Договор на золе (ЛП) - Миллер Скарлетт - Страница 32

— До недавнего времени я и не замечала, что Чейз — привлекательный мужчина, — не подумав, ляпнула я.

Таня расхохоталась. Она смеялась так сильно, что на глазах выступили слезы. Чейз гневно фыркнул, и мне захотелось провалиться под землю от смущения. Было очень глупо говорить такое, даже если это правда.

— Ох, милая, — пробормотала Таня, вытирая глаза и стараясь не размазать тушь, — не могла бы ты повторить? Я сделаю эту фразу рингтоном для звонков Баттербин. Чейз, она мне нравится. Очень нравится. Можно мы оставим Эмму себе?

*** *** ***

— Думаю, ты очень понравилась моей сестре, — сказал Чейз, нарушая молчание, повисшее в комнате после того, как Таня ушла.

— Она сказала об этом, когда приглашала меня пообедать вместе.

— Еще она спрашивала, нравятся ли тебе девочки на тот случай, если у них с Кейт что-то пойдет не так, — игриво вздернув бровь, усмехнулся Чейз.

Он повеселел, словно с уходом сестры с его плеч свалился огромный груз. Однако между нами все еще чувствовалась неловкость, возникшая из-за утреннего препирательства в магазине и моего последующего бегства.

— Жаль разочаровывать Таню, но мне нравятся только мальчики. Не хватало еще вмешиваться в братско-сестринские отношения. Мне достаточно и того, что я сплю со своим начальником, — фыркнула я.

— Ох, Эмма, неужели ты забыла? Я ни с кем не намерен тебя делить.

Он подошел вплотную ко мне, и хотя наши тела не соприкасались, я ощущала его близость каждой клеточкой.

Наклонив голову, Чейз посмотрел на меня с какой-то щемящей тоской. Меня буквально загипнотизировала пронзительная ясность его взгляда, незамутненная привычной холодностью. Он аккуратно взял мои руки и держал так нежно, так трепетно. В его прикосновении не было прежней уверенности, а легкая дрожь подсказала — он, так же как и я, сомневается в правильности того, что происходило между нами. И именно эта неопределенность заставила меня цепляться за Чейза, вместо того, чтобы отпустить; принудила привести его в свою спальню, где он медленно раздевал меня, тихо благодаря, что я была терпелива с его сестрой. Неопределенность, словно ниоткуда появившаяся между нами, толкнула меня в объятия Чейза и вынудила изо всех сил прижиматься к его обнаженному телу, пока он шепотом просил меня не покидать его. Я приветствовала вес его тела, прижимавшего меня к матрасу и страстные поцелуи, которыми он покрывал мою шею. Мы оба устали от споров. Целый день мы препирались по пустякам, хотя могли потратить это время с большей пользой и удовольствием.

И в этот момент в моей спальне в моей кровати мы пришли к молчаливому соглашению — мы оставим все как есть. Пусть это и будет лишь только временным перемирием.

*** *** ***

Как правило, когда мы с Чейзом проводили ночь вместе, я просыпалась первой. Находясь в полудреме, я смаковала тяжелый вес его головы на своей груди, которую он использовал как подушку, и вслушивалась в спокойный ритм его дыхания, но в этот раз все было иначе. Я проснулась от того, что подбородок Чейза упирался куда-то в район моего солнечного сплетения, а затем почувствовала, как его язык начинает вырисовывать замысловатые узоры на моей коже, двигаясь вниз вдоль живота.

— Привет, — пробормотала я хриплым ото сна голосом.

— Я думал, ты никогда не проснешься, — проворчал Чейз и сместился так, чтобы оказаться между моих ног.

Он продолжил дразнить меня, но неожиданно становился в паре сантиметров от того места, где я хотела ощутить его рот больше всего. Не говоря ни слова, Чейз приподнялся на руках и навис надо мной, а затем вопросительно взглянул своими зелеными, сияющими от страсти глазами. У нас не осталось презервативов — последний мы использовали вчера вечером — поэтому сейчас мы должны были либо остановиться, либо заняться незащищенным сексом. Я хотела Чейза и была не против обойтись без презерватива. Забеременеть для меня было непростым делом. Прежде чем попытаться зачать ребенка, я должна была пропить курс лекарств, и только тогда у меня появлялась надежда на успех.

— Ты уверена? — спросил Чейз осипшим от желания голосом.

Вместо ответа я выгнула спину и сильнее прижалась к нему. Чейз медлил, словно ожидал какого-то знака от меня, поэтому я кивнула. Он с хриплым стоном толкнулся вперед, не останавливаясь, пока не заполнил меня целиком, и тут же замер на несколько секунд, позволяя нам обоим привыкнуть к новому ощущению — быть полностью обнаженными друг с другом.

*** *** ***

После нашего спора и визита Тани шли дни, а между нами с Чейзом ничего не изменилось.

И я была довольна.

Мне нравилось обмениваться с ним сообщениями днем и ужинать вместе по вечерам. Нравилось просыпаться с Чейзом в моей постели или в его. Нравилось ощущать его шепчущие поцелуи вдоль позвоночника по утрам, прежде чем он покинет постель, чтобы отправится в офис.

Мне это нравилось, и я говорила себе — это единственное, что имело значение.

Я не врала, утверждая, что комфорта, который давал мне Чейз, было достаточно. Достаточно для того чтобы я улыбалась и чувствовала себя больше, чем просто довольной. Такое положение вещей удовлетворяло нас обоих.

Мы с Чейзом создали свой собственный безопасный пузырь, и я настолько потерялась в нем, что не заметила первые признаки надвигающегося хаоса. Я упустила возможность предотвратить его, а затем стало слишком поздно.

Глава 22

Эмма

Тане все-таки удалось заманить меня к себе в офис на обед. После ужина в моем доме она при каждой возможности повторяла свое приглашение, а я продолжала находить все новые и новые предлоги, чтобы отказаться, пока не исчерпала запас оправданий. И вот теперь я сидела в ее кабинете, ела салат с курицей-гриль, и в пол уха слушая болтовню Тани о Кейт.

— Что происходит между тобой и моим братом? — спросила она и улыбнулась, словно заранее знала ответ.

— Ничего. Почему ты спрашиваешь? — Я посмотрела на Таню.

Ее глаза были точно такого же зеленого оттенка, что и у Чейза, но если взгляд брата согревал, то от взгляда сестры меня охватил озноб.

— Он послал около двадцати сообщений, предупреждая, чтобы я вела себя хорошо. — Она издала звук, словно ее тошнит.

— Он просто беспокоится. — Я пожала плечами.

— Эмма, Чейз никогда не беспокоится. В этом-то вся разница.

Взгляд Тани потеплел, пока она терпеливо ожидала, когда я прожую салат. Но только я собралась ответить, как дверь в кабинет с грохотом распахнулась.

— Где он? — визгливо спросила невысокая, элегантно одетая брюнетка с такими же, как и у Тани, зелеными глазами.

Очевидно, это была вторая из сестер Мейсен, которую я еще не встречала.

— Стейси, — обреченно выдохнула Таня.

— Где Чейз? — снова взвизгнула ворвавшаяся в офис фурия, полностью игнорируя мое присутствие.

Я не обиделась. Меня это вполне устраивало.

— Ты заглядывала в его кабинет? — устало спросила Таня.

— Да, — насмешливо фыркнула Стейси и закатила глаза. — Его там нет, но я знаю, что он где-то здесь.

Она начала оглядываться по сторонам, словно ожидая, что ее брат материализуется из воздуха.

— Вероятно, ты права, — тихо ответила Таня и покосилась в мою сторону, словно говоря — Чейз находится рядом, потому что здесь я.

— Когда встретишь нашего дорогого младшего братишку, сообщи ему: я ожидаю, что он явится на мемориал памяти его жены, и мне плевать насколько он не хочет туда идти! — яростно прошипела Стейси.

— Виктория умерла пять лет назад. Оставь ее в покое и позволь Чейзу жить дальше. Эти ежегодные напоминания разрушают его, и ты об этом знаешь, — спокойно произнесла Таня, но я почувствовала, что она злится.

— Позволь Чейзу жить дальше, — с издевкой в голосе повторила Стейси. — Он и так живет, а моя лучшая подруга мертва. В ту минуту, когда мы отпустим ее, память о Виктории умрет!

Я поймала себя на мысли, что все это удивительно напоминает сцену из третьеразрядной мыльной оперы.

— Викторию не забудут, Стейси. Но ради Чейза это безумие должно закончиться. Ради всего святого, просто откажись от мемориала в этом году!