Бесстрашная магия (ЛП) - Креве Меган - Страница 7

— Что? — сказал один из мужчин, покраснев сильнее Каннингхэм. Паника вспыхнула на лице женщины рядом с ним. Лерон, казалось, проглотил язык.

Он и Каннингхэм не поделились моей изначальной угрозой с остальным Кругом. Может, надеялись, что смогут задержать меня до того, как остальные узнают, что самая важная тайна Конфеда была раскрыта.

Луис посмотрел на меня, Тамара издала сухой смешок.

— Боже, — сказала она. — Вот оно как.

Хватка женщины на моем запястье ослабла от шока. Она тоже не знала о проверке магического потенциала простаков. Я мог бы сейчас вырваться, если бы попытался, но я не хотел напоминать ей о приказе арестовать — у нас еще был шанс продолжить переговоры.

— Чтобы управлять этой информацией, вам лучше работать с нами — Лигой Свободы магии, — сказал я. — Я могу молчать, пока вы слушаете нас и вносите изменения. Мы сможем разобраться с этой катастрофой вместе.

— Мы не будем заключать сделки, — Каннингхэм отодвинула стул со скрежетом ножек по полу. — Держите их. Сильви, ты хороша в ментальных чарах. Мы можем сделать так, чтобы они больше не смогли говорить об этой теме.

Холод пронзил меня. Я знал, что чары молчания были эффективными. Женщина, к которой обратилась Каннингхэм, встала, поджав губы, но шагнула к нам. Что бы она ни думала о приказе, она собиралась защищать свое положение.

Нам повезло лишь в том, что Круг не посмел звать еще стражей, наверное, переживая, что и они услышат меня. Они точно не дадут ничего рассказать женщине, державшей меня, или сотрут ту часть ее памяти, когда закончат с нами.

И тогда все бремя падет на плечи Рочио. Я не мог это допустить. Время переговоров явно закончилось.

Я отдернул руку от стража и повернулся к двери. Каннингхэм закричала предупреждение. Я не успел коснуться ручки двери, ладонь толкнула меня на пол.

Но это был не страж, а Луис, и он сжимал и плечо Тамары. Он сдавленно запел, сосредоточившись. Рывок, и мы провалились сквозь пол.

Я упал на четвереньки на краю класса, полного пустых столов, от падения боль вспыхнула в конечностях. Тамара выругалась, но поднялась на ноги в одно время со мной.

— Что это было? — сказала она Луису.

Лидер Лиги улыбнулся. Он пошатнулся и сжал край стола для равновесия.

— Они оставили мне телепортацию. Я не могу унести нас дальше пары футов, и с нестабильной магией, как сейчас, даже это сложнее обычного. Идемте. Нужно выбраться отсюда, пока они не заперли наши разумы, а то и всех нас.

Громкие голоса уже звучали над комнатой. Мы выбежали в коридор, а кто-то перенесся в комнату за нами. Тамара захлопнула дверь, и мы устремились к входу в здание.

Мы повернули за угол, пересекли дорогу молодой женщине с парой книг, прижатых к груди, и с просторно намотанным хиджабом на голове. Ее темные глаза расширились при виде нас.

— Финн?

Воспоминание раскрылось: ее лицо, обрамленное серой формой экзаменатора, ее тихие утешения. Это она…

— Идемте! — Тамара потянула меня и Луиса к другой двери. — Миновать стену можно не одним способом.

Она повела нас по залу для лекций и подвинула стул из конца ряда к скругленному окну. Стекло разбилось и упало на землю снаружи.

Тамара опустила стул под окном. Мы запрыгнули на него по очереди, чтобы выбраться наружу. Я обогнул осколок, еще торчащий из рамы. Это был не самый изящный способ покинуть школу, которую я раньше хотел посещать, но магия разбила стекло, и я не мог ощущать себя виновато.

Мы побежали по короткому газону между зданием и тротуаром, оказались лицом к лицу с толпой, идущей к колледжу.

Я повидал достаточно протестов за последние месяцы, чтобы узнать такой. Вот только десятки людей шли к зданию с плакатами «Никакой магии в нашем городе!» и «Магия = ужас!». Некоторые из них уже кричали, лица искажали страх и гнев. Я замер, запнувшись.

Папа говорил о движениях против магии в стране — организациях, что сопротивлялись появлению магов на публике и устраивали проблемы на мероприятиях. Моего дядю убил такой человек еще до моего рождения. Я видел несколько их демонстраций в новостях, но не сталкивался с такой толпой лично.

Каннингхэм говорила, что атака террористов делала отношения магов и простаков натянутыми. Атака взволновала не только правительство, но и обычных жителей. Они винили нас в нападении мятежников на город.

Я повернулся, понимая, что метка выжженного на лбу отмечала меня как мага. Вряд ли эти люди будут разбираться, как много магии у меня осталось. С болью в сердце я ощутил, что был пойман в капкан. Enthen mén Skýllē, hetérōthi de dîa Charubdis*. Вряд ли мы смогли бы вернуться в здание.

— Сюда, — Луис указал на переулок в стороне от входа. Крики зазвенели за нами, когда мы побежали туда.

Протестующие не последовали за нами. Их голоса угасали, пока мы спешили по улице. Нам нельзя было забывать о страже Круга. Я чуть замедлился, но все равно бежал, следил, чтобы Луис не отставал, не зная, как сильно он устал после телепортации.

Его смуглая кожа стала сероватой, но так могло казаться из-за уходящего солнца.

— Метро, — предложил он, указывая на вход впереди. Мы поспешили под землю.

На платформе он прислонился к стене, шумно дыша. Он смотрел на меня.

— Ты говорил правду Кругу? Полагаю, да, ведь отреагировали они бурно.

Я облизнул губы.

— Да. Я узнал… я одолжил Ноэми пару своих книг про техники магии, и она стала тренироваться и смогла слабые чары. Рочио видела целую базу данных, где у Конфеда хранятся наши оценки. Они оценивают магический талант и простаков, просто его уровень ниже, чем у людей, которых Конфед считает магами. Те оценки видело небольшое количество людей. Это подтвердилось.

— Ого, — выдохнула Тамара. — Все это время… — она тряхнула головой, бусы в волосах звякнули, но на ее лице была печаль, а не удивление. — У тебя будут проблемы из-за этого поступка, Финн?

Зевс, я не хотел даже думать об этом. Это не было важным. Я не рассчитывал уже давно на Круг или остальной Конфед.

Я заставил себя улыбнуться сквозь боль.

— Проблемы будут серьезными, если Круг или стража меня схватят. Так что мне нужно держаться подальше от мест, где меня будут искать.

Теперь уже я не мог ничего изменить. Пока мы не решим, что делать с этой информацией — пока она не раскроется, лишив Круг причины желать меня поймать — я не мог даже пойти домой.

* — С одной стороны лежала Сциллой и на другой божественной Харибдой

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Рочио

Почти через час я ощущала последствия военного удара за океаном, и магия не успокоилась даже до умеренно безумного состояния, в каком была после атаки на здание Конфеда. Я спешила в свете заката к станции Пенн, ветер дул отовсюду. Я улавливала в нем дикую энергию, но даже простаки понимали, что что-то не так. Редкие прохожие, которых я миновала на улице, с тревогой озирались.

Я натянула шапку ниже из-за усилившегося мороза и попыталась написать Десмонду, а потом Сэму. Ответа не было. Закер сказал, что они были в порядке, но я подозревала, что его люди забрали у них телефоны. Хотя это было нормально, когда правительство отправляло кого-то в убежище, да? Чтобы они не сказали лишнего не тому человеку?

Улица у станции была необычно тихой. Из-за атаки и вспышки гнева магии поезда могли и не ходить. Я не знала, как Закер собирался сюда добраться. От Пентагона на поезде ехать было больше часа. Он мог уже направляться к городу, надеясь как можно скорее поговорить со мной.

Фонари слабо озаряли вход в сумерках, несколько темных пятен были там, где магия разбила лампочки. Я спускалась по ступенькам в подземный переход. Магазины по сторонам закрылись на ночь, были темными. Закер и четыре фигуры в костюмах — трое мужчин и женщина — ждали дальше. И больше никого не было.

Мои ноги застыли от зловеще пустой станции, но секретарь обороны уже меня заметил.