Ветер перемен (СИ) - Волк Сафо - Страница 263

— Р-ра-д-да… — зубы Лиары стучали так сильно, что Рада не сразу поняла, что она говорит.

— Потерпи, моя родная! — зашептала она, задыхаясь от бега. Ноги горели огнем, грудь жгло, но Рада упрямо ломилась вперед через сугробы, чтобы как можно скорее доставить ее в тепло. — Сейчас! Осталось совсем чуть-чуть, и я согрею тебя!

— Нет!.. — голос Лиары стал сильнее и настойчивее, она завозилась на руках Рады, и та была вынуждена притормозить бег, чтобы не уронить ее в снег. — Нет! П-постой!

— Что? — Рада застыла, глядя в ее изможденное лицо с синими губами. Только глаза и горели на нем, обжигающие глаза, словно два солнца. Невыносимая нежность затопила все существо Рады. Как давно она не видела этих глаз!

— М-меня будут искать, — губы Лиары дрожали, голос срывался, но она изо всех сил пыталась говорить. — Я с-сбежала. Меня не д-должны ви… видеть! Мы должны уехать… как можно с-скорее!

— Кто будет искать? Себан? — Рада ощутила такую лютую ненависть, когда Лиара кивнула, что перед глазами потемнело. — Да я его голыми руками разорву за то, через что тебе пришлось пройти!

— Н-нет! — почти простонала Лиара, изо всех сил сжимая пальцами ее рубашку. — П-пожалуйста! Меня не должны видеть! Как можно скорее, уйдем отсюда!

— Хорошо, зоренька, как скажешь! — Рада вновь поковыляла вперед, прижимая ее, чтобы той было хоть чуть-чуть теплее. — Значит, мы сейчас же уйдем отсюда! Никто тебя не увидит! Никто больше не заберет тебя у меня!

После этих слов хватка Лиары на ее рубашке ослабела, да и сама она как-то расслабилась, успокоилась, хоть ее и продолжало колотить от холода. Рада быстро прикинула в уме, как незаметно пронести ее внутрь гостиницы. Ведь повсюду были эльфы подавалы, и они сразу же углядят, кто у Рады на руках, и все поймут. Оставался черный ход, через который на задний двор, где горели костры, входили и выходили Усмирители. Но все равно нужно было как-то укрыться в толпе, чтобы ее не заметили.

Когда до ближайшего костра оставалось не больше двадцати метров, но его лучи еще не высветили Раду из темноты, она остановилась, чтобы перевести дыхание, мучительно соображая, что делать дальше. Нужно было отвлечь, как-то отвлечь эльфов. Любым способом.

Мимо Рады по снегу ковылял какой-то парень, нетвердой походкой возвращаясь из кустов в сторону костра. Рада приняла решение мгновенно и окликнула его:

— Эй, друг! — наемник притормозил, покачиваясь и щурясь на пьяные глаза в попытке рассмотреть ее. — Да ты! Послушай! — Ты же понимаешь, что ты сейчас делаешь, да? — вкрадчиво спросил внутренний голос, но Рада послала его ко всем бесам бездны мхира. Вмиг пересохшими губами она проговорила: — Я только что слышала, как Гиэлат, содержатель гостиницы, шептался со своим приятелем, что они собираются отравить Алеора за то, что тот привел вас сюда. Мне кажется, с этим нужно что-то сделать. Ты бы сказал ребятам…

— Бхара! — взревел пьяный лонтронец, срываясь с места и ковыляя в сторону гостиницы. — Ах ты бхара проклятая! Мужики! Эти бессмертные гады собрались отравить Алеора!

Его крик услышали не сразу, но услышали. Чувствуя, как бешено колотится в груди сердце, Рада отступила на несколько шагов назад, в густую тень, до которой не дотягивались языки костра. Один за другим пьяные вусмерть наемники подрывались от костров, вытаскивая оружие и нетвердой походкой направляясь в гостиницу. Пьяный смех и пение сменились дружным ревом, недовольным гулом, который становился все громче, громче. Первые наемники уже ворвались внутрь гостиницы, оттуда послышался резкий вскрик, что-то затрещало, ломаясь.

Прижав к себе Лиару, Рада бросилась в обход здания гостиницы, молясь про себя, чтобы друзья поняли, что происходит, и успели выйти наружу. Лиара на ее руках все еще мелко вздрагивала, но уже не так сильно, как раньше. Ее нужно было вывезти отсюда любой ценой. В чем-то Алеор был прав: Первопришедшие сами навлекли на свою голову несчастья, и Рада сейчас, видя состояние искорки, больше не сомневалась ни в чем.

Второй крик послышался из глубины здания, там глухо грохнуло, словно что-то взорвалось, задрожали стекла. Рада едва успела отскочить, когда что-то круглое с грохотом проломилось в крошеве осколков через разноцветное стекло на втором этаже и с приглушенным криком рухнуло в снег прямо перед ней. Это что-то сразу же вскочило на ноги и оказалось Улыбашкой, как праздничное дерево увешанной тюками.

Глаза у гномихи были огромные, как две плошки, похоже, она моментально протрезвела после того, как поднялся шум. На плечах она держала столько узлов, что любой другой человек на ее месте и разогнуться бы не смог. Судя по всему, это были все их вещи.

— Это что, Лиара? Хвала Богам! Бежим! — не своим голосом взвыла гномиха, бросаясь в сторону пристани. — Эти бхары подпалили кухню! А Первопришедшие бьют тревогу! Сейчас сюда сбежится весь Речной Дом!

— Поделом им! — прорычала Рада, прижимая к себе Лиару и устремляясь следом за гномихой, с удивительной прытью на своих коротких ножках рванувшей к пристани.

Внутри здания вновь что-то грохнуло, со звоном вылетели окна, и Рада едва успела закрыть собой Лиару, когда осколки брызнули на них. Кожу обожгло болью, она не сдержала вскрика и припустила еще быстрее. Осколки она выковырять успеет и на другой стороне реки, сейчас нужно было уходить, и уходить как можно быстрее.

Вокруг них метались пьяные лонтронцы, сыпля проклятиями, вытаскивая мечи. Они выскочили из-за угла дома как раз в тот момент, когда стена за их спинами взорвалась на куски, и несколько человеческих тел вывалилось сквозь брешь на снег. Рада неслась со всей скоростью, на которую только были способны ее длинные ноги. Впереди у самой пристани виднелась высоченная фигура Кая: он согнулся над причальной тумбой и быстро отвязывал веревку одной из ладей.

Прогромыхав ботинками по причалу, они с Улыбашкой спрыгнули в лодку, пока ильтонец еще даже не успел отвязать веревку. Ладья опасно качнулась, заплясала на волнах, затрещала под весом гномихи, но выдержала. Рада едва не уронила Лиару прямо на дно лодки, с трудом удержавшись на ногах и удержав ее, а потом обернулась к Каю.

— Где Алеор? — крикнула она.

— Сейчас придет, — отозвался ильтонец, держа в одной своей громадной руке веревку и оборачиваясь назад. Вся его поза означала напряжение, словно в любой миг Кай мог сорваться с места и броситься на выручку эльфу.

Раздался оглушительный взрыв, и из всех окон гостиницы вырвалось пламя. На фоне осветившейся рыжим ночи метались какие-то тени. Рада глазам своим не поверила, когда увидела фигуры, что буквально материализовывались из воздуха, высокие фигуры, облаченные в долгополые кольчуги и поблескивающие алым обручи на длинных волосах, фигуры, держащие нагинаты и тонкие лезвия катан. Их было немного, но наемники с криком бежали от них прочь, а Первопришедшие двигались с кошачьей грацией, буквально перетекая с места на место, не делая ни одного лишнего движения, но каждый раз, когда меч поднимался в воздух, и на стали поблескивали языки огня, на снег бездыханным падал еще один наемник.

Рада опустила Лиару на дно ладьи, мысленно сосредотачиваясь на своем мече. Если сейчас хотя бы один из Первопришедших обернется и взглянет на реку, им придется сражаться за свою жизнь. Меч остался в ее комнате наверху, но ей было достаточно лишь один раз мысленно позвать его, сосредоточившись на этом, и рукоять моментально оттянула руку вниз, а по лезвию сверкнули отблески зарева.

— Боги! — Улыбашка, стоящая рядом с ней, отшатнулась в сторону и почти что упала на дно лодки. Вид у нее был перепуганный. — Предупреждай, бхара! Ты могла мне руку отрубить!

Рада ничего не ответила, напряженно вглядываясь вперед. Теперь все зависело от того, где Алеор. Если он не успеет, если он был вынужден вступить в бой…

По пристани к ним метнулась какая-то тень, и в следующий миг Алеор прыгнул в лодку, сжавшись в тугой комок. Кай отпустил веревку, спрыгнул следом за ним и подхватил весло, принявшись отталкивать ладью от пристани. Рада, обессилев, упала на скамью, чувствуя себя так, словно с ее плеч кто-то ногой спихнул гору. Быстрое течение Тонила подхватило лодку и повлекло ее на стремнину.