Три жизни одной Анны (СИ) - Гиз Анна - Страница 18

— Знаешь, парень, ты всех здорово напугал, но дело пойдёт на поправку. Я в это верю! Ты сильный, Лагерт. Тебе многое предстоит ещё сделать в этой жизни. А вот помнить этот день ты должен всегда и не забывай того, кому ты обязан жизнью.

— А кому я обязан?

— Двум оборотням, которые помогли нам сюда прийти.

— А тебе?

— Нет, милый, ты мне ничего не должен. Спи и набирайся сил.

— Спой мне, ведьма.

— Хорошо. Только не называй меня «ведьмой».

— Ты — ведьма! Ведьмы красивые.

Анна обернулась к Марике:

— Это ж надо — от стола два вершка, а туда же…

Она тихо запела «За печкою поёт сверчок..», поглаживая мальчику слипшиеся волосы. Не дослушав колыбельную, мальчик уснул. Его дыхание выровнялось, грудь спокойно поднималась. Приложив пустую кружку к груди, Анна припала к ней ухом, прислушалась.

«У мальчишки воспаление лёгких! Чем же я помогу? Сейчас я только облегчила болезнь на короткое время» — Анна с досады поморщилась. Это не осталось не замеченным оборотнем.

— Смерть заберёт его? — он ждал ответа.

— У меня нет с собою лекарств нужных ему. Я облегчила его болезнь, но она не ушла, спряталась в его груди и пожирает тело. Единственное, что его может спасти — любовь матери и сила его юности. Болезнь эта коварна и лечится долго.

— У людей нет шамана? Лекаря?

— Я не знаю. Я здесь чужая. Много непонятного для меня в вашем… — и Анна оборвала мысль. Быстро перевела разговор в другое русло.

— А как живёт среди этих снегов ваш народ? Чем вы лечитесь?

— Мы редко болеем. Умираем иногда от тяжелых ран. Мы знаем сами, как лечить себя.

— А его?.. — Анна с надеждой посмотрела в глаза оборотню.

— Нет! Он — другой! Слабый детёныш.

Анна опять подошла к постели и присела на её край. Проверяя температуру тела, она задержала руку на его груди. Вдруг, женщина почувствовала, как по её руке пробежалась волна судороги. Испугавшись, прислушалась к своим ощущениям. Холодная дрожь под кожей нарастала. Будто приливами и отливами гуляла кровь в венах. Вдруг, руку скрутила резкая боль, будто от ожога. Вскрикнув, Анна осторожно подтянула рукав вверх. На её крик прибежала Марика и второй оборотень.

Все молча смотрели на оголённую руку Анны. В этом уголке комнаты, отгороженной деревянной ширмой, где было темнее всего, её печать Избранницы Богини Ночи, сияла на руке тёплым золотым свечением.

— Ты…Избранница!

— И что? — растерянно и недоумевая, спросила Анна.

— Вылечи Лагерта!

— Я не знаю, как это сделать! Я поэтому и направляюсь в храм. Меня призвала Богиня. Печать — это ещё не её Дар!

— Ты сможешь! Призови Богиню! «Руки Избранницы могут поднять даже мертвеца» — так говорят старики, рассказывая нам легенды. Почему бы это не проверить?

Анна растерянно осмотрелась. На неё восторженно смотрели три пары глаз. По их лицам она поняла только одно — все жаждут яркого зрелища, чуда, и Анна сдалась.

— Ладно, я попробую, но ничего не обещаю и..

Её перебил оборотень.

— Да поможет тебе Богиня! Верь!

Анна склонилась над мальчиком и положила ему руки на грудь. Закрыла глаза и представила образ той, чей избранницей невольно стала.

В мерцающем свете луны стояла женская фигурка. Она была абсолютно тёмной. Только её силуэт подсвечивал лунный задний контровой свет.

— Анна! Не бойся! Этому мальчику я оставлю жизнь, ибо его путь ещё долог. В благодарность за спасение, он вернёт Долг Жизни одному глупому оборотню, который во всех своих бедах винит меня. Буран ещё долго продлиться, но тебе надо быть в храме не позднее Рубиновой ночи.

— Богиня! Я не знаю, как вылечить это дитя!

— Уверуй в силы жизни, что в тебе несутся стремительным потоком! Омой тело ребёнка. Для этого не надо воды… Только вера! Ты поймёшь… И ещё… Одна из четырёх дочерей даровала тебе священный дар Нааны — умение понимать язык разных существ. Прими его! Откройся для этого мира, через слово зверя, птицы, любой твари.

Силуэт богини исчез. Анна открыла глаза и тихо стала водить руками по всему телу мальчика, захватывая струи воздуха. Руки налились тяжестью, будто на них лежали два кирпича. Она продолжала и в один момент руки замерцали голубым светом. Анна увидела болезнь изнутри — пятно, сгусток тяжёлой густой крови, который уютно лежал в левой части лёгкого.

Через час, Анна опустилась обессиленная на пол у изголовья кровати. Оборотень подхватил её на руки и осторожно положил на лавку.

— Марика! Приведи его мать ко мне на пару слов. То, что скажу ей, она должна исполнить.

— Ты видела Богиню? — испуганно спросила Марика.

— Это уже неважно.

Марика ушла вглубь дома, а Анна осталась наедине с двумя мужчинами.

— Кто ты? — хрипло спросил один из «великанов»

— Опять — двадцать пять! История идёт по кругу! Ответьте мне сами на этот вопрос, а я подумаю ещё. Может мне безопаснее остаться для вас «случайной незнакомкой».

— Хорошо, продолжим игру по твоим правилам. Я из древнего клана Нуут Селех. На северных землях Шоора, он самый многочисленный

и сильный. У нас в клане пять родов. Я — Глава рода Ликос Рахс. Знают меня все как Гарума. Для друзей — Гарсин. Меня назвали в честь нашего Бога. Мой друг и соратник — Балфур из клана Маара Кехта. Наши кланы живут в мире. Мы — не дикие и не животные. Общение с людьми у нас не запрещено.

— Странно, но я вас понимаю… — удивлённо произнесла Анна.

— А не должна?

— Нет. Я узнала о существовании оборотней, когда пересекли границу северных земель. Это невероятно! Какие ещё сюрпризы меня ожидают в вашем…? — на последнем слове Анна замолчала, будто поперхнувшись пирогом. Она прикрыла глаза, желая скрыть удивление. Долго ей так лежать не пришлось — в комнату пришла Марика, ведя за собой испуганную, но уже отдохнувшую Басю.

— Оставьте нас одних. Мои слова только для её ушей.

Марика первая ушла. За ней гуськом и нехотя поплелись Гарум и Балфур.

— Бася! Сегодня я спасла жизнь твоему сыну. Не благодари меня. Мне помогла Богиня Ночи и эти два оборотня. Если бы не они, мы бы заблудились и не попали в твой дом. Помни об этом всегда! Когда Лагерт станет входить в возраст юноши, попроси у оборотней клана Ликоса Рахс об услуге — научить твоего сына пользоваться оружием. Они должны сблизиться. У Лагерта перед этими двумя оборотнями Долг Жизни. Так сказала Богиня. Он должен его вернуть. Как..? Не знаю.

— Мой сын должен жить с ними? В рабстве у этих нелюдей? Что ты такое говоришь, чужачка? Пришла в мой дом без приглашения и будешь мне указывать, как жить? Да кто ты такая?!

— Глупая женщина! Я — избранница Богини Ночи! Не зли её! — Анна почти выкрикнула это в лицо матери мальчика. Бася отпрянула от лавки, на которой лежала Анна. Видя искренний испуг женщины, она взяла себя в руки, успокоившись, продолжила:

— Впрочем, делай так, как знаешь и хочешь. Это и впрямь не моё дело. Только, если твой муж не вернётся из этого бурана в посёлок, что ты станешь делать, женщина? Тебе рядом нужен мужчина сильный, который в старости о тебе позаботится. Ты не сможешь одна сделать Лагерта сильным, как бы ты его не любила! Всепоглощающая материнская любовь к сыну может подрезать крылья даже гордой птице, как орёл! Он запутается в твоём подоле юбки и станет маменькиным сынком. Если сможешь, заручись словом оборотней сейчас, ибо он стал их крестником. Бася, попытайся смотреть вперёд, чуть дальше своего носа! А теперь, уйди, дай мне спокойно отдохнуть.

— Они — оборотни! Как я могу?!

— Сможешь, Бася. Забудь, про их Бога, забудь, что они оборотни! Помни одно — только сильные мужчины могут воспитать сильных мужчин! Они ему покажут, что такое верность, надёжность, умение любить женщину и заботиться о своём потомстве! А главное — он станет хорошим воином.

— Я не позволю сыну взять меч в руки!

— Глупая Бася… Быть сильным, это не только умение махать мечом у кого-то перед носом. Даже меч закаляют мастера ковки, чтобы он не сломался в бою. Вначале заготовку раскаляют добела в огне, а потом опускают в холодную воду. Я говорю о его душе, женщина. О его воли к жизни! Вот эти слова не богиня тебе передала, а я захотела тебя поучить.