Дар. Золото. Часть 3 (СИ) - Хмелевская Ольга - Страница 34

«Не боись! Если что, мы тебе силенок подкинем» - успокоил Зараза, имея в виду и Машкиного Черныша, тоже висевшего у меня на поясе.

«А куда вы денетесь?» - усмехнулся я.

«...н-да-а» - протянул клинок, и с каким-то присвистом пробормотал, - «рас-стеш-шь…»

С чего это Заразу на змеиный диалект потянуло, обдумывать я не стал, времени и так в обрез. Пока мы тут торчим без прикрытия, нас могут заметить, так что…

Начали.

4

- Слышь, твое дворянство! - вдруг сунулся кузнец к моему уху. Я чуть не подпрыгнул от неожиданности, а он доверительно зашептал. - Ты, ежели что, только скажи, я подмогну. Ежели там чего сломать, или согнуть.

Уши ваши так!.. Помощничек выискался! Мет-таллист! Я зло зыркнул на него, и мужик, раза в полтора меня шире, тихо прижался к стеночке.

- Если сейчас еще кто-нибудь что-нибудь вякнет под руку, - зашипел я, - за себя не ручаюсь!

«Да, ты крут! Просто Боевой Хомячок!»

Дезактивирую!!

Так. Цепи здесь тонкие. Только чтобы хватило удерживать вес мостового пролета. Звенья обычные: согнутые в овал железные прутки, где-то с мизинец толщиной, без усиленных смычек или отлитых с двойными отверстиями. Слава Хозяйке, это не якорные монстры, стоившие иногда как весь корабль и имевшиеся далеко не на каждой посудине. Но и тут… Расстояние до ближайшего «звена» в полторы хороших сажени, не меньше. Конечно, есть у меня удачный опыт разгибания решетки с толстыми прутьями, но за ту я хватался руками. Подняться на мост, что ли? Нет, увидят.

Ладно. Попробуем нагреть для начала. Нагретый металл податливее, его свойства легче изменить, заменить прочность на пластичность. И металл должен начать разгибаться под тяжестью моста.

За силой я потянулся резко, даже бесцеремонно. Завихрились между пальцами голубые и фиолетовые сполохи, собрались в центре ладоней тяжелыми сгустками и полетели. Долетели. Хорошо долетели. И…

И привет. Металл не то что не нагрелся, он на меня ноль внимания и фунт презрения. Зараза на поясе разочарованно хмыкнул, и я его послал. Ненормативно. Но делать-то что? Не хочется энергию транжирить.

«А что тебе Муфалим говорил?»

Я задумался. А, действительно, что он мне говорил? Ну, я источник, мол, магической энергии, мне не надо делить магическую радугу на цвета, потому что все цвета у меня уже есть… Цвета. А еще говорил, что нет порядка перехода с одного цвета на другой. И что? Так, надо быстрее думать. Основные краски у нас какие? Красный, синий, желтый. Их смешение дает новые краски: желтый с красным – оранжевый; желтый и синий – зеленый; синий и красный – фиолетовый; голубой и… Еще раз. Фиолетовый: синий и красный. У меня фиолетовый родной. Синий это ментальная магия, а красный?

Огонь!

Ах, вы ж, крысячьи коготочки! Это что же получается: ментальная магия у меня проснулась? Проснулась! Пора будить огненную!

Я даже присел от такого внезапного открытия. Чтобы джигу тут не начать плясать от радости. Но... Дальше-то что?

«Разделить свою фиолетовую, вот что! Убирай голубой и синий! И поживее!»

Разделить… а зачем? Я же «источник». Можно по-другому! Закрыл глаза, сосредоточился, представил самый яркий красный, какой только мог и позвал… искру. Ну, хоть ма-аленькую, осторожно, ласково.

И почувствовал тепло. А потом и вовсе нарастающий жар. Сильнее и сильнее. В ногах, животе, голове, руках. В глазах! Через миг я «горел»! Внутри. Весь! И уже готов был заорать, выпучив глаза, еле удерживая себя от этого вопля.

“Собери огонь в ладони”, - вдруг раздался в моей голове спокойный и совершенно незнакомый голос.

Никогда я не выполнял чужих советов с такой лихорадочной поспешностью. В следующее мгновение жар целиком ушел в ладони, и они ярко засветились, Стало полегче, но я тут же испугался, вдруг увидит кто? Стоило об этом подумать, как свечение исчезло, но в центре ладоней осталось сильное жжение. Нестерпимое настолько, что меня начала бить крупная дрожь.

“Сосредоточься. Собери огонь в пальцы. С обеих рук отпусти импульс”.

Наверное, от меня сейчас пар шел. Легко сказать, собери и отпусти, а вдруг не получиться?! Но пальцы уже дымились, и, либо я отпускаю пал, либо у меня на ладонях появятся дырки. Горелые! Поднял руки, увидел место, куда нужно попасть – во что бы то ни стало с первого раза! – и выкинул одним слепящим импульсом всё, что у меня было.

А было, оказывается... до фига-а…

Короткий удар света почти ослепил. Раздался громкий хруп лопнувшего металла, взвизгнули отлетающие от кронштейнов обрывки цепи, и затяжной скрежет падающего мостового пролета закончился оглушающим грохотом удара брёвен о камень.

Пыль, мелкое каменное крошево, вибрирующий гул металлических креплений, противный визг ломающегося противовеса, и я… весь такой бледно-синий, опускающийся на землю от слабости. Творец, ё!

А ведь ещё «смывку» творить.

Алабар не дал мне упасть, схватил за ремень и сдуру прижал к стене. Да так, что поплохело еще больше. Хорошо у Сани, реакция соответствующая, он даже зарычал на дракона, отдирая от меня драконовские пальцы. Чем повеселил, да. Я бы еще раз послушал. Но лекарь уже впихивал в меня собственную энергию такими дозами, что пришлось оттолкнуть – захлебнусь ведь! Но помогло. Я ожил. Всё. Теперь иллюзия. Заклинание то есть. «Смывка».

5

Перекрывая гул, многослойным эхом прокатившийся над озером, из башенки над воротами послышались короткие команды и топот бегущих по ступеням ног.

А я стою и… не того. Словом, не могу я идти. Отказали мне мои собственные нижние конечности.

- Не стой столбом! - вызверился Саня на Алабара. - Хватай его на плечо и ходу! Тишан, работать сможешь?

А что, есть варианты? Никогда не пытался «работать» вверх ногами, но ведь никогда не поздно начать.

И мы пошли, вернее полезли. По каменному быку-опоре, через небольшие перильца, на доски мостового щита. Пока лезли, я, вися на плече у дракона, сотворил вокруг нас заклинание. И понял, что не могу. Не получается как хотел, силуэты наши сильно размыты, но все равно видны.

- Ах, ты ж мать через туды!! - раздалось над нашими головами. - Цепи оборвало!! Ети-и-и...

- В сторону! - рявкнул знакомый голос. Уж не Макс ли собственной персоной к воротам прибежал? - Что за грохот?

Саня внезапно споткнулся и брякнулся прямо дракону под ноги. Тот, со мной на плече, от неожиданности подпрыгнул. Кузнец бессильно повис на краю пролета, а кто-то сомневался, что этот молотобоец отстанет? Да в нем не меньше шести пудов! Не сильно ошибусь, если предположу, что не каждый день он по мостам лазает.

- Цепи вон порвались.

- Ты что несешь?! Это тебе пенька что ли? - рыкнул на кого-то Макс.

Алабар шагнул к натужно дышащему кузнецу и за ворот выдернул его наверх, чуть не удавив окончательно.

- Не пойму, внизу костер кто-то распалил что ли? Я вроде огонек видел. И дым вон. Только странный какой-то…

- Ближе держитесь! - зашипел я на эту великолепную троицу. - Раздолбаи, уши крысячьи… Помру же щас от такого охвата. Я вам тут что, факир всея Вессалии?!

- Это не костер. Это пыль. Махина-то тяжелая. Шарахнула будь здоров!

- И что? Столько пыли в одном месте? Дым!

Саня, слава Небесам поднялся, и эти трое, наконец, оказались рядом. Даже дышать стало легче.

- Какой дым, к потрохам собачьим?! Чем тут костры палить? Ракушками?!

Алабар со мной на плече торопливо шагал по мосту. Он так и держал кузнеца за ворот, бесцеремонно толкая его вперед, а Саня чуть ли не носом тыкался в драконье плечо.

- Открывай ворота! Посмотрим, что за пыль. Да быстрее вы!

Слава Хозяйке, или кто там сейчас за неё на дежурстве: пока решетка скрежетала, мы в полном составе успели оказаться за мостом, на выбитой в камне колее. Ворота начали открываться, но я, наконец, приспособился к шагам дракона, и уже не обращал внимания на такие мелочи, как сиплое дыхание кузнеца и поминутное оглядывание Сани. Я изо всех сил старался увеличить «зеркальность» творимого, как молитву, заклинания, и притянуть к себе хоть какой-то ветерок. Чтоб он нам в спины… веял и дух наш от недругов наших отгонял. Дабы не прельстились они нашим… благоуханием. Эх, и чего я не сочинитель, прямо как у «преподобного» Гувера получилось. Может заняться проповедями как-нибудь на досуге. Лет так эдак через…