглядом.

— Ан Ар, — сказала я, глотая слюну, — я была среди близких мне душ и мы просто хотели поужинать.

— Единственной по-настоящему близкой тебе душей являюсь я, — процедил он, — кроме меня никто не защитит тебя, никто не справится с той силой, которую внутри себя ты еще не познала, никто не будет тебе ближе, чем я, просто ты этого еще не понимаешь.

Его голос звучал металлически, слова выбивали в пространстве дыры, словно хотели вбить информацию мне в голову.

— Что плохого в том, что я бы поела с ними? — спросила я, понимая, что от испытанного шока и от всей этой ситуации на глаза набегают слезы.

— Ничего, — ответил он жестко, — просто я хочу знать, что моя жена делает ровно то, о чем я ее попросил.

— Чтобы контролировать каждый мой шаг? — взметнулась я, наконец, начиная испытывать гнев.

— Чтобы быть рядом, если что-то случится, — выдавил он.

— Что может случиться? — воскликнула я, рискуя привлечь внимание окружающих.

— Что угодно, я могу доверить самое дорогое, что у меня есть, только себе, — сказал он и осекся, словно проговорил то, что выдавать не собирался.

И на этой фразе я потерялась. Уставившись на него в непонимании, я замерла. Самое дорогое, что у него есть? Когда я успела стать для него самым ценным? О чем он вообще говорил?

— Почему ты говоришь такие странные вещи? — спросила я пораженно.

Ан Ар отвернулся, нервно закусывая губу, словно ругая себя за сказанное.

— Теперь ты моя жена, в том, что я сказал нет ничего странного.

— Ты от меня что-то скрываешь, не так ли? — спросила я, тут же вспомнив слова Шемлеры о том, что ему есть, что мне рассказать.

— Что именно ты имеешь в виду? — ушел он от прямого ответа, и я четко отловила энергию обмана.

— Я не знаю, ты мне скажи.

— Я не знаю, что сказать, — продолжал увиливать Ан Ар и я поняла, что выпытывать было бесполезно.

— Хорошо, — сказала я с обиженной интонацией, — давай просто поедим, и ты отвезешь меня в камеру восстановления. После всех этих стрессов мне нужно прийти в себя.