За Семью Преградами (СИ) - Волк Сафо - Страница 214

Позавтракать им не дали, и с этим пришлось смириться, хоть ее желудок настойчиво рычал внутри, требуя еды. Позевывая и прикрывая рот рукой, Рада вышла следом за искоркой из казармы, где на открытом пятачке перед дверьми Младших Сестер Каэрос строила Ута.

Утро было бодряще свежим, полным запаха влажной зелени и цветов, полным лета. Прохладный ветерок ерошил короткие волосы Рады, сгоняя с нее последнюю сонливость. По небу тянулись бело-розовые, нежные-нежные, будто перышки птенчика, облака, и сквозь их узор вниз лились пока еще мягкие лучи Роксаниного щита, окрашивая в золото просыпающуюся ото сна Рощу криптомерий. И на волосы искорки эти лучи ложились плавленым золотом, нежными мазками акварели, делая ее еще красивей, хоть Раде и казалось, что это просто невозможно.

Младшие Сестры шумели, выстраиваясь в шеренгу, возбужденные и радостные в предвкушении долгожданного посвящения и крыльев. Рада встала рядом с искоркой в переднем ряду, поглядывая на то, как строятся вокруг остальные. Ута в стороне разговаривала с невысокой Жрицей, закутанной в прозрачную белую шаль. Даже с такого расстояния было видно, что она абсолютно обнажена, и лишь татуировки огня украшают ее тело, едва скрытое тонкой тканью.

Чуть дальше, у других казарм, строились Младшие Сестры остальных трех кланов. Рада с интересом взглянула туда. Ближе всех стояли черные как смоль макушки Раэрн: те держались ровно, почти не шумели, глядя на возглавляющую их разведчицу, которая согнулась в поясном поклоне перед Жрицей. Та положила ладонь ей на макушку и что-то говорила. С такого расстояния было заметно лишь, как двигаются ее губы. Издали доносился гомон и громкие вопли: высокая худощавая разведчица вовсю драла связки, пытаясь утихомирить едва не подпрыгивающих на месте от нетерпения светловолосых Нуэргос. Женщину не слишком-то слушали, хоть она и выбивалась из сил. Последними были Лаэрт, черноволосые и носатые, в плотно обтягивающей их тела черной форме. Все они выстроились как на подбор, и огромная Лунный Танцор, почти того же роста, что и Неф, расхаживала перед строем, что-то объясняя. Правда, впечатление подпортил подзатыльник, которым она наградила одну из Младших Сестер, проходя мимо строя. Видно, та не удержалась от какого-то комментария в адрес наставницы или озвучила его чересчур громко.

Рада ощутила, как сердце в груди едва из глотки не выпрыгивает от волнения. Еще несколько часов, и она получит крылья. Самые настоящие крылья, как и у других анай, и даже сможет летать. Не как во сне, не как в своих глупых детских мечтах, а по-настоящему. Взглянув на искорку, она негромко прошептала:

— Ну что, маленькая моя, вот и добрались! Вот и получилось у нас все!

— Да, Рада! — глаза искорки горели таким же предвкушением, она едва не подпрыгивала на месте от нетерпения.

— Волнуешься?

— Немного! — широко разулыбалась та.

Рада в ответ ободряюще сжала ее ладошку. Она и хотела бы сказать что-то, чтобы поддержать ее, да только от волнения горло пережало, и больше Рада не могла выдавить из себя ни звука. Как это будет? Как это произойдет? Им никто ничего не рассказывал про церемонию, лишь Лэйк как-то мимоходом помянула, что проходить она будет в святилище Роксаны, но этим и ограничилась.

Наконец Ута низко склонилась перед Жрицей, та мягко тронула ее затылок и благословила, а затем повернулась к строю. Она была красивой женщиной средних лет с глазами зелеными, будто первая трава. Совсем короткий ежик волос отливал каштаново-рыжим, на солнце превращаясь почти что в огонь. Веснушки покрывали все ее лицо с правильными чертами, татуировки огня разливались по телу, едва скрытому прозрачной шалью на ее плечах. Взгляд Жрицы был слегка затуманен, зрачки расширены, а губы полуоткрыты, и она с каким-то странным выражением то ли восторга, то ли экстаза рассматривала собравшихся перед ней Младших Сестер.

Каэрос сразу же подтянулись, перестав шуметь и во все глаза глядя на Жрицу. Смотрели они со смесью благоговения и желания, и Рада в который раз уже задумалась о том, кем же именно для племени являются Жрицы? Какую роль они выполняют? Для посредниц между Богами и людьми она была или слишком большой, или вообще незначительной. Даже Хельда, с которой Рада порой виделась в становище Сол после того разговора, когда Первая Жрица Каэрос очень помогла ей прояснить собственные мысли и чувства, так и не смогла до конца пояснить Раде эту разницу.

Взгляд Жрицы обежал весь ряд собравшихся Младших Сестер и остановился на Раде с Лиарой. Она заулыбалась еще шире, словно их-то и высматривала так долго, и направилась к ним навстречу. Рада переступила с ноги на ногу под ее нежным взглядом. Ощущение было такое, словно Жрица вообще позабыла обо всех остальных Каэрос, которые моментально перестали ее интересовать, а на них с искоркой смотрела как на родных дочерей, которых не видела последние лет десять, не меньше.

— Великая Мани да одарит вас Своей Милостью, — невнятно проговорила Жрица, остановившись перед ними. Голос ее был таким же мягким и заволоченным наркотиком, как и взгляд.

— Светлого утра, Жрица! — хрипло проговорила Рада, сгибаясь перед ней в поклоне. Рядом точно также согнулась пополам и искорка. Оставалось только гадать, что бы это значило. Никто не предупреждал их о том, что Жрица обратится напрямую к ним.

— Вижу, вы — наши гостьи, о которых меня уведомили ранее. Держащая Щит предлагает вам пройти церемонию принятия крыльев по обряду, принятому в Роще. Вы, конечно, можете отказаться и выбрать обряд Каэрос, так как принадлежите к клану Дочерей Огня и первое посвящение прошли у них. Мы примем любое ваше решение.

Рада выпрямилась, хлопая глазами и глядя то на Жрицу, то на искорку, у которой был не менее удивленный вид. Она не поняла ни слова из того, что предлагала Жрица, и теперь лихорадочно рылась в собственной памяти, пытаясь сообразить, о чем может идти речь. Обряд, принятый в Роще? Кажется, Торн упоминала что-то такое, но подробностей Рада тогда выспрашивать не стала, а саму информацию, если сказать по чести, пропустила мимо ушей. Каэрос часто говорили о разнице между теми обычаями, что бытовали до Великой Войны, и теми, что учредила Великая Царица по ее окончании, и Рада успела десять раз запутаться во всех этих тонкостях, а потом просто махнула на все рукой. В конце концов, жизнь анай подчинялась таким строгим правилам, что упомнить их все было практически невозможно. Зато рядом всегда находились те, кто терпеливо и аккуратно растолковывал Раде, в чем тут дело и что делать лично ей, и она рано или поздно все запоминала. Ну, или если такого человека не находилось, всегда была искорка, которая слушала гораздо внимательнее Рады, да и понимала больше.

Только вот сейчас искорка смотрела на Жрицу с тем же совершенно сбитым с толку видом, что и Рада, и та поняла, что помощи ждать неоткуда. И выругала себя последними словами за то, что разленилась и позволила себе считать ворон, а не делом заниматься. Думала, Дани будет рядом торчать и все тебе на блюдечке разжевывать? Сама ведь так возмущалась и петушилась, что она постоянно возле тебя отирается. А теперь вот жалеешь, что ее нет! А коли сама бы училась, да умным людям вопросы задавала, сейчас бы не стояла с таким тупым видом и не пялилась бы на Жрицу, как баран.

Жрица приветливо разглядывала их, то и дело жмурясь и слегка поводя плечами, будто чья-то большая и теплая ладонь ласково гладила ее по спине. Впрочем, на самом деле все могло обстоять именно так, Рада бы совсем не удивилась, узнав, что Роксана постоянно пребывает в непосредственном контакте со Своими любовницами, каковыми считались Жрицы. Остальные Младшие Сестры тоже во все глаза смотрели на Раду, а проклятущая Дани стояла слишком далеко от них, чтобы задать ей вопрос, да еще и любопытно разглядывала их с искоркой, ожидая от них ответа. Как и Ута, которая даже голову склонила и вопросительно приподняла брови.

Рада кашлянула, прочистила горло, взглянула на искорку, наткнувшись на ее полный паники взгляд, затем на Жрицу. Надо было что-то отвечать. Не стоять же как баран и хлопать глазами. Выручай, Огненная! Обещаю Тебе, что поумнею и перестану лениться! Впрочем, в Твоей воле наказать меня за мою глупость, я в обиде не останусь.